11

Я застываю.

Этот его поцелуй вызывает в мозгах короткое замыкание, которое по капле выжигает из меня не только мысли, но и воздух.

Ярик, конечно, не церемонится. Этот поцелуй ни капельки не нежный, он безжалостный. Даже грубый. В другой ситуации я бы врезала по морде тому, кто себе такое позволяет. В другой…

Сейчас же я не то что руку поднять не могу, я вообще забыла, как шевелиться. Это шок, а еще скачок адреналина. Он теперь понижается, причем со скоростью, почти равной скорости света.

Леднев чувствует мое оцепенение и прижимает к себе еще теснее. Настолько, что у меня кости ноют.

Я ахаю, распахиваю глаза, и кулаки разжимаются сами собой.

Где-то на периферии слышу одобрительный свист и чьи-то улюлюканья. Мое тело каменеет от этих звуков пуще прежнего, а Леднев отпускает меня так же внезапно, как и схватил.

Пошатнувшись, делаю шаг назад, изо всех сил стараясь удержаться на ногах и не грохнуться всем на потеху.

— Так-то лучше, — ухмыляется Ярослав и вытирает губы тыльной стороной ладони.

— Придурок, — шиплю на него, нервно оглядываясь по сторонам. Студенты, конечно, вокруг нас не толпятся, но явно пялятся из разных углов парковки.

Замечательно просто! Мы устроили тут целое представление…

— Ты зачем это сделал? — упираю руки в боки. — Совсем больной?

Ярослав расплывается в улыбке и смотрит на меня с вызовом, правда теперь в его глазах читается что-то еще… азарт, любопытство, удовлетворение от произведенного эффекта? Не знаю.

— Обычно мне за такое говорят «спасибо».

— Кто? И, самое главное, где? В твоих влажных фантазиях? — закатываю глаза, а потом сдуваю со лба пару волосинок.

Ярик убирает руки в карманы джинсов, ухмыляется и снова делает шаг. Прямо ко мне. Между нами снова — пара сантиметров буквально.

— Да ты у нас дерзкая.

— Я, в отличие от тебя, нормальная. Адекватная такая…

— Адекватная? — издает он смешок. — Ты накинулась на чувака и хотела выцарапать ему глаза, — косится на лежащего на асфальте парня.

Поджимаю губы, хаотично соображая, чем отбить такой выпад.

— Рокки на минималках, — продолжает угорать Леднев.

— Не смей меня больше трогать! — выпаливаю единственное, что приходит в голову.

— Ага, — кивает и скользит взглядом по моим губам. — А если очень захочется?

— Тогда глаза я выцарапаю уже тебе.

— Как страшно, — хмыкает. — Варя.

— О, ты наконец-то запомнил мое имя? — глупо хихикаю и резко замолкаю, понимая, что сказала лишнее.

Ярослав прищуривается и, склонив голову набок, спрашивает:

— Что значит «наконец-то»? Мы уже встречались?

— Ничего. Пока, — разворачиваюсь и делаю шаг в сторону здания университета.

— Подожди-подожди, — Ярослав хватает меня за руку. — Встречались, да? У меня ужасная память на лица, — хмурится. — А я думаю, почему мне знаком твой голос…

— У тебя слуховые галлюцинации, — расплываюсь в приторной улыбке, заглядывая ему в глаза.

— Я тебя летом подвозил в общагу?

— Какая разница? — выдергиваю руку из его захвата.

— Точно, ты.

Он щелкает пальцами и снова улыбается, а меня, меня это так бесит, что я совершаю еще один глупый поступок.

Кладу ладонь ему на плечо, немного привстаю на носочки и, рассмеявшись, произношу:

— Знаешь, было забавно смотреть, как моя мама отлупила тебя сумкой, но еще забавнее было смотреть на то, как ты потом извинялся, растеряв весь свой пафос.

Леднев и бровью не ведет на мои слова. У него даже не появляется на лице никаких новых эмоций.

— Ты за мной следишь, что ли? — приподнимает бровь все с той же гадкой усмешкой.

— Я? Нет! Я… — начинаю тараторить, чем вызываю у него только смех.

— Ну я так и думал. Кстати, хороший удар, — бросает взгляд на моего одногруппника. Тот уже пришел в себя и даже пытается встать с земли.

— Это комплимент?

— Констатация факта.

— Ну, спасибо. Куда Вэл повез второго? — спрашиваю, только сейчас понимая, что Кудяков же и правда его увез.

— Думаю, тот чувак решил извиниться перед твоей рыжей подругой и очень хочет сделать это лично.

— А-а-а, — киваю. — Круто. Я пойду, — делаю шаг, но замираю. — На будущее: в следующий раз, если я вдруг выйду из себя, не нужно меня целовать.

— Не понравилось?

— Эм… было на троечку, — пожимаю плечами и наконец-то направляюсь обратно в корпус.

Делаю шагов пять, прежде чем в мою спину летят слова:

— Огурцы, кстати, были топчик.

Замираю на секундочку, мельком оглядываюсь на Леднева и ускоряю шаг.