20

Она была как все – неповторима Людей в ресторане нет, только персонал. Я выкупил его на весь вечер. Никто нам с Настенькой не помешает отужинать тет–а–тет, поговорить по душам, узнать друг друга лучше. Звучит приглушенная музыка. На столе ведерко со льдом и шампанским, бокалы, свечи. Официант ждет знака, чтобы предложить меню и принять заказ. Нетерпеливо поглядываю на часы. Когда же, когда зазноба моя приедет? Платье подошло? Надеюсь да. Я и колечко новое купил. Лучше прежнего. У моей невесты все должно быть самое лучшее. Долго выбирал, дотошно, чтоб прям идеально, не так, как в прошлый раз – тяп–ляп. Проверяю карман. Коробочка на месте. Нет у Настеньки шанса не принять его. Должна. А если не приедет? Вот вчера, например, розами ее кафе завалил, не оценила. Вообще с работы сбежала, пока со Светланой расставался. Но, по словам дрыща–администратора, Настя сбежала из–за нашествия журналистов. И как пронюхали только. Хотя понятно как. Нас же снимали, в сторисы выкладывали… А у журналюг нюх на сенсацию. Сегодня с утра у входа в компанию толпились, охрану на весь день работой обеспечили. Это хорошо, дед уехал на пару дней из города, а то бы его достали. Илька–то быстро смекнул, что и ему достанется, из дома работал. А я, дурак, в офис поехал. Пришлось черным ходом спасаться. Настенька, любовь моя, надеюсь, ты сделаешь правильный выбор и приедешь. Ты же уже прошерстила инет, узнала кто я? У тебя были целые сутки подумать над моим предложением. Согласись, партия выгодная. Обещаю, ты не пожалеешь. Из тебя, уверен, получится отличная жена. Умница, красавица, небалованная, не искушенная излишествами. Досье о своей невесте я прочел от корки до корки. Студентка, отличница, школу с золотой медалью окончила, подрабатывает в кафе официанткой, это чтобы не сидеть на шее родителей, они у нее люди простые, живут в маленьком городишке за триста километров отсюда. Сама Анастасия живет с подругами вчетвером в съемной двушке недалеко от института. В сомнительных кампаниях замечена не была, ночные клубы не посещает. Тихая, скромная, покладистая девушка. Фотографии из сети мне распечатали. Красавица. Я ее мысленно сегодня всю ночь… фантазировал. «Девушку забрал, едем» – присылает сообщение Владимир, водитель, которого я за Настей отправил. Ай, Настена, молодец! Не стала ломаться, приняла приглашение. Потираю от удовольствия руки. Еще несколько минут и увижу воочию свою зазнобу. Предвкушаю… Ну, что такое каких–то пятнадцать–двадцать минут по сравнению с сутками без моей невесты? А тянутся как никогда долго. Ладони потеют от ожидания. Я волнуюсь, как на первом в своей жизни свидании. Настена не обычная девушка, на шею не кинулась при виде брутального меня, предложенных штампа в паспорте и обручального кольца, а это значит, в ее сердце проникнуть и обосноваться там будет непросто, но я готов преодолеть все препятствия. И для начала начну красиво ухаживать. Мне со своего места отлично виден вход, не свожу с него взгляда. Наконец хостес оживляется, это значит, появилась гостья. И я прав, Настенька приехала. Входит в зал, чуть робея. Эм–м… Подарок мой она не надела, впрочем, я догадывался, что Настена встанет в позу. Но то, что на ней, нарядом для первого свидания назвать сложно. Какое–то длинное серое несуразное платье с рюшами и бабушкиной брошью из кружева и стекляруса на груди. С тонким черным пояском на узкой талии. Из–под широкого подола выглядывают круглые носки черных ботиночек. Но при всем при этом она не стесняется своего наряда, наоборот, идет за администратором с высоко задранным носом. Правда, неуверенной походкой. Шатает Настену мою, как тот большой пакет, что она принесла с собой. Толстая коса, перекинутая через плечо вперед, подпрыгивает в такт шагам. Красавица! Возможно, кому–то ее внешний вид может показаться нелепым, но не мне. Спешу навстречу, развожу руки в стороны: – Во всех ты, Душенька, нарядах хороша! – цитирую так кстати всплывшую в памяти фразу классика. – Здравствуй, любимая! – подошел почти вплотную, втянул носом ее аромат. Странные духи, в переходе купила, видимо. – О–о, кошак! – задрав голову, Настенька пьяно улыбается и мажет пальчиками мне по щеке. Треплет за подбородок. – Здравствуй, синеглазый красавчик! Кошак? Это она меня с котом сравнила, что ли? Вообще не похож! За синеглазого красавчика спасибо. Это чистая правда. Но кошак… Согласен на породистого! Вглядываюсь в лицо красавицы. Нет, мне не кажется, Настена ведет себя странно. И дело не в слишком ярком макияже, который, подозреваю, должен отпугивать потенциального жениха, а в расфокусированном взгляде и кривой улыбке. – Настена, ты что – выпила? Принюхиваюсь. Алкоголем не пахнет. А странные духи больше смахивают на какое–то лекарство. – Ага, – зеленоглазка раскоординирована. Глазки то съезжаются в кучу, то разъезжаются в сторону. – Целый флакон… – язык заплетается. Тонкую фигурку качает, как тростинку на ветру. Держу ее обеими руками. – Целый флакон? – переспрашиваю, не веря своим ушам. – Чего? Валерьянки? – Валерьянки? Не–ет, это по твоей кошачьей части, а по моей – пустырник. – Флакон пустырника? Взмахивает ресничками. – Всю дорогу прикладывалась, – сдает Настю Владимир, он подошел незаметно и держится в двух шагах от нас, ждет дальнейших распоряжений. – Что будет от флакона пустырника? – спрашиваю его. Тот пожимает плечами: – Хорошее успокоительное. Натуральное. Выспится. Ла–адно. Раз девушка желает выспаться… – Ужин отменяется. Принесите наши вещи, – прошу администратора. – Володя, домой нас забрось. Обвиваю девушку одной рукой за талию, веду к выходу. Она покорно дает себя вести. Действительно, хорошее успокоительное. – А зачем ты его выпила, радость моя? – Для храбрости! – еще сильнее заплетается язычок. – Тебя пугает ресторан? – останавливаюсь, разворачиваю девушку к себе лицом. – Меня пугает один озабоченный котяра, – крутит указательным пальчиком перед моим носом. – Проходу не дает. – Где он? – на всякий случай обвожу взглядом зал и возвращаюсь к зеленоглазке. – Одно твое слово и я его сдам в приют, но предварительно кастрирую. Настя опускает взгляд вниз, наклонив голову вбок, с интересом смотрит ниже пояса на выпирающую часть меня. – Не жалко?