ГЛАВА 4. Репортерские будни

Я пригубила кофе из стаканчика.

Поперхнулась.

На секунду зависла от возмущения и повернулась к продавщице.

– Что это?

Та изобразила вежливость на усталом лице.

– Кофе без кофеина.

По всей видимости, каждая клетка моего тела сейчас обиженно вопила: «За что?!», потому что девушка пояснила:

– В нашей кофейне новая установка на здоровый образ жизни. Вся выпечка без сахара и глютена, кофе без кофеина, а шоколад убран из продажи.

– Не уверена, что хочу быть здоровой, – проворчала я, скорбно опуская взгляд на черную унылую жижу.

Да уж… Сегодня даже мой кофе нуждается в кофе!

Оставив стаканчик с полезным, но, увы, безвкусным напитком, я покинула заведение, юркнула в соседний переулок и купила нормальный кофе и кекс с шоколадом. Чувствовала себя при этом настоящей оторвой!

Торопливо перекусив, вытащила из кармана стопку бумажек и быстро перебрала, деля на кучки.

«Староградская правда» обзавелась ящиком с предложениями всего пару месяцев назад. Его торжественно прибили рядом со входом в редакцию и благополучно игнорировали вплоть до сегодняшнего дня, когда шефу приспичило дать мне такое, мягко говоря, странное задание.

По мнению моих коллег, идей для статей хватало и без инфоповодов взволнованной общественности. По моему скромному наблюдению, это был настоящий кладезь информации.

В ящик бросили тридцать четыре листочка. Три из них носили оскорбительный характер и критику редакции, поэтому были сразу же забракованы и кинуты в мусор. Десять несли в себе ценную информацию о том, что Родик с пятой улицы растит на подоконнике запрещенную флору отнюдь не из любви к раскидистым листьям. Эльза из булочной подозрительно часто ходит в гости к соседу, а кот Валера сбежал от обнаглевшего дрессировщика и теперь скрывается у Верховной ведьмы Старограда… Ну и все в таком духе.

Оставшаяся стопочка нетерпеливо вопрошала: «Кто такие некроманты?»

– Ну некроманты так некроманты… – смирилась я с неизбежностью, связалась с секретарем главы отделения некромантии и договорилась о встрече.

Тут надо сразу оговориться, что я с детства не отличалась никакими талантами, кроме виртуозной траты денег и сочинительства историй.

Магия обошла меня стороной, как и тяга к любовным романам. Благоразумие тоже не пожелало надолго задерживаться рядом с Маргарет Рид. Авантюризм, амбиции и прочие пробивные способности тоже не захотели составить графу в моем личном деле. И только оптимизм посчитал своей. Впрочем, скептицизм так же не остался в стороне, отчего характер мой в конец испортился.

Получив пропуск, я впервые прошла на территорию Староградской магической академии всеискусств и свернула к главной башне, где жили и учились некроманты.

На просевшем крыльце башни уже ждал высокий мужчина во всем черном. Он глянул на мое ярко-желтое пальто с видом человека, который признавал только ахроматические цвета, и такой вопиющий желтый нанес ему личное оскорбление. Но вслух сказал иное.

– Меня зовут профессор Бендер. Я проведу для вас экскурсию и отвечу на большую часть волнующих вопросов.

– Маргарет Рид, «Староградская правда», – представилась я и пошутила, – я буду той, кто замучает вас многочисленными уточнениями.

Бендер глянул с легким сомнением священника, не совсем уверенного в уместности балалайки на похоронах.

– Вы не особо боитесь, – почему-то удивился он.

– Вы не очень-то пугаете, – честно отозвалась я.

– Это пока, – поспешил успокоить то ли меня, то ли себя некромант.

Мужчина толкнул двухстворчатые двери, каждая из которых легко посоперничала бы с сейфом за право назваться неприступной, после чего обернулся и сделал приглашающий жест рукой в сторону зияющего темнотой провала.

– Начнем экскурсию?

Я предвкушающе улыбнулась и решительно поднялась по ступенькам.

И знаете, забегая немного вперед, скажу, что экскурсия шла по высшему разряду. Если, конечно, вы, как и я, обожаете комнаты ужаса и пощекотать нервишки.

Но обо всем по порядку!

Сперва был краткий инструктаж:

– Маргарет, настоятельно не рекомендую трогать этот цветок. Нет, палец он вам не откусит. Нет, отравить тоже не отравит. Однако наша повариха имеет к нему слабость. И тяжелую руку… И раз мы коснулись темы нервных женщин, советую не бесить вон те занавески. Они у нас с характером. К кукле тоже лучше не приближаться. Нет, никто из учащихся ее не оставлял на подоконнике, она сама пришла. Почему на ней кандалы? Во избежание, дорогая Маргарет, во избежание…

Я торопливо впитывала в себя мрачную атмосферу отделения некромантии, где жили, бесились и временами учились будущие некроманты. С бешеной скоростью строчила заметки в толстый блокнот и была непростительно счастлива.

Это вам не гороскопы левой пяткой сочинять!

– Это… Это… Это потрясающе!

Бендер глянул на меня так, словно уже написал подходящий некролог для похорон, а я его жестоко обломала.

– Да? – усомнился сопровождающий, а после почесал щеку указательным пальцем и неуверенно уточнил:

– Хотите прогуляться по верхним этажам?

Конечно, я этого хотела.

Нет! Я прямо-таки жаждала.

Так страстно, что от избытка чувств даже приплясывала на месте и периодически обгоняла чинно шагающего по коридорам башни некроманта. Меня интересовало все! Вон то загадочно мерцающее пятнышко слизи на полу, доспехи без головы, кровоточащая картина радуги, симпатичная крыска с аккуратной надписью «Курсовая работа» на боку.

– На первом этаже у нас библиотека. Книг, как сами понимаете, там немного. В основном черепа погибших педагогов… – рассказывал Бендер, пока мы поднимались по спиралью закручивающейся лестнице с изрядно потертыми по центру ступеньками. – Там у нас столовая, а под самой крышей обсерватория, которая так и не пришла в себя после проживания боевых магов… А здесь общежитие старшего курса.

– Вау! – протянула я, крайне заинтригованная как небольшой табличкой «Оставь надежду всяк сюда входящий», так и прикрепленным ниже листочком с объявлением:

«Я дико извиняюсь, но у Гертруды начался брачный период.

Просьба не орать, если она кого-то застанет врасплох».

Ниже был приклеен еще один обрывок.

«Петр! Если твоя «ласковая» и «обаятельная» ТВАРЬ снова ворвется в душ, когда я там моюсь, то, клянусь могилой бабушки, я упокою эту сволочь!» – негодовал автор.

Я оторвалась от увлекательного чтения и повернулась к Бендеру.

– Кто такая Гертруда?

Некромант замешкался, подбирая определение помягче.

– Котик, – весьма неуверенно и будто бы даже через силу выдавил мужчина, а после поспешно сменил тему:

– Предлагаю спуститься в столовую и…

И тут с криком «Ага!» по перилам съехала гиена.