Глава 9.2

Отчего-то мысль о том, что кто-то желает моей смерти, не слишком угнетала. Наверняка, из-за лекарств или магических заклинаний, потому что умом я понимала, случилось страшное, и мне с этим как-то нужно жить дальше. А вот ощущения, эмоции словно расплывались, смазывались – ни слез, ни страха, ни тревоги. Только любопытство – что произошло, пока я валялась без чувств, и как будут искать преступницу.

Я прекрасно помнила всех, кто был со мной на стене: Магда и Иридис, Элен и Лаура, Тони и Сара, Берта и Хельга. Претендентка и ее пара. А вот голоса слились в хор, и я не знала точно, кто стоял позади меня. Кто мог толкнуть? Да любая из них. Зачем? Это понятно. Никаких личных мотивов ни у кого быть не может, значит, просто убирали конкурентку.

Засыпая, я размышляла, что испытал Ларс, когда узнал о несчастном случае – облегчение или вину? Потом победило воспитание, но в тот самый, первый момент? И отчего меня это волновало…

Леди Кэтрин с интересом рассматривала стопку коробок с конфетами.

- Все отметились? – спросила она, поворачиваясь ко мне.

- Не знаю, - честно ответила я. – Не считала. И я не помню всех по именам.

- А те, кто был с тобой… там?

- Да.

Ко мне никого не пускали, но девушки передавали подарки – коробки конфет с пожеланиями скорейшего выздоровления. Я не ела конфеты, опасалась, что в какой-нибудь из коробок яд, и Крис с Нелли вполне разделяли мои опасения. Впрочем, и леди Кэтрин тоже.

Я сидела в кровати, опершись спиной на подушки. Нелли с Крисом ушли на бал. Мне удалось убедить сестру, что два-три часа я спокойно обойдусь без ее помощи. Лаки гораздо охотнее согласилась прогуляться с Карли, она-то знала, что я прекрасно себя чувствую. Слабость объяснима, а все остальное в полном порядке. Леди Кэтрин отправила Мари с каким-то поручением и терпеливо ждала, когда я сообщу ей о своем «деле». Я же надеялась узнать, как ищут преступницу.

- Леди Кэтрин, я не собиралась лезть на стену.

Она промолчала, обжигая меня взглядом в своей привычной манере.

- И на край становиться не собиралась.

Все та же тишина.

- А потом меня толкнули. Это правда, мне не показалось.

- Я верю, Милли. - Она вдруг подошла и наклонилась надо мной – погладила по волосам. Ее руки пахли миндалем и чуточку апельсиновой цедрой. – Ох, Милли, Милли…

Я не поверила, когда ее губы коснулись моей щеки. Так могла поцеловать мать или какой-то очень близкий и родной человек. Но леди Кэтрин… Да, она не была злой, это я уже поняла. И все же она меня недолюбливала. Просто пожалела?

- Я тебе верю, Милли, - повторила леди Кэтрин, присаживаясь на край кровати. – Даже в то, что ты не собиралась лезть на стену. Остальные тоже утверждают, что их как будто кто-то подталкивал к этой глупости. Правда, никто не видел, как тебя толкнули.

- И как это можно объяснить?

- Ведется расследование. Тебя охраняют, но и ты будь осторожна. Конфеты заберут, чтобы проверить, но яд – это крайняя и очень рискованная мера. Яд хранит следы того, кто им пользуется. Завтра тебе позволят встать, а я провожу тебя к человеку, которому ты расскажешь все, что запомнила.

- Леди Кэтрин, а…

- Нет, Милли. Я сказала все. Слушаю тебя. О чем ты хотела попросить?

Я не рискнула спорить. Если придет Ларс, спрошу у него.

- Мне тяжело врать Нелли. Она замечает внимание принцев, задает вопросы. Если она теперь живет здесь, разрешите рассказать ей правду.

- Правду… - леди Кэтрин поморщилась. – Хорошо, давай начистоту, Милли. Ты же поняла, что это не ты подставила сестру с подменой, а она – тебя?

- Д-да… - призналась я нехотя.

- И брат не пришел на твой первый бал тоже из-за нее.

- Да.

- Мне не понравилась твоя сестра, и я предпочла держать ее на расстоянии от тебя. Однако когда случилось несчастье, я увидела настоящую Нелли. Да, она завистливая, эгоистичная, но она тебя любит, искренне и чисто, без камня за пазухой. Поэтому теперь мне спокойнее, когда она рядом с тобой. И я не против, чтобы она знала правду. Только подумай сама, стоит ли?

- Думаете… она снова?.. Нет, Нелли…

- Тебе виднее. Решай сама. Это все?

- Ой, нет… - Я собралась с духом и выпалила. – Я хочу видеть Ларса. Разрешите, пожалуйста.

- Ларса? – улыбнулась леди Кэтрин. – Не Дэна?

- Я хотела бы поблагодарить Дэниса. Разве удобно приглашать его сюда?

- А Ларса? Ему вообще вход на этаж запрещен.

- Пожалуйста… - пробормотала я. – Вы же знаете, что ничего неприличного он не сделает, и я – тоже.

- О да. Все что могли, вы уже сделали, - фыркнула она и добавила едко: – Дэнис тоже просит о визите. Ему что передать?

- Эм… просит… - растерялась я. – Да, пусть приходит. Конечно.

Не думаю, что после всего стоит опасаться старшего принца. И поблагодарить его стоит – и за спасение, и за цветы.

- Они придут сейчас, пока твоя сестра на балу, да и все девицы с этажа тоже, - сообщила леди Кэтрин. – Мари я поручу еще кое-что, так что вам никто не помешает.

- Спасибо.

Она ушла, а я сползла с кровати – меня все еще пошатывало от слабости – и схватилась за щетку для волос. Из зеркала на меня смотрела бледная девчонка с впалыми щеками и синевой под глазами. Я нервно хихикнула – и не мечтала, а похудела. Неземная красота… Уж лучше пухлые щечки и румянец, а не эта бледная поганка. Дернув пару раз волосы, я забросила щетку. С чего вообще кинулась прихорашиваться? Кому это надо? Милли, ты смешна.

Я вернулась в кровать и взяла книжку. Сосредоточиться на чтении не получилось, Дэн появился так быстро, как будто ждал под лестницей, когда леди Кэтрин разрешит ему войти. Дэн, не Ларс. Мне удалось скрыть огорчение и даже убедить себя, что оно связано с тем, что мне не терпится обсудить с Ларсом нечто крайне важное.

Я улыбнулась Дэну вполне искренне, без воспоминаний о том, как началось наше знакомство. Он принес новую корзину цветов – нежные карамельные розы.

- Как вы себя чувствуете, Миларес?

Я беседовала с Дэнисом третий раз после нашей первой встречи, и ни его манеры, ни тон, ни поведение не напоминали о том пьяном хаме, который лапал меня на кухне императорского дворца. Ларс был прав? Дэн просто не умел пить, а я неудачно встретилась на пути?

- Прощу прощения, ваше высочество, - набралась я наглости, - но мне хотелось бы поблагодарить вас без этикета.

- Это как?

- Дэнис, спасибо. Уверена, если бы не ты, мне пришлось бы пережить худшее. Или не пережить. Я хорошо себя чувствую, только слабость не проходит. Лекарь говорит, это нормально. И спасибо за цветы. Отчего-то все присылают сладости, а эти розы очень красивые. Спасибо. И… прошлого больше нет.

Кажется, мы перевели дыхание в унисон, и оба – от облегчения по одному и тому же поводу. Я простила Дэну его скотский поступок, а он поверил в искренность моих слов.

- Все хорошо, Милли, - сказал он. – Все в порядке. И тебе спасибо. Я рад, что успел.

- Дэн, это случайность? – не удержалась я от вопроса. – Ты оказался рядом? Как ты узнал?

Он посмотрел на меня с сомнением, а потом махнул рукой.

- Лучше тебе знать, вдруг пригодится. У близнецов есть еще и магическая привязка. Мы можем общаться… вот как ты со своим драконом-тэй. Ларс сказал мне, что с тобой случилось. Вернее, проорал с приказом бежать и спасать. Я был в гарнизоне, это ближе к тому месту, где ты упала, чем из парка. Вот и все.

- А-а-а… да-а-а… - протянула я. Ларс? А он как узнал? Он же ушел. – Дэн, я не говорила о тебе, никому.

- Знаю, - ответил он. – Я сам сказал отцу.

- Зачем?

- Мне показалось, мы закрыли эту тему.

- Ох, извини… Да, закрыли.

- Я рад, что тебе лучше. Выздоравливай, Милли.

- Спасибо, Дэн.

Пожалуйста, сам сказал. И даже Ларс не знает? Иначе зачем он оскорблял меня своим «кроме тебя некому»? Я потянулась к цветам, которые Дэн поставил на столик рядом с кроватью. Такой приятный запах…

- От поклонников отбоя нет? – услышала я знакомый голос. – Цветы, конфеты… Кого вызывать на дуэль?

Я повернулась к Ларсу. И зачем я пошла у него на поводу? Чтобы слушать, как он упражняется в остроумии?

- Своего брата можешь вызывать, - сухо ответила я. – Цветы принес он. Все остальное – девушки с отбора.

- Ладно, Милли, улыбнись, - сказал Ларс и поставил рядом с цветами корзину с фруктами. – Это ради разнообразия, а то слипнется от сладостей.

- Я тоже рада тебя видеть, - вздохнула я.

Почему с ним всегда так? Влюблен? Бедная Нелли! Это она не слышала, как он со мной разговаривает.

- Я заметил, - хмыкнул Ларс. – Хочешь винограду?

Он достал из корзины гроздь с огромными темно-синими ягодами, оторвал одну, поднес к моим губам.

- Спасибо.

Я хотела взять ягоду, но он не позволил. Покачал головой и прижал ее к губам, заставляя открыть рот. Я сжала ягоду зубами, и из нее брызнул сладкий сок.

- Еще?

- Ты пришел сюда кормить меня виноградом?

Я заметила, что мой голос дрожит. Вроде бы ничего особенного, Ларс просто положил мне в рот ягоду. А меня бросило в жар, и не только от того, что он стоял близко, и я чувствовала запах померанца – запах его туалетной воды. Во взгляде появилось что-то опасное, и я не могла понять, что именно. Он и раньше меня изучал, но не так, как теперь.

- Я пришел извиниться. – Ларс отошел и скрестил на груди руки. – Почему в каждую нашу встречу я прошу у тебя прощения, Милли?

- Не знаю, - растерялась я. И мне вдруг стало так обидно, что на глаза навернулись слезы. Разве я прошу его об этом? – Не надо. Ларс, уйди, пожалуйста.

Его отношение ко мне никогда не изменится. Дэн заставил его решать проблему, и он решил – единственно возможным способом. Я для Ларса всегда только проблема.

- То просишь зайти, то гонишь. Ты будешь капризной женой, Милли?

Насмешка в его голосе меня добила.

- У тебя есть причина меня ненавидеть, - прошептала я. – Прости, я поняла, что ты просил о встрече, чтобы сделать мне больно.

Ларс не ушел. Взял стул, поставил его рядом с кроватью, сел и сгорбился, опершись локтями на колени. Не хотела плакать при нем, но слезы текли сами, видимо, из-за болезни и лекарств я плохо себя контролировала.

- Я дерьмовый жених, да, Милли? – горько спросил он. – Да не отвечай, сам знаю, что дерьмовый.

- Не знаю, - всхлипнула я. – У меня других не было. Может, вы все такие…

- Ты никогда не влюблялась?

- Нет.

- И не целовалась?

- Дэн… стал первым…

- Иногда мне хочется убить его за это.

О да, именно это испортило жизнь нам обоим – мне и Ларсу.

- Мы с Дэном договорились не вспомина…

Ларс не дал договорить – глухо застонал и впился в мои губы, накрыв их поцелуем.