5. Записки на салфетках

– Сокол, пока ты час плескался, у тебя телефон трезвонил, не затыкаясь. Вот опять, – ржет напарник, когда выхожу из душевой. – Это Лика развлекается со вчерашнего вечера. И как не устала еще, – прохожу к своему шкафчику, не прикасаясь к телефону. Пусть жужжит себе на здоровье. Сева парень неравнодушный и спокойно пережить такое мое безразличие не может. Когда один звонок сбрасывается и начинается следующий, его терпение лопается. Он берет телефон со стола, но я сразу же перехватываю трубку, чтобы он случайно не ответил. – Три сотни пропущенных. Может случилось, что, – оправдывается. – Если бы что-то случилось, она бы уже всю часть перевернула, чтобы меня найти. – А если ей плохо? Она же жена, Сокол. Любимая женщина. На эту реплику у меня случается острая аллергическая реакция. Потому что скулы сводит, а кулаки сами по себе сжимаются. Не моя она женщина и, по всей видимости, никогда ею и не была. Наш роман случился исключительно по ее инициативе. Она всегда “случайно” появлялась на моем пути. Ее влюбленность оказалась одержимостью, которая прошла… Когда? Да в сущности неважно. Я бы мог винить себя в том, что она изменяет. Я редко бываю дома. Мало уделяю внимания. Служба. Вот она и нашла себе развлечение по вкусу. – Если бы ей было плохо, она бы прибежала еще быстрее. Чтобы очень драматично показать всем вокруг, какая я сволочь. Лина королева драмы. И если раньше ее слегка театральное поведение мне нравилось, то сейчас… – Описываешь какую-то маньячку, а не любимую жену. – Оказалось, жены могут быть еще хуже. От них просто так не сбежать. Теперь побег прячется в настройках Госуслуг, а любовь стоит очень дешево. Только сейчас я начинаю понимать, что она всегда была такой. Ветреной, капризной. И если с капризами поначалу даже нравилось справляться, то чужого мужика в нашей постели это не уберегло. Моя смена почти закончена. Но есть еще одно важное дело. Забежать домой за документами и опечатать цветочный магазин, в котором работает та мелкая нахалка. Не девка, а сплошная неприятность. Список нарушений у магазина такой, что проще снести и построить новый, чем все исправить. Дома меня ждет еще одна девушка. Точнее, не совсем ждет. Вернее, не совсем она. Переписка с неуловимой Мартой превратилась в настоящее приключение. Записки, которые она мне оставляет каждый день наполнены концентрированным теплом и нежностью. Каждый день я жду от нее новое послание, и сегодняшний не исключение. С порога иду не за документами и на выход, а на кухню. Сегодня на столе меня ждет новый сюрприз. Необычный. Небольшой горшочек, под крышкой которого меня ждет ароматное жаркое. – С ума-а-а сойти, – оседаю на стул, подхватываю вилку и сразу же начинаю есть. Живот подвывает мне в тон. – Да-а-а. Давно мы с тобой таких деликатесов не видали. Лика предпочитала заказывать еду из доставки, а верхом ее кулинарных способностей были пельмени. “Доброе утро, Фин. Надеюсь, смена прошла отлично и тебя ждет не менее прекрасный день. Кстати, сегодня очень необычный праздник. День добрых дел. Каждый сегодня должен сделать минимум одно доброе дело для другого человека. Так у каждого день станет чуточку лучше. Подумай об этом." С добрыми делами у меня сейчас сложно. Потому что я сам нифига не добрый по сути своей. В кармане в очередной раз начинает звонить телефон. Начну делать добрые дела прямо сейчас. Вот тем, что я не отвечу, как минимум двум людям будет лучше. Оставляю записку с благодарностями для Марты и выхожу из дома. Только переступив порог подъезда и понимаю, что нужно возвращаться. За те полчаса, что я провел дома, на улице начался настоящий ливень. Как назло, оставил машину в части. Нужно идти за зонтом. Возвращаюсь в лифт, вдавливаю кнопку своего седьмого. Но лифт не едет. Потому что в последний момент в кабину влетает девушка. Та самая пигалица из цветочного. Вся мокрая насквозь. Продрогшая. Отряхивается, забрызгивая меня с головы до ног. – Ой, простите, – поднимает смущенный взгляд. Я вижу, как крутятся шестеренки у нее в голове, и она очень быстро со смущения переключается на злость. – Вы что, меня преследуете?!