Глава 8. Хождение по краю
Растрепанная, с припухшими веками и губами, Светка сразу же открыла мне дверь и сунула в руки пакет.
- Ты уколы делать умеешь?
- Какие? – растерялся я.
- Обычные, Макс. В задницу.
- Н-нет.
- Тогда едем вместе.
Только в салоне авто я сообразил, что в нашем поспешном сборе, цыпа забыла переодеться и сидит рядом со мной в пижаме… Ну, как «в пижаме», в полупрозрачной маечке и намёке на шорты.
- У меня на заднем сидении толстовка. Надень.
- Мне не холодно.
Я скрипнул зубами, злясь, что в этой нелепой ситуации, все о чем могу думать, это как не разложить на том же заднем сидении рядом с кофтой полуголую цыпу!
- Просто надень.
Видимо, по моему тону, она сообразила, что лучше не спорить, и перегнулась через сидение, задев меня сиськами и выбив дыхание из лёгких, вместе с мозгами из головы. Кровь забурлила, приливая к тому месту, которое сегодня дважды выстреливало из ствола.
Бля-ядь!
Злился? Хуй! Наслаждался. Я реально поплыл от ее апельсинового запаха смешанного с чем-то молочным. Как апельсиновый йогурт. От мягкой упругости грудей, прижатых к моему плечу, сердце забухало на грани приступа, а лёгкие заработали как кузнечные меха.
Я механически гнал машину по проспекту, отмечая повороты, мигающие отключенные светофоры, а в голове, в обволакивающем тумане похоти, отпечатывались другие мелкие, незаметные на первый взгляд, детали. Что я не чувствую горошины сосков, значит они нежные, маленькие, розовые… Если коснуться их языком, провести кончиком по ареоле, грудь покроется пупырышками и маленькие сосочки приподнимутся, слишком чувствительные, остро реагирующие на ласки…
Я судорожно выдохнул, надавив ладонью на упирающийся в штаны член.
- Сядь уже на место. И пристегнись.
Цыпа что-то даже проворчала, натягивая толстовку, размахивая руками в салоне, все время задевая меня, на что неизменно дёргался конец, только усиливая мучения.
- Ладно, сейчас поставлю ей уколы, и следующие десять дней.
- Так долго? – прохрипел я, закатывая глаза от собственной несдержанности.
- Завтра она еще не встанет, но через день начнет двигаться, главное не перегружать ее.
- Часто…
- Что?
- Часто у Иры такое со спиной случается?
Света задумчиво замолчала, прикусывая нижнюю, пухлую губку.
- Иногда обостряется, осенью-весной. Но она бережется, никаких нагрузок, низкие каблуки. В общем, последний раз сорвала спину на даче у бабули лет пять назад, пытаясь перетащить два ведра с удобрением.
- И вот сейчас.
- Да, чем вы там занимались? Ты заставлял ее диван перетаскивать?
Так я тебе и сказал, что я заставил делать твою мать!
- Приехали. Поднимаемся. И живее!
В лифте обдумывал сложную ситуацию с лежащей Ирой, голоногой цыпой и своим несгибаемым стояком. Выход виделся только один.
- Ириш, Света с уколами здесь! Давай живее, проходи в спальню, делай все, что нужно.
Я подтолкнул Свету в нужном направлении и, убедившись, что Ира жива, хоть дышит часто и покрылась испариной, оставил ее на дочь, а сам прошел в ванную комнату из смежной спальни. Холодный душ на пять минут и останется четыре часа на сон.
Быстро стянул футболку, скинул треники, трусы и потянулся к крану, когда дверь в спальню открылась, и со спины я услышал сдавленный «ой».
- Я… руки помыть…
Твою мать, цыпа, как же ты не вовремя!
Я сначала поймал ее любопытный взгляд, скользнувший по телу вниз, только потом сообразил прижать член рукой к животу.
- Я только руки помою, мама ждет.
- Ну, конечно.
Нелепая ситуация, где цыпа вваливается в занятую ванную, а я стыдливо прикрываю рукой пульсирующий член. Думал, она развернется и выскочит как ужаленная. Но вот хрен!
Чертыхнулся, закрывая стеклянные дверцы душевой кабинки и прислоняясь спиной к ним, сложил руки на груди и приготовился ждать завершения процесса тщательного мытья ее рук.
Надо отметить, она не спешила, тщательно намыливая каждый палец из десяти и разглядывая меня в отражении зеркала.
- Заметила что-нибудь необычное? – не сдержал язвительного выпада и с удовольствием отметил её смущение и попытку отвести взгляд. Но только попытку.
От тщательного изучения цыпой моего тела, я покрывался мурашками, а подрагивающий член рвался в бой, наливаясь и тяжелея. То еще удовольствие.
- Не особенно, но ты… э-ээ, большой.
Я усмехнулся, не выдерживая и все же проводя ладонью по всей длине, чтобы хоть чуть-чуть снять давление крови на конец.
- Приятно, что ты такая неискушенная, раз не видела больше. Если закончила, иди к Ире.
Светка снова покраснела и схватилась за полотенце, опять оттягивая время. Ну что за нахрен? Я и так держался из последних сил.
- Мне еще спирт нужен.
- Что тебе нужно? – не мог поверить я.
- Спирт. Для укола.
- А!
И вот тут возникла проблема. Насколько я помнил, в моей аптечке валялись какие-то таблетки, но, убей меня, если я знаю для чего они. Зато было много эластичных бинтов, антисептических сеток, хирургических пластырей, заживляющих мазей, обезболивающих мазей, перекись и йод. Короче, все то, что нужно нормальному мужику в случае травмы.
А вот всё спиртовое находилось в баре. И вряд ли там застоялся чистый спирт.
- Нет. Могу водку предложить.
Света скривилась и снова уставилась мне в область паха, на что я сразу же отреагировал.
- Нужно что-то покрепче.
Да уж, то на что ты смотришь, идеально подходит для уколов по крепости, но нифига не поставит на ноги.
- Водка или одеколон. Больше ничего предложить не могу.
И наконец-то цыпа подняла на меня глаза, большие, влажные и блестящие.
- Одеколон еще хуже. Неси тогда водку.
- Водка хорошая. Финская.
- Ну я же не пить ее буду.
А я бы выпил…
- Жди здесь.
Не стал утруждать себя одеванием, за пять минут она меня вдоль и поперёк рассмотрела, вышел все так же через смежную комнату и нашел бутылку водки в баре. Развернулся и чуть не сшиб цыпу, бесшумно подошедшую сзади. Она покачнулась, я машинально подхватил ее и прижал к себе. Света ойкнула, подняв голову, и тут меня в очередной раз накрыло. Никакой выдержки, твою мать, когда я членом тараню её между голых ног, когда она своими сиськами жмется ко мне, когда через приоткрытые губы я чувствую ее прерывистое дыхание, а рука сама собой обхватывает цыпу под ягодицы и теснее прижимает к члену.
И все ее реакции, тихий стон, дрожь, закинутые на шею руки, ведут к тому, что я нагло беру ее в рот и подталкиваю к большому кожаному дивану.
- Света! Ты долго?
Страдающий голос Иры из спальни выталкивает нас обоих из опьяняющего угара. Я все еще смотрю на ее губы, все еще стискиваю попку, трусь ноющим членом о живот под полупрозрачной майкой, но в голове уже проясняется и я чувствую не только дикое желание обладать цыпой, но и ее сопротивление, попытки оттолкнуть меня.
- Надо сделать укол, потом отвезёшь меня…
Ну нихрена! Я точно больше с ней наедине сегодня не останусь.
- Делай укол, потом займешь соседнюю спальню. Я положу тебе постельное на кровать.
- А ты?
А я, судя по всему, проведу остаток ночи в морозильной камере, блядь.
- На диване посплю, чтобы Ирку не тревожить.
Цыпа кивнула, выуживая из моих ослабевших рук бутылку с водкой, и посеменила к матери. А я поспешил в холодный, очень холодный душ, на этот раз, закрыв дверь, ведущую в спальню.
* * *
Светлана
Когда в шесть пропиликал будильник на телефоне, я вздрогнула от неожиданности. Всю ночь так и не смогла заснуть, в голове навязчиво крутились сцены секса с Максом. Сегодня я настолько близко подобралась к границе отделяющей просто дружеские отношения, заинтересованность, флирт от откровенного слияния, что это испугало.
Я боялась сделать окончательный шаг к нему, но уже не хотела отступать обратно, в безопасную зону. Меня тянет к нему, а его совершенно точно ко мне. Но я же не хочу просто потрахаться и разойтись, я хочу чтобы он выбрал меня. И не могу представить, как буду смотреть маме в глаза, когда это произойдет.
В шесть, бесконечно устав от прошедшей ночи, обернулась в одеяло, потому что никак не могла унять мандраж, и поплелась сначала проверить маму, к счастью болевой спазм удалось снять одним уколом, потом в зал к Максу.
Я простояла над ним минут десять, рассматривая совершенно другого Макса, более молодого, расслабленного, без хмурящихся бровей и скептических складок вокруг рта. Он спал на животе, подмяв под себя одеяло. Трикотажные боксеры подчеркивали рельефные ягодицы, футболка задралась, демонстрируя милые ямочки на пояснице. И в целом это был какой-то мимимишный Макс, которого хотелось себе, наплевав на то, что он мамин. Маме вообще сейчас не до него, и еще неделю точно будет.
- Макс, вставай. – Я присела на корточки, близко наклоняясь к его лицу, и уже в следующий момент он, не открывая глаз, обхватил мой затылок своей рукой и прижался к губам.
- Цы-ыпа…
Еще пять минут мы целовались, лизались, тёрлись губами друг о друга, пока он вдруг не очнулся, отстраняясь от меня.
- Цыпа?
- Вообще-то, Света.
- Ты чего здесь делаешь?
Этот его хриплый голос после сна! Черт, от него по всему телу мурашки разбегаются.
- Сам меня привез. Вчера.
Макс умильно потёр глаза, оглядел меня и сползшее на пол одеяло, сглотнул.
- Ира?
- Спит.
- А ты чего не спишь? Еще очень рано.
- Сам же сказал, что на работу к семи!
- Я?!
- Нет, сама придумала. Кто мой директор? Ты. И вчера велел в шесть быть готовой. Но я не готова…
Пришлось снова обратить его внимание на свой несоответствующий наряд.
- Мне надо метнуться домой и одеться, хотя бы.
Макс застонал, закрывая руками лицо и переворачиваясь на спину. Ну что я могу сказать… Трусы отлично подчеркивали рельеф и спереди. Я чувствовала, как краснею, и начинают гореть уши, но взгляда отвести не могла. Макс идеален во всем, от макушки до кончика… да, члена. Но вот его рука потянулась и накрыла приподнятые трусы уголком одеяла.
- Что? – огрызнулась я на его осуждающий взгляд.
- Иди еще час поспи, потом завтракаем и едем на работу.
- Я поеду в этом? – выпятила грудь и оттянула хлопковые шортики.
- Твою ма-аать, - протянул Макс, закатив глаза. – Скройся. Через час разбужу, и решим проблему.
Уже в дверях он остановил меня.
- А что с Ирой?
- А что с ней? Перед отъездом сделаю еще укол и дам телефон с зарядкой. До вечера. И снова нужен укол. Два раза в день. Макс, может тебе научиться? Видишь, как в жизни пригождается?
- Нет уж, увольте.
- Если бы могла!..
- Попридержи сарказм. И я передумал. Останешься сегодня с Ирой, приготовишь что-нибудь или закажешь.
- Да, лучше закажу, у тебя же в холодильнике пусто.
- Или закажи. Приедет врач, пустишь, потом отзвонишься, скажешь, что еще нужно купить-привезти.
- Халат.
- Да! И неплохо было бы тебе одеться.
Я скривилась, ну ведь мистер Очевидность!
- Ладно, сама домой скатаюсь, возьму шмоток на пару дней. И маме что-нибудь.
- Теперь иди спать.
Я потянулась, осознав, что пока болтала с Максом, окончательно расхотела спать.
- Нет, пойду сварю кофе. На тебя сделать?
- Да, давай. Минут через пятнадцать. Я в душ.
И снова этот протяжный мучительный стон. Я бы вот пропустила душ, если так напрягает мыться. Он же вчера минут тридцать там плескался, чище быть просто невозможно.
Макс терпеливо подождал, пока я пересеку зал в сторону кухни и только потом встал с дивана и быстро помчался в ванную. Странно, я думала, его тяготит. Но это приятно, что мужчина такой чистоплотный. И приятно представлять его голым под душем…
В целом, приятно представлять его голым.
Вот с этими неподобающими мыслями я занялась кофе, заодно составляя список, что нужно с собой взять из дома для переезда к Максу. Я рассчитывала задержаться у него подольше.
* * *
Я проводила Макса, спокойного и собранного после душа (такой он мне нравится еще больше), потом прилегла на минуточку на диване, зарылась носом в подушку, пахнущую им, и вырубилась.
Не знаю, сколько бы я проспала, но подскочила, как ужаленная, от резкого звонка в дверь. Приехал врач, который был в курсе ситуации с мамой, осмотрел её, дополнительно выписал мазь и пригласил на прием через четыре-пять дней.
- Как только станет легче и пройдет болевой синдром, придете на дальнейшее лечение. Пройдете физиокурсы и массаж.
- Хорошо, спасибо, - мама измученно улыбалась, чуть кривоватой улыбкой, что выдавало ее боль.
Проводив врача, я накормила маму наскоро придуманным обедом, отзвонилась Максу и продиктовала название мази. Только после уехала домой, собирать вещи.
Порадовало, когда Макс перегнал на карту деньги, а следом пришло смс от него:
«Купи продуктов в холодильник и закажи ужин».
Я не могла не ответить:
«Есть, босс».
До пяти я успела вернуться к Максу в квартиру, напоить маму успокоительным сбором, заказать продукты и даже поставить в духовку ужин.
Но от звонка в дверь снова подскочила, как ужаленная. Только это пришел не Макс, а Лена с Ниной. Вот откуда?..
- Ма-а-ам?! – ну конечно, это так классно пригласить девчонок к Максу домой. Шикарная идея! Закачаешься! А уж как Макс обрадуется, даже представить боюсь.
- Ох, как у тебя вкусно пахнет, хозяюшка, - Нина потрепала меня за щеку, как плюшевого зайца. – Ну, показывай, где мать.
Я провела их в спальню, проверила духовку и выключила, убедившись, что все готово. Потом нарезала салат и вернулась обратно в спальню.
Уж о чем они там трещали, пока меня не было, не знаю, но застала я их на совещании, как аккуратно, то есть незаметно, охомутать Макса.
- Если уж ты уверена в нем, - с сомнением прощупывала Лена.
- На сто процентов, девочки, - уверяла мама.
- Я подписалась на его инстаграм, красавчик, конечно, но ты должна быть готовой к тому, что вокруг него всегда будут вертеться девки, - тут же встряла Нина.
Я закатила глаза, но сразу заморгала, поймав себя на том, что повторяю любимый мем Макса.
- Не собираюсь на него давить, но раз уж так получилось, что мы со Светой переехали к нему, то можно попробовать. Правда?
- Конечно, пробуй Ирка. Но сразу: не пытайся потакать всем его желаниям, он быстро привыкнет и будет игнорировать твои.
- А еще проводи с ним больше времени, интересуйся его делами…
- Но всегда подчеркивай свои!
- Не взваливай все на свои плечи, лучше делать дела вместе.
Тут я не выдержала:
- Вообще-то им не по двадцать, чтобы ходить по квартире вместе и держаться за ручки.
Все трое перевели взгляд на меня, что погасило мой пыл встревать в «ценные советы».
- Девочки, не забывайте, что я тренер! Есть один самый действенный способ привязать мужчину к себе, - вдруг сообщила мама.
Нина сразу поддалась вперед, как будто если будет ближе, узнает секрет быстрее. А Лена предположила:
- Приворот на менструальной крови?
- Фу!
- Фу, мерзость!
- Много вы понимаете, - усмехнулась Нина. – Говори, что за секрет?
Мама заговорщицки прищурилась и послала меня в кухню за стаканом воды.
- Мне таблетку выпить надо.
Ага, сейчас! Знаю я, зачем меня выпроваживают. Но из спальни вышла, только никуда не пошла, а прислонилась к двери, чтобы не упустить секрет.
- Просто на него не надо давить. Он сам приходит к правильным выводам. И все очень верно расставляет по приоритетам.
- Ну и какой это секрет? Если на них не давить, то все сводится к схеме потрахались-разбежались.
- Это у тебя, Нин, к такой схеме сводится. А Ирка, она свою арку семьи строит крепко. Пусть медленно, зато основательно. Верно, Ир, не дави. Но и не сдавай позиции без боя. Заигрывай. Как морковкой перед мордой осла…
- Тогда уж жеребца.
- Какая разница, если что один, что второй морковку любят?
- Короче, девочки, я точно уверена, что если буду требовать жениться на мне, или как-то узаконить отношения, Максим скорее всего отступится. Он закоренелый холостяк. Оглянитесь! В его квартире ничего живого: ни цветочка, ни салфетки, ни вазы…
- Свечей нет, в ванной только мужские штучки и никакой романтики…
- Нина, какая романтика у тебя должна быть в ванной?
- Ну как? Соль, пенка, массажное масло…
- Он точно из тех, кто не женится! – вынесла вердикт Лена. – И как ты без давления подведешь его к браку, я не представляю.
- Да-да, - вставила Нина. – Все сведется к схеме…
- Ничего не сведётся! Заметьте, я только намекнула, что смогу переехать к нему со Светой. Он две недели вообще не поднимал эту тему, а вчера уступил ей вторую спальню, и сегодня она привезла наши вещи. Он хочет семью, но как холостяку все перемены ему очень сложно даются.
- Ир, а ты с выводами не спешишь? Светка тут из-за тебя.
- Конечно, из-за меня. И я здесь дней на десять минимум! Это даст ему время привыкнуть, он попросит остаться сам! Без моего давления.
- Охренеть!
- Да, Нин, тут тебе не схема, а инстинкт Павлова.
- Кто это?
- Забудь! И что дальше? Ты случайно сломаешь ногу напротив ЗАГСа? И пока ждете скорую, холостяк на тебе женится?
- Очень смешно, Лена. Я не симулирую. Мне действительно заклинило спину, но я во всем вижу знаки свыше. А по поводу жениться… Я хочу, чтобы он сам пришел к выводу, что не может без нас. Что мы уже одно целое. Но на это нужно время. И мне и ему. Так что девочки, в этом году вряд ли, а вот в следующем…
- Ой, Ирка, какая ты счастливая, какой он красивый! Я сойду с ума с вас!
Повисла пауза, и я уже рассчитывала быстро метнуться за стаканом, когда Лена подала голос.
- А что с тобой будет, если твой Максимка поймет, что холостяцкая жизнь ему комфортнее? Что куда лучше, когда без салфеточек, цветочков и свечей в ванной? Ирка, ты сможешь выдержать такой поворот? Или мы снова будем собирать тебя по кусочкам?
Медленно я отошла от двери. Слова мамкиной подруги рикошетом попали в меня. А если Макс все же решит жениться, но не на маме?..
От осознания собственной подлости, меня накрыло. Я сидела на стуле за кухонным столом и тупо смотрела в окно, ничего не видя и не слыша, кроме оглушающего грохота своих мыслей.
Хотела ли я встречаться с Максом? Ответ будет один – да. Очень хотела и хочу. До такой степени, что предпочитала не замечать, что у мамы могут быть на него далекоидущие планы. Пусть вначале что-то такое мелькало, вроде шуток про отчима и возможного братика в нашей семье, но чтобы я серьезно об этом думала? Нет.
Почему так легкомысленно отнеслась к их связи? Да потому что Макс реагировал на меня. Потому что за три месяца они так и не съехались, не то чтобы поженится. Потому что мама ожидаемо пряталась от проблем прикрываясь обстоятельствами.
Если все сложить, получалось, что они просто не пара друг для друга. И в этом случае подтолкнуть их к осознанию и разрыву меня оправдывало. А что теперь оправдает, когда я знаю, что мама просто проводила обходную политику, чтобы влюбить в себя Макса?
Ничего. Остается только вопрос, насколько Макс поддается и влюбляется. И зачем так крепко прижимает меня к себе каждый раз, когда оказывается близко. Почему у меня сбивает дыхание каждый раз, когда я вижу его потемневший взгляд направленный на меня, а не на маму!
В общем, кроме планов девчонок на Макса, он тоже тёмная лошадка… Или уж жеребец, которого нельзя сбрасывать со счетов.
Как бы я хотела поговорить с мамкой начистоту и признаться ей в своих чувствах к Максу. Но не могу. До этого подслушанного разговора не смогла, а теперь тем более.
Ничего придумать не успела, когда услышала шум в прихожей, подскочила и буквально налетела на Макса.
- Привет, - идиотская улыбка расползлась по лицу, машинально перехватила протянутый им пакет. – Ужин готов.
Макс сжал челюсть, оглядывая меня с ног до головы, но потом посмотрел в глаза и устало улыбнулся.
- Отлично. Я сегодня не обедал. И пончиками никто не угостил…
Тут его голос понизился и до нас донесся разговор из спальни.
- У нас кто-то есть?
Я даже проигнорировала его нахмуренные брови, меня пронзило слово «нас», сначала превратив ноги в желе, а потом разлившись теплом внизу живота, запульсировав в совершенно неподходящем сейчас месте.
«У нас»… И мне придется принимать это только в контексте «отчим-приемная дочь»?