Глава 7. Проснувшийся дьяволенок
Максим
Не смог остаться. Поймал себя на мысли, что не смогу целовать Иру и не думать при этом о Светке. Первый раз со мной такое, когда я не в состоянии переключиться на ту, с которой трусь в конкретный момент.
Если не считать того случая в клубе. Но там я намеренно ебал «цыпу», специально искал узнаваемые черты…
Не смог остаться. Сбежал.
Когда я понял, что Ирине тяжело дается даже мысль о переезде, сразу сбавил обороты. Не потому, что боялся лишить её комфорта, а впервые задумался, не спешу ли сам. Ведь если я сделал не тот выбор, перевыбрать мне уже никто не позволит.
«Просто выбери меня».
Она серьезно думает, что это так просто?
Блядь, мне уже трудно что-то планировать на будущее. Я хочу сблизиться с Ирой, но тут же думаю, как это отдалит меня от цыпы. Я понимаю, что цыпа мне в дочери годится, но, сука, дрочу в душе, представляя ее упругую попку.
Что за нахер? Я был уверен, что перерос период кобелизма, когда торчало на каждую сучку, но вот в моей жизни появляется она, и я как дебил стискиваю зубы и долблюсь в кулак. Потому что она дочь моей женщины. О-ху-еть!
А ночью в голову пришла правильная мысль.
Я не должен метаться между женщинами, я просто дам им обеим свободный ход. И пока они определяются, что каждая из них от меня хочет, я решу свои проблемы, потому что какой-то жареный петух всерьез нацелился на мою задницу.
Я позвонил в салон, обновил стрижку и щетину, четыре часа провел в тренажерном зале и только после обеда вошел в свой офис. Цыпа сидела в свободном кабинете и что-то усердно раскрашивала.
- А где мой кофе и пончики?
Саркастический взгляд из-под бровей и язвительная улыбочка:
- Мне еще зарплату не выдавали, Максим Денисович, а деньги на ваши утренние слабости уже закончились.
И вот у меня опять несгибаемый стояк, блядь. Просто надо уйти в работу с головой, вымотаться как псу и не делать никаких поспешных действий. Время лучше всего расставит всё по местам.
- Я попрошу Марину выписать тебе аванс.
- А еще попроси маму взять меня с вами в клуб в выходные.
- Нет. Мы туда едем по делам.
- Ха! То есть, работаю на тебя я, а в клуб ты берешь маму?
- Да, она в два раза умнее, опытнее и сдержаннее тебя, - и увидев скривившуюся мордашку, не удержался от подколки: - И одевается скромнее.
Развернулся и сделал шаг в сторону кабинета, когда услышал в спину от цыпы:
- Скучнее она одевается, вот будет мне сорок, я тоже надену для тебя скучную одежду, тащись сколько угодно…
Я не смог сдержать ухмылки в пол-лица, но пигалица этого не увидит.
* * *
С переговорами не клеилось. Представители сидели передо мной и в пятый раз вносили правки в договор аренды.
- Нам нужно ваше кафе. Мы его полностью арендуем и переоборудуем под ресторан элит-класса. Ярмарки по выходным придется прекратить. Внизу будет стоять наша охрана, и служба безопасности требует закрыть все выходы, кроме центрального.
- С этим не согласится служба противопожарного надзора.
- Урегулируйте этот вопрос. Мы бы хотели, чтобы все вопросы с проверяющими и контролирующими органами решали вы.
- Как удобно, - протянул я, пытаясь в очередной раз просчитать, во что мне обойдется бодание по каждому пункту их условий и стоимость уступок. – Что-то еще?
- Да. Вы так и не отредактировали пункты по авансу и обеспечительному взносу.
- Не отредактировал, потому что предупредил, что это ключевые и обязательные пункты договора.
- Максим Дени-и-исович! – неприятно протянул второй представитель, который, как я заметил, вступал в разговор, когда необходимо было напомнить с насколько «жирным» арендатором я имею дело. – Мы же с вами деловые люди! В бизнесе не так просто изъять деньги из оборота. А вы сразу запрашиваете двойную сумму. Это же не шаурмичную у вокзала арендовать, это сразу полмиллиона зелени вывести и похоронить.
- Эм… Вы считаете, что если я распорядитель недвижимости, то деньги арендаторов я вкладываю в ритуальные службы? Или намекаете, что закапываю в прямом смысле – еду с лопатой в лес и хороню?
Сука, как меня начинал подбешивать этот договор! Даже сейчас, осадив одного из представителей, я заметил, как первый саданул его ногой под столом, а уже потом заговорил со мной:
- Руководство затребовало с меня смету ваших планов на внесенный аванс и обеспечительный платеж, потому что если вы действительно просто оставите средства на депозите, без вложения в бизнес, мы готовы разместить ваши деньги в оборот под большие проценты лично вам…
- Помните, с какой суммы мы начинали торг? Один миллион евро. Сейчас в договоре осталась половина суммы. Я уже увеличил свои риски на пятьдесят процентов, больше рисковать нет смысла.
Пауза, во время которой представитель демонстративно отложил проект договора и тяжело откинулся на спинку кресла.
- Максим Денисович, в центре столицы есть выбор по сдаваемым в аренду зданиям. Более того, некоторые за такую сумму мы можем выкупить. Даже ваше можем, если захотим… Но мы хотим взаимовыгодного сотрудничества с вами. Так давайте же к уступкам подойдем разумно. Мы берем вас в аренду минимум на десять лет, вкладываем в здание свои деньги, и это куда больше миллиона евро. Десять лет осуществляем капитальный и фасадный ремонт, содержим все коммуникации, платим налоги… Но уже сейчас упираемся в какие-то полмиллиона? Почему? Вам оскорбительно наше предложение вложить деньги в наш бизнес? Но ведь мы снова предлагаем вам на них заработать, а не просто отложить и любоваться.
- Мне было бы спокойнее, если бы вы не лезли в мой бизнес со своими планами. Я сам могу посчитать свои деньги и распланировать, куда их вложить.
Тот снова пожевал губы.
- Так мне передать главному, что вы не доверяете ему? Не готовы принять щедрое предложение?
И тут я сдал назад. Определенно я не готов расставаться с деньгами, но терять этого арендатора мне не хотелось. В кризис из здания съехало много мелких и средних арендаторов, я покучнее собрал основных, чтобы не пугать посетителей и бизнесменов пустующими помещениями. Но сам то знал, что ежемесячно проседаю на значительную сумму. И предстоящие полгода-год не предвещают улучшения.
- Что останется у меня на руках?
- Вот это другой разговор. На ваш выбор: хотите акции, хотите облигации, можем даже вексель от нашего банка-партнера оформить.
- Хорошо, я подумаю. Если это все ваши замечания, то мне нужно время на принятие решения, и я свяжусь с вами.
В дверях произошла какая-то заминка, только потом я понял, что представители столкнулись с цыпой, напролом штурмующей мой кабинет.
Голова раскалывалась от навалившихся проблем, помимо капризного недоарендатора, мои постоянные тоже подняли бунт, который только разрастался. Все разумные предложения отметались, даже не рассматриваясь.
- Что еще? – рявкнул я на Свету, не успевая переключиться.
- Кофе и пончики, - она явно стушевалась.
- Извини, - я потер лицо ладонями, стараясь отогнать дикое раздражение и подавленность.
- Да, ничего. А кто это? Я их где-то видела…
- Ты их даже фотографировала на телефон. Не помнишь уже? Как же хорошо иметь такое незамутненное проблемами сознание.
- Ладно, отвлеки свое мутное сознание. Сегодня шикуем на мой первый аванс!
Она с таким оптимизмом поставила передо мной две коробочки с пончиками и трюкнулась на кресло, закинув ногу на ногу. Черт, это определенно улучшает настроение.
- Две?
- Угу, я не люблю сахарные, а ты не любишь глазированные, но эти черти в пончиковой не продают ассорти! Прикинь?
Я открыл коробку с сахарными пончиками и проследил, как цыпа откусывает кусочек от глазированного, слизывая кончиком языка глазурь с губ.
Твою мать!.. Мне еще разбухшего члена в штанах не хватало до полного счастья.
- Света, спасибо за кофе, остальное забери и иди работай. Я сейчас не в состоянии…
Она отложила пончик и тщательно вытерла пальцы влажной салфеткой.
- Что-то случилось, да?
Я закрыл глаза, чтобы к головной боли не добавлять острых ощущений от близости цыпы.
- Это происходит уж вторую неделю, блядь. Как закончится, свалю на неделю на побережье.
- Круто, - мне показалось или ее голос прозвучал ближе? – Можешь мне рассказать? Иногда проговаривание проблемы вслух помогает найти решение.
Заманчиво, но…
- Не могу, голова раскалывается. Наверное, поеду домой, выпью таблетку…
И тут меня прострелило от прикосновения ее пальчиков к затылку. Легкие массирующие движения и охренительная дрожь удовольствия по телу. Я захлопнул рот раньше, чем приказал остановиться.
Пальцы массировали затылок, виски, шейные позвонки, плечи, а я распластался на кресле, утопая в приятных ощущениях.
- Я умею снимать головную боль, меня мама Даша научила. А ты лучше не грузись мыслями, а выговаривай. Я никому не скажу, честно!
- М-м-м…
Мысли растеклись, собрать их в кучу, когда цыпа стояла за спиной и ласкала своими волшебными пальчиками, не было ни единого шанса.
- Эти дядьки и есть новые арендаторы? – помогала она мне, но я концентрировался на другом.
- Дядьки? – черт, да они примерно моего возраста. Я тоже, получается, дядька?
- Ну, мужчины? Что они хотят?
- Скорее уж много чего не хотят. Ярмарку не хотят, проблем с пожарными не хотят, бизнес-кафе не хотят, но самое хреновое – вносить аванс тоже не хотят, но планируют за месяц разобрать половину бизнес-центра, чтобы переоборудовать под клуб, сауну, развлекательный центр… Черт, не удивлюсь, что еще подпольное казино откроют!
- А как аванс исправит эту ситуацию? Если уж они хотят все перестроить, то все равно так сделают после подписания договора.
- Аванс гарантирует, что если они вдруг все сломают и свалят в закат, у меня будет на что восстановить помещение… Не останавливайся, продолжай…
- Тогда им так и надо объяснить, может, они просто не догоняют, что своими действиями могут разрушить твой бизнес?
- Цыпа, ты серьезно думаешь, что дядьки настолько просты и не понимают мои риски и чем я подстраховываюсь?
- Вряд ли они простые. Они с самого начала не хотели тебе аванс давать.
- В смысле?
- Я вспомнила, что в первый день еще с ними в лифте ехала и тот, который прилизанный, сказал, что ты еще хуй сосать будешь вместо аванса… Ой, прости.
Я дернулся и Света отскочила.
- За что?
- И маме не говори, что я ругалась.
Я нахмурился, не понимая о чем она.
- Ты сказала вслух слово «хуй»? – помимо воли, по губам расползалась ухмылка, когда она кивнула. – Какая плохая девочка. Говорит грязные словечки, подслушивает дядек… Кстати, они еще что-нибудь говорили?
- Только то, что обломают тебя по полной, какой бы ты крутой не был.
Я покивал. А ведь обломают, если я прогнусь под их требования. С другой стороны, у меня будет гарантия в виде ценных бумаг. Или это очередной развод Мезурова? В пятницу я увижу его, и Ира мне поможет выяснить, не стоит ли за всем этим Олег.
- Света, спасибо за пончики… И напомни, где ты их берешь?
- На углу рядом со Старбаксом. Помнишь, ты меня подвозил туда?
Я вспомнил. Заложил руки за спину, чтобы провожая цыпу, удержаться и не шлепнуть ее по попке. И тут же набрал юриста.
- Дима, сделай два дела? Созови арендаторов бизнес-центра на общее собрание в четверг утром. И еще узнай, кто владеет пончиковой на углу рядом со Старбакс? Да, пончиковой, ты не ослышался. В идеале, достань мне телефон владельца.
Итак, Светка права, нужно еще раз разложить все по полочкам и взвесить, не потеряю ли я больше, если пущу к себе нового арендатора. Нужно сегодня поговорить с Ирой, вдруг она подскажет мне дополнительные варианты? Как психолог и как бизнес-леди.
* * *
Вечером я захватил цыпу домой, заранее предупредив Ирину, что приедем к ужину. Цыпа настораживала своим поведением. Слишком покладистым? Да, наверное. Не могу не признать, что послушная цыпа очень аппетитна, но эта её новая внимательность и предупредительность напрягала, заставляя ждать неожиданный выверт от хозяйки.
- Голова прошла?
- Да, спасибо.
- Пончики понравились?
- Всё нормально.
- У нас останешься?
- Вряд ли.
- Останься! Тогда можем открыть на ужин вино, оно расслабляет и разгоняет кровь. Ты просто переутомился. Вино, ужин, секс-с…
Я вздрогнул, стрельнув в нее глазами. Твою мать, сидит с невинным видом, наклонившись ко мне так, что я могу увидеть пупок в вырезе ее декольте. Закусила мягкую губку, чтобы не рассмеяться мне в лицо? Неужели не понимает, что я, блядь, сам еле сдерживаюсь, чтобы не закусить ее губки.
- Соблазняешь?
А вот теперь вздрогнула она, улыбка погасла, и цыпа отпрянула, наконец-то перестав дразнить меня своими грудками.
- Вот еще. Ты же парень моей мамы!
- Парень? А я думал дядька твоей… Но я про вино. А ты соблазняешь чем-то еще?
Но цыпа насупилась, отвернувшись к окну. Черт, неужели она действительно рассчитывала раскачать меня на ответную реакцию?
- Кстати, да. Я не только встречаюсь с твоей мамой, но на ближайшие два месяца еще являюсь твоим руководителем. Так что, придерживайся субординации.
- Я придерживаюсь.
- Ты хоть знаешь значение этого слова? – засмеялся я.
- Это значит, быть послушной.
Твою мать! Боеголовка уже в полной готовности к старту. И всего то, цыпа опустила глаза в пол и скромно пообещала быть послушной.
- Вообще-то, нет. Но если ты будешь слушаться… - тут голос меня подвел, не к месту осипнув, что пришлось откашляться. – Если будешь слушаться, этого достаточно.
- Угу, - кисло подтвердила Светка, поигрывая ремнем безопасности, привлекая внимание к груди.
Хочу остаться у них, но тогда я затрахаю Ирку и буду постоянно думать, что за стеной цыпа. А я так не могу. Может, уговорить её мать на ночь поехать ко мне? Прикроюсь, что нам надо поговорить. Хотя, зачем прикрываться? Мне действительно хочется поговорить с ней.
Именно так и получилось. Недолго поколебавшись, Ира согласилась, когда Света клятвенно пообещала ничего за ночь не натворить, и мне показалось, что по ее лицу даже скользнуло какое-то снисходительное выражение.
У нее какие-то тайны от матери? Какие?
В ее возрасте можно только ухажера скрывать, которого мать не одобряет. И тут я цыпе неожиданно такой подгон делаю, увожу мать на ночь, а она приводит своего парня.
Блядь. Если Ира против Светкиного парня, мне он тоже не нравится!
- Э-э, завтра на работу на два часа раньше приедешь.
- Это зачем? – цыпа выпучила глаза.
Значит, точно ухажера приведет. Я сочинял на ходу:
- Надо подготовиться к собранию. Поможешь мне.
- К какому собранию?
Меня уже начинала подбешивать ее неугомонность. По-моему, я ясно обозначил, что сегодня не до траха, надо выспаться и к семи быть в офисе!
- Завтра в шесть я за тобой заеду и по дороге все расскажу.
Теперь вмешалась Ира, и у меня снова начала раскалываться голова.
- Максим, зачем в шесть? Так рано?
- Пробки.
- Утром?
- Ира… Поедем? Не соображаю уже. Дома поговорим, хорошо?
Она кивнула, подхватила сумку и поцеловала дочь. Я на секунду замешкался, поймав себя на мысли, что жду, когда цыпа освободится, и я тоже смогу обнять ее и засосать.
Какого черта?
Выставил Иру в подъезд, выставил палец на цыпу и повторил:
- Завтра, в шесть!
- Но…
- Слушайся.
Она вздохнула, груди приподнялись и опустились.
- Ладно, Максим Денисович, - а потом встала на цыпочки, прижимаясь губами к щеке и прошипела: - Потрахайся уже как следует, чтобы не срываться на людей.
Я отшатнулся, понимая, что как никогда близок, чтобы перекинуть ее через плечо и затащить в постель. Или перекинуть через колено и отшлепать по вертлявой, еле прикрытой шортиками, заднице.
Но невероятным усилием воли развернулся, подхватил Иру под локоть и повел к лестнице. В их долбанном доме даже лифт работал через раз.
* * *
По дороге мы молчали. Возможно, Ира обиделась, но я отмазался разболевшейся головой, старался не раздражаться и не дергать авто, чтобы не заводиться еще больше.
У меня в квартире Ира зажалась.
Вот что не так?
- Переоденешься? Ванная в твоем распоряжении.
- Я не подумала и не взяла ничего во что переодеться.
Я закрыл глаза и сосчитал до семи, больше не хватило терпения.
- Можешь взять мою рубашку или футболку в гардеробе. А я пока открою вино. Ты не против?
- Тогда давай выпьем, поговорим, а потом я переоденусь.
- Нет, Ир. Пойдем вместе сменим одежду, я еще душ приму. А потом поговорим. Ты же не против?
Ира ушла в мою спальню, а я, откупорив бутылку, налил полный бокал и выпил, чтобы наконец-то переключиться. Интересно, эта пигалица легла спать? Как было бы проще контролировать ее, если бы они жили у меня.
Блядь. Блядь! О чем я думаю?
А думаю я о том, чтобы запереть цыпу в своей квартире и не подпускать близко к ней ни одного носителя яиц! Но какое, нахуй, мне дело до цыпы?
Я закрылся в душе второй ванной комнаты, встал под тугие горячие струи воды и уперся в стену руками.
Сам решил ничего не предпринимать, просто выждать. У меня дохрена проблем с бизнесом, чтобы терять голову из-за двух свалившихся на меня девчонок. Но я, кажется, ее уже потерял, потому что пока не определюсь с выбором, которая из Ивлевых останется со мной, не смогу позволить им не принимать меня в расчет. В конце концов, не я один заварил эту кашу.
Выдавив в ладонь гель для душа, посильнее перехватил член у основания и провел по напряженному стволу, натягивая кожицу на головку. В этот момент невозможно было сдержать стон, я запрокинул голову и зажмурился, подставляя лицо струям воды из-под душа. В моей голове крутились и смешивались два образа. Ирки, такой раскованной и желающей даже в сексе сохранить независимость. Светки, доверчиво предлагающей себя попробовать, но не понимающей, какую неуправляемую бурю чувств при этом вызывает во мне.
Задыхаясь, опустил взгляд на увеличившуюся головку, вздувшиеся вены. Пальцы сводило, а разрядки так и не наступало. Сколько я здесь? Мне реально надо потрахаться и кончить, иначе завтра я все разнесу к чертям, вместо того, чтобы быть рассудительным и взвешенным.
Ира ждет меня в большой комнате, но я же наброшусь на нее как зверь, потому что зол, раздражен из-за ее дочери. Она должна сейчас спать. Ей лучше послушаться, потому что если я узнаю…
В ушах стучал пульс, заглушая шум воды, рука двигалась привычно быстро, нагоняя напряжение к кончику члена. Я представляю перед собой цыпу, смеющуюся, раздвигающую бедра. Её мягкие влажные складочки и то, как я макаю между ними свой конец.
Из горла вырвался хрип и я впечатал свободной рукой в плитку. Блядь, хочу её. Хочу погрузиться и трахать до сумасшествия. Хочу трогать её всю и везде. Хочу не только членом зарыться в эти грёбанные складочки, хочу залезть туда носом, языком. Дышать… Лизать… Пить…
Да. Да, блядь.
Даже резкие движения бедер не помогали прийти к разрядке. А я так хотел кончить.
Сцепив зубы, зажал головку и добавил геля. Теперь скольжение стало мягким, томным. По спине сползла волна дрожи, ударив слабостью в ноги.
В моем воображении, цыпа стояла передо мной на коленях, открывала рот и облизывала пухлые губки. Обхватила ими конец и провела языком. Я дёрнулся, выстреливая семенем, наблюдая, как оно стекает по плитке, но перед глазами цыпа тянулась к головке, снимая сперму язычком, и меня продолжало коротить, скручивая спазмами пополам.
Только через пять минут, отдышавшись, я пришел в себя, наскоро сполоснувшись, навернул вокруг бедер полотенце и пошел к Ирине.
- Я налила вино.
Моя рубашка ей очень шла, делая ее больше девчонкой, а не контролирующей всё и всех женщиной.
- Ира, я хотел с тобой посоветоваться, но…
- Давай после. Ты хочешь меня?
Ну, я планировал… Позже. Но, кажется, она была настроена получить меня сейчас.
- Если ты против?
- Максим, ты же сам позвал меня. Зачем откладывать? Мы потом поговорим.
Вот за что я ценю эту женщину. За отсутствие ненужных сантиментов.
Уже в следующее мгновение я запечатал ей рот поцелуем, жадно залезая руками под рубашку, и да-а-а… На ней ничего кроме мой рубашки не было. Идеальная женщина!
Одним движением развернул ее и прижал к стене, голая попа так и просилась отшлепать ее и взять. Я обхватил груди, ощущая новый прилив возбуждения, и уперся торчащим членом между Иркиных ягодиц.
- Не здесь, идем в спальню.
Спорить не осталось сил, я хотел только брать, все, что она предложит, а трехмесячные свидания подтверждали, что ей есть что предложить. Подхватил на руки, жадно прикусывая через рубашку крупные плотные соски, и понес в постель. А там сразу потерял контроль. Ира уверенно опрокинула меня на спину и оседлала сверху.
Черт, я хотел брать ее, сейчас мне нужно было выплеснуть всю нерастраченную энергию, мне нужно полное её подчинение. Но уже зная Иру, понял, что секс будет по другим правилам… Или не будет вообще.
Я убрал руки за голову, предоставляя ей максимум свободы действия.
Рубашку она не сняла. Я закатил глаза, чувствуя ее горячую влажную плоть, скользящую по напряженному члену, но не насаживающуюся на него. Черт, сегодня ночь дразнилок? Вряд ли я вытерплю. При этом знаю, что если опрокину и тупо оттрахаю, Ира неделю к себе не подпустит.
- Малыш, давай сегодня не будем затягивать.
- Совсем немного? Тебе не нравится? – и обижено надувает губки. Ладно бы цыпа так разводила, но Ира?
- Нравится, но недолго, хорошо?
И ойкнул, когда она перехватила член у основания и макнула кончиком в себя.
Сука, такая горячая, текущая.
Я инстинктивно дернул бедрами, пытаясь протолкнуться глубже, но Ира отпрянула. Как же я ненавижу эти грёбаные игры в постели! Кто их, нахуй, придумал? Кто, блядь, убедил женщин, что нам это нравится?
Непроизвольно заворчал, стискивая ее бёдра и заставляя скользить по твердому стволу, каждый раз охреневая задевая головку. Блядь, как же я хочу ее.
Она наклонилась и зацепила мои губы, посасывая и играя язычком. Жадность накрыла с головой. Я стискивал ее грудь, ласкал, сжимал и проводил ладонями вниз, по талии к полным бедрам, чтобы сильнее схватить там и впечатать в стоящий конец.
Одно легкое движение, чтобы опрокинуть Ирку на простыни и скользнуть в нее, вбиваться до утра под хриплые стоны.
- Не торопись! – шлепок по рукам и она снова заводит мои руки за голову к спинке кровати.
И наконец-то садится сверху до упора. Я выдавливаю воздух сквозь зубы, еле сдерживаясь, чтобы не помочь ей и не проникнуть глубже, по самые яйца. Меня изнутри выворачивает от потребности вбиваться в нее и чувствовать отклик тела. Медленные раскачивания на члене недостаточные. Хоть я и скинул излишнее напряжение, но бешеная энергия еще прошивала, требуя больше резкости, грубости, жесткости.
Но Ира двигалась медленно, растягивая своё удовольствие. Я постарался отключиться от мыслей и просто принимать, чувствовать телом, расслабиться.
Перед глазами колыхались груди, полные, с манящими сосками. Я потянулся, захватывая их ртом и не сдерживая стон. Вкусные, дразнящие. Всё безумно гармонично и размеренно. Я поддался ритму Ирки, сдвигая нас к спинке кровати, прислоняясь спиной, чтобы в полной мере получить кайф от ее трущегося об меня тела. Твердые сосочки задевают грудь, вминаясь, перекатываясь, распространяя по коже приятные покалывания.
Еще меня тащит от тонкого аромата секса. Наша химия пахнет по особенному, охуенно возбуждающе. Вот только на том пике страсти, мне уже мало нежных раскачиваний Иры.
- Перевернись.
- Нет, я так хочу…
Ла-адно.
Я был бы не я, если бы не узнал все Иркины загоны за три месяца. Захватил ее затылок ладонью и нагло взял в рот. Она тащилась от «властных» поцелуев, а я просто отвлекал ее внимание от полного контроля в постели. Просунул руку между нами и полоснул пальцем между ее влажных горячих губок, так аккуратно трущихся о мой ствол.
Ирка ахнула и тут же вжалась, теснее обхватывая член своими мягкими стеночками. От простреливающего разряда я замычал ей в рот, не в силах отлепиться от губ. Пальцем нагло стимулируя скользкий набухший клитор.
Да, давай, малыш, кончи для меня…
Ирка извивалась, подпрыгивая на члене и пытаясь увернуться от пальцев, но я крепко прижимал ее к себе, ни на секунду не переставая ласкать. До момента как она закричала и выгнулась в моих руках, содрогаясь от спазмов. Я чувствовал ее оргазм всем телом, от зажатого влагалищем конца, до затылка, в который Ирка вцепилась ногтями, схватив за волосы.
- О, Бооо-ооожееее… о боже!
- Да, малыш, кончай, еще…
Я не торопил ее, зная, что пока она не выбьется из сил, хрен я ее оседлаю. Поэтому возвращался пальцем к клитору, периодически надавливая подушечкой на распаленное местечко между складочек и одновременно проталкиваясь налившимся членом внутрь, ударяя в нежные пульсирующие стенки влагалища.
И только когда Ира затихла, без сил распластавшись на моей груди, я увереннее перехватил ее бедра и опрокинул на спину.
- Теперь обхвати меня ногами.
Я погрузился в ее омут, понимая, что ни сопротивления, ни яркого ответа уже не будет. И так даже лучше – взять то, что мне сейчас необходимо и вырубиться до утра. Я вбивался в податливое тело, под тихие всхлипы Иры, чувствуя, что без накала член опадает.
Блядь. Развернул Ирку и от вида приятной округлой попы снова ощутил приход. Но малыш похоже утомилась и всерьез намеревалась заснуть до того как я кончу.
- Ира? Упрись в спинку. Держись.
Я толкнулся, приятно впечатываясь в ягодицы, и вздрагивая от накатывающей слабости. Чего-то не хватало, какой-то малости, большего контакта. Уже на пике я надавил Ире на поясницу и три глубоких удара под крики и собственный рёв, кончил, охуевая от обрушившихся эмоций.
- Ой… ой… ай…
Я тихо засмеялся, шлепнув Ирку по попке:
- Не «боже мой»? Малыш, ты как всегда…
- Максим… спина…. ай… уколы дома…
- Что?
Вот тут меня прострелило. Ирка плакала и стонала сквозь слёзы.
- Ир, что случилось?
- Спина… Бывает, но нужно обезболивающее… Дома… Уколы.
Блядь!
- Может врача? Я вызову.
- Максим, Свете позвони. Она знает. Врач ничего не сделает. Свете…
- Я понял. Что сейчас тебе сделать?
- Позвони. Уколы. Побыстрее!
Меня трясло и совсем не от слабости после разрядки. Что я, блядь, натворил? Надавил не туда? Сильно вбивался? Не рассчитал и прилег всем весом?
- Я мигом! Ир, ты только не… короче… Я быстро!
Уже в машине набрал Светку и матюкался до тех пор, пока она не взяла трубки и не прохрипела заспанным голосом:
- Уже шесть?
- Нет, часа два.
- Тогда что? Соскучился? Сон страшный приснился?
- Блядь, когда-нибудь я тебя выпорю… Ире плохо.
- Что с ней?! – ага, голос стал бодрее.
- Что-то со спиной. Она сказала про уколы, которые дома. Я уже еду. Найди и приготовь.
- Ага. Черт! Как же она так…
Хотел бы я сказать как, но сука, чувствовал себя, пиздец, виноватым.