69

* * *

— Да всё нормально, Поля, — сжимаю пальцами смартфон, — успокойся!

Лялина заходит на второй круг за наш получасовой разговор. Я, конечно, понимаю, что ей неловко, и всеми силами пытаюсь убедить, что для меня всё выглядит иначе, но это ж Полина…

— Варь, мне жутко неудобно. Очень! Ты из-за меня из общаги съехала, а я теперь у Вэла живу…

— Лялина, ты больная, что ли? — смеюсь, зажав телефон между ухом и плечом.

— Варь, мне жутко неудобно.

— Неудобно на потолке спать, — наклоняюсь и упираюсь коленями в ковёр, чтобы заглянуть под кровать. Уже час ищу свои любимые красные туфли. Куда они делись-то?!

— Варь, я ведь серьёзно.

— И я. Нормально у меня с деньгами. Мы с Ратмиром и группой в клубах поём. После того как наша песня залетела, нам даже платят нормально.

И это чистая правда. Наша песня пару недель назад вошла в топ-три и, можно сказать, разделила жизнь на «до» и «после». Кто бы мог вообще о таком подумать?!

— Ладно. Но если будет нужна помощь…

— Я всегда знаю, что у меня есть ты!

— Да.

По голосу слышу — Полина наконец-то выдыхает и перестаёт трястись.

— Как у тебя с Ледневым дела? — спрашивает чуть тише.

— Никак. С вашей подачи его не видела.

— Он больше не появлялся?

— Нет. Но это было ожидаемо.

— Как ты вообще?

— Нормально. Задолбало. Не хочу больше за ним бегать. Я и правда достойна большего.

— Ты права. Конечно, достойна!

Полина, как всегда, меня поддерживает. А я… я умалчиваю, что все это время на душе кошки скребутся. Он ушёл тогда и больше ни разу не появился. Не позвонил. А я… я тоже не звонила. Отыскала в себе гордость, видимо. А толку? Всё равно ночами в подушку рыдаю. Постоянно вспоминаю всё то хорошее, что между нами было. А было многое…

Кто бы что ни говорил и ни думал — Ярик хороший. Очень хороший человек.

Я его люблю. Сильно. Но больше просто не вывожу эти отношения. Они меня убивают. Они меня с самого начала убивали, а я пыталась изо всех сил этого не замечать. Сложно жить, когда с тебя содрали кожу без наркоза, по твоей же инициативе.

Наверное, это ужасно, но сейчас я даже не знаю, дерётся он или нет… Надеюсь, что нет. Надеюсь, что он всё отработал и живёт своей жизнью.

Раньше я могла увидеть его хотя бы в универе, но сейчас у меня нет даже такой возможности. Я все таки забрала оттуда документы и решила, что осенью буду поступать в консерваторию, как и хотела в школе. Я хотела, а не мама моя.

А пока…пока направила все силы на работу. Мне нужны деньги. Когда мама узнает, что я бросила универ, ушла из общаги и вообще решила кардинально сменить курс своей жизни, она меня проклянёт. Поэтому мне нужна подушка безопасности. Материальная.

— Вы когда расписываетесь с Вэлом, кстати?

— Пока еще думаем над датой...

— Главное не тяните. Вы идеальная пара, с которой хочется брать пример. Интересно, я когда-нибудь встречу своего «Кудякова»?

— Конечно встретишь!

— Ловлю на слове. Блин, я перезвоню, кто-то припёрся, — тараторю, шагая в прихожую, потому что кто-то слишком настойчиво звонит в дверь.

— Хорошо, — Полинка сбрасывает вызов, а я прячу телефон в карман и снимаю домофонную трубку.

— Кто там? — спрашиваю, прикидывая, куда могла засунуть свои туфли. У нас вечером выступление в баре, и они мне очень нужны.

— Варька? Открывай давай! — цедит мама, и я от неожиданности выпускаю из рук трубку.

Как она узнала, где я? Чёрт!

Дрожащими пальцами жму на кнопку, чтобы открыть дверь в подъезде, и нервно убираю волосы за уши, слыша шаги на первом этаже.

Мама с отцом поднимаются буквально за мгновение.

— Привет, — взмахиваю рукой и пропускаю их в квартиру, нервно улыбнувшись.

Мама молча переступает порог, раздувая ноздри.

— Ну, здравствуй, доченька.

— Чай будете? — указывая на кухню.

— Чай? — мама моргает, а потом запускает в меня свою сумочку.

Я успеваю увернуться, но понимаю: это только начало.

— Ты что натворила, гадина? Я в ректорат звоню, узнать что да как, а мне говорят, что не учится у них больше такая студентка. Документы, мол, забрала. Дрянь такая!

— Мам, успокойся, — выставляю ладонь вперёд. — Давай поговорим как взрослые люди.

— Взрослые? Какая ты взрослая? Сопля малолетняя! Я на тебя всю жизнь положила, всё для тебя! А ты! Ты как с нами поступаешь? Хочет она учиться в большом городе — на, учись! Но нет же, нашей Варе всё не так. Неблагодарная, избалованная, эгоистка!

— Мам, да я никогда не хотела там учиться! Я петь хочу! Ты это знала, всегда знала!