44. Анонимка

Синица

Вбегаю в школу, перепрыгивая через две ступеньки, равно так же, как когда-то, будучи её учеником. Но сейчас мне не до «церемоний». Плевать, что я теперь тут преподаю, на данный момент меня волнует только одно – безопасность моей любимой девушки.

Сегодня у меня полный рабочий день, но, когда Света позвонила мне из больницы и попросила прийти, я отпросился у директора с последних двух уроков, и помчал к ней. И вот сейчас идет пятый урок. В коридорах тишина. Я быстро подхожу к кабинету русского языка и прислушиваюсь – урока нет.

Открываю ключом дверь, и уже собираюсь войти, как слышу голос нашего завуча сзади:

- Алексей Николаевич, вы же отпрашивались по срочным делам? Что вы делаете не в своем кабинете? Заблудились? – крупная женщина, с волевым характером и огромной закрученной шишкой на голове, громыхает своим командирским голосом на весь коридор и иронично смотрит на меня, подняв одну нарисованную тонкую линию на месте, где должна быть бровь.

- Нет, не заблудился, Екатерина Андреевна, - просто отзываюсь я, - Светлана Сергеевна просила взять кое-какие вещи из её класса.

Я уже почтительно киваю и вхожу внутрь. Завуч - за мной.

- Светлана Сергеевна попросила, значит? – голос становится уже не просто ироничным, а сочится сарказмом. – А вы знаете, что ваша Светлана Сергеевна крутит шашни с учеником нашей школы?!

У меня из рук выпадают тетради, которые я собрался переложить, чтобы добраться до нужной папки, местоположение которой мне подробно описала Света.

- Да-да! – смакует мою реакцию большая тётя. – Сегодня на неё анонимка поступила.

И лицо такое довольное, будто не человека сейчас оговорила, а в лотерею выиграла.

- Какая анонимка? – быстро переспрашиваю, чтобы не тянуть время.

- Анонимная, без подписи. Мол, учительница русского языка позволяет себе заигрывать с учеником, приводит его домой и неизвестно чем они там занимаются…

- А где сейчас это письмо? – спрашиваю, не обращая внимания на суть того, чем она пытается меня поразить.

- У директора, - непонимающие глаза завуча округляются, когда я не реагирую так, как она этого ожидала. – Выйдет она из больницы, и сразу по статье пойдёт, за совращение несовершеннолетних…

- Екатерина Андреевна, вы хотели еще что-то мне сказать или я могу идти? – пытаюсь говорить спокойно и с уважением к её должности, но получается, наверное, плохо. Я уже взял нужную папку и собираюсь покинуть кабинет.

Завуч продолжает что-то еще вещать, выходя в коридор, но я быстро закрываю дверь на ключ и не обращая на неё внимания, убегаю по срочным делам.

- Нина Ивановна, можно? – просовывая голову в кабинет директора.

- Лёш, что-то срочное? Мне сейчас идти на открытый урок в пятом классе. – Нина Ивановна – мировая женщина. Во время моей учебы она была моей первой учительницей, потом стала завучем, когда мы выпускались, а вот теперь уже второй год заслуженно занимает должность директора.

- Срочное, Нина Ивановна! Дело жизни и смерти. И это я не шучу.

Я сажусь за стол напротив неё и рассказываю ей всю историю угроз Свете. Выслушав меня, она достает из ящика стола какую-то бумажку и разворачивает её – та же полоса слева.

Мы достаем доклады учеников 11 класса, которые я притащил из кабинета русского языка, и самый верхний доклад – с точно такой же «меткой».

Марина Долгова.