Глава 53

Мы еще какое-то время отвечаем на всякие формальные вопросы – к счастью, не как вы поняли, что это любовь, а другие… Подали уже заявление? Где планируете роспись? А банкет? Не хотите ли потерпеть до Красной Горки? И тому подобные. Мы отвечаем туманно, в стиле нам совершенно все равно, можем и на остров полететь вдвоем, чтобы там пожениться, но свадьба нужна родным и знакомым, поэтому мы готовы к ним прислушаться. К моему огромному облегчению, вскоре из палаты выходит медсестра и разрешает родителям зайти к бабушке. Мы прощаемся, и я тащу Гадаева к лифтам. Всем своим видом я показываю, что ничего хорошего его не ждет. Но, почему-то Артем вообще не боится: кладет руку мне на талию, чтобы прижать к себе ближе и улыбается до ушей.

Двери лифта открываются и мы заходим в кабину. В ней еще три человека и разговор опять приходится отложить. Выходим на улицу, и в парке я уже не выдерживаю:

– Что на тебя нашло? Ты виделся с Миланьей? – спрашиваю строго, показывая голосом, что разговор серьезный.

Гадаев замедляет шаг и напрягается.

– Да, говорил, – сознается и у меня сердце ухает. Все же знает. – Она и так достала сообщениями и звонками, а вчера вообще пошла в атаку на офис. Я решил ей четко сообщить, что все кончено.

Это хорошо. Эта новость не может меня не радовать. Но сейчас мы немного о другом.

– Она тебе сказала, да? – я останавливаюсь и вынуждаю Артема тоже остановиться.

Он серьезен как никогда и раздумывает несколько секунд.

– Ева, послушай внимательно, что я тебе скажу, – Артем смотрит мне в глаза очень проникновенно. Будто пытается передать свои мысли прямо в душу. Я киваю, соглашаясь его выслушать. – Слова Миланьи для меня пустой звук. Все что она мне сказала, не имеет никакого значения, пока мне об этом не скажешь ты. Безусловно, у меня есть свои желания, понятия о правильном и неправильном, а также чувства. Но я все равно приму любое твое решение, и оно не изменит мое к тебе отношение.

Я хлопаю глазами, пытаясь вникнуть в глубокий смысл его монолога, а потом до меня доходит!

– Гадаев, ты что, подумал, что я хочу убить ребенка? – от абсурдности его предположения, я не сдерживаюсь и повышаю тон.

– А что я должен думать, если ты мне не говоришь о таких важных вещах? – вопит он в ответ.

– Я не хотела, чтобы ты чувствовал ответственность и оставался со мной только из-за ребенка, – вываливаю я на него всю правду о своих страхах.

– С ума сошла, Вересова? – Артем берет меня за плечи и тихонько встряхивает. – Когда меня кто-то мог принудить к кабале? Да никогда бы я не женился ради ребенка! Алименты бы платил, ответственность разделил, но жениться и жить вместе? Ева! Очнись! Ты же меня знаешь!

Я действительно его знаю и в этот момент понимаю, что мои чувства затмили разум. Артем Гадаев которого я знаю и вправду никогда не сделает того, чего не хочет под давлением. Никогда!

– Знаю, – киваю виновато, – но ведь и ты меня знаешь. Вот такая я сложная и замороченная.

– Да, сложная, но любимая. И еще полностью моя, – заявляет Артем, прежде чем сгрести меня в охапку и поцеловать.

Горячо, страстно, совершенно не стесняясь того, что мы стоим посреди больничной аллеи. Я тоже забываю о том, что мы на улице и вокруг люди. Кладу руки Артему на плечи, глажу ткань пальто, поднимаюсь выше, запускаю пальцы в волосы, с удовольствием перебираю шелк его прядей. Этот поцелуй будто распускает во мне клубок нервов и комплексов. Я немедленно хочу оказаться в кровати с Голым Гадаевым и покрыть поцелуями все его литые мускулы, а особенно член – ведь это он нас привел к тому, что мы сейчас имеем. Как не быть ему благодарной за то, что у нас скоро будет свадьба и малыш?

– Нашли место, – раздается сварливое рядом с нами, и только тогда мы с трудом отрываемся друг от друга, но продолжаем смотреть глаза в глаза.

– Нам можно? – одними губами спрашивает Артем.

– Врач сказала, что противопоказаний нет, – радую будущего папочку.

Он издает победный крик, распугивая голубей и гуляющих в парке старушек, подхватывает меня на руки и кружит.

– Ты сейчас мне по дороге все обязательно про врача расскажешь, Ева. А на следующий прием мы пойдем вместе, чтобы я своими ушами все слушал и сразу вопросы задавал, договорились?

– Договорились, только отпусти, – смеюсь и пытаюсь слезть с рук Артема, потому, что он, похоже, собрался меня тащить до машины.

Артем нехотя отпускает и целует опять. Я в этот момент очень счастлива и меня совсем не одолевает привычное недоверие. Я, наконец, верю Артему и мне не хочется больше проводить никаких для него испытаний.