Глава 46

Мы встречаемся глазами… И по моему телу бьет волна болезненного жара.

– Привет – здоровается Рустам хрипло.

– Привет…

Он в черном поло и темных джинсах, на голове – черная кепка.

Сильно похудел, лицо кажется изможденным, кожа – бледной.

И все это режет взгляд, заставляя сердце в груди болезненно сжиматься от волнения.

Мне хочется спросить, все ли у него хорошо, как дела, да и просто – как он…

Но я торможу себя.

Все это – уже не должно меня касаться… И только в груди, вопреки всей логике, от беспокойства сжимается так, что сложно вдохнуть.

– В гости пришла?

Обхватываю себя руками.

– Да.

Рустам кивает, не сводя с меня горящего взгляда.

Он смотрит в глаза, опускает взгляд на мои губы…

И, мне вдруг кажется, что, будь мы в другом месте, наедине, он бы просто прижал меня к себе и не дал бы ни слова пискнуть…

Но это ощущение быстро проходит, и выражение его глаз становится абсолютно равнодушным.

Мгновение!

И огонь внутри уже потух.

– Молодец… – говорит отстранённо. – Правильно.

Анечка стоит между нами, переводя взгляд с меня на Рустама.

Сгорая от нетерпения, явно ждет, когда разговор между нами закончится и она сможет сказать ему что-то свое.

– Дядя Танк, дядя Танк! – зовет, так и не дождавшись очередной реплики.

– А, Анютка?

– А хотите, я вам тоже браслетик сплету? Можно какой-нибудь коричневый, или синенький… – говорит взахлеб. – Смотрите, Тетя Вера еще подвески принесла. Тут есть с футбольным мячиком…

Она суетится вокруг него, достает из пакета разные нитки. Демонстрирует их, ожидая его реакции.

И видно, что малышка его очень любит…

Глаза начинают слезиться. Так, Вера, успокойся…

Быстро-быстро моргая, смотрю, как Рустам присаживается рядом с ней на корточки.

– А сплетешь на всю нашу команду, Ань? На всех пацанов… На удачу будут. Волшебные, а?

– Ой… Не уверена, что смогу сделать волшебные… Но постараюсь – кивнув, ответственно заявляет Анечка.

И явно собирается подойти к этому делу со всей серьезностью.

Мы опять встречаемся взглядами.

Но в то же мгновение, как два пойманных с поличным вора, тут же отводим глаза.

Глупая привычка – смотреть друг на друга, когда хочется улыбнуться…

– Дядя Танк, значит, все синенькие делать? – снова отвлекает его Аня. – Темный оттенок? Вот такой вот?

– Так точно. И один розовый!

– Сделаем! – отвечает малышка бодро.

Дети начинают суетится, подсчитывая, хватит ли им ниток, а я неуютно переминаюсь с ноги на ногу, чувствуя, как расползается по груди едкая горечь.

Сейчас все могло быть совсем по-другому…

Ну зачем ты все испортил, Рустам? Зачем?!

– У мелкого первый матч будет через неделю – вздрагиваю, когда он неожиданно склоняется ко мне.

Отхожу на шаг, сохраняя дистанцию. Прячу взгляд.

Боюсь, что он заметит в моих глазах сожаление.

Это ведь важно, да? Сохранить самоуважение и не показать, что тебе без него плохо, даже если рана внутри уже гноится, отравляя все тело.

– В воскресенье. В час. Пацан рад будет, если ты придешь.

– Приду. Спасибо за приглашение – отвечаю гораздо быстрей, чем нужно.

И собственный голос звучит непривычно холодно.

– Пожалуйста, мадам. Пожалуйста… – усмехается, отводя взгляд.

И на меня беспощадно обрушивается ностальгия. Сердце истошно колотится. Бьет пульсацией где-то в горле. Мне больно…

Невыносимо чувствовать его чужим!

Особенно сейчас, когда у меня под сердцем его крохотная, до боли любимая частичка…

Попрощавшись с детьми, я малодушно сбегаю, оставляя их наедине с Рустамом.

Я планировала провести с ними два часа, но оставшиеся пятнадцать минут в его обществе просто не вытерплю…

Мне нужна Катя.

Срочно!

Нужны пирожные, чай с мятой и много-много разговоров по душам…