Эпилог.

*Три года спустя*

Утро началось с того, что Мия запустила мне в голову пустышкой.

Я открыла глаза и увидела над собой улыбающееся лицо дочери - шесть зубов, курносый нос и счастье в чистом виде.

- Ма-ма! - объявила она и села мне на голову.

- Доброе утро, солнце, - прохрипела я из-под годовалой и самой сладкой попы на свете.

Даниил со своей половины кровати засмеялся.

- Я же говорил - заведи будильник.

- Зачем мне будильник, если ты вчера орал до часу ночи? - спросила с притворной грозностью. - Ночью не сплю из-за тебя, рано утром - из-за Мии.

- Я отмечал повышение.

- Ты отмечал повышение Димона, который теперь твой зам. И вы оба орали так, что соседи вызвали полицию.

- Соседи вызывали полицию из-за шашлыков, - возразил он, перехватывая Мию, которая уже пыталась сползти с меня и исследовать мир. - У нас просто шашлыки подгорели. Вот и был дым.

- Угу, дым, конечно.

Я хмыкнула, улыбнулась и потянулась всем телом. В нем была приятная тяжесть, какая бывает после сна. И еще что-то другое, что я пока держала в секрете.

- Вставай, именинница, - сказал Даня, поднимая Мию над головой. Дочь взвизгнула от восторга. - Сегодня твой день! Год! Целый год ты у нас есть! Наша крошечка….

- Ты уже все организовал?

- А то! Родители твои приедут, мои, Димон с новой девушкой, пара наших друзей. Шашлыки, торт, воздушные шары. Будет праздник.

Я села на кровати, наблюдая, как он кружит Мию по комнате. Три года назад я не могла представить, что мы будем здесь. Что этот человек, который лежал на больничной койке с температурой сорок, будет таким отцом. Таким мужем.

Он сдержал все обещания. Ни одного слова про «спорт» и «риск». Ни одного намека. Только работа, дом, я и Мия. И счастье, которое мы строили заново - кирпичик за кирпичиком.

Я встала, подошла к окну. День обещал быть солнечным, теплым. Настоящий праздник.

Идеальный день, чтобы сказать о втором ребенке.

Загородный дом мы снимали на сутки - большой, с верандой, мангалом и участком, где могли бегать дети. Наших гостей собралось человек пятнадцать, поэтому решено было праздновать не у нас, а в отдельном коттедже.

Наше семейное гнездышко просто не вместило бы такое количество людей с комфортом.

Мама хлопотала на кухне, папа со свекровью накрывали на стол. Димон приехал с новой девушкой - интеллигентной, тихой, совсем не похожей на Эмму.

Последнюю, кстати, мы с тех пор, как я поговорила с ней в последний раз, не видели. Но слышали, что она переехала в другой город, видимо, в поисках лучшей жизни.

Даниил стоял у мангала, в фартуке с надписью «Лучший папа», и сосредоточенно колдовал над шашлыком. К нему то и дело подходили гости, что-то спрашивали, он отвечал, не отрываясь от процесса.

- Ма-ма! - Мия дергала меня за штанину. - Дай!

Я протянула ей кусочек яблока. Она запихнула его в рот и побежала к деду. К годику это шилопопое создание умело даже мчаться на всех парах.

Я смотрела на эту картину и чувствовала, как внутри разливается тепло.

Моя семья. Мои родные. Моя жизнь.

К вечеру следующего дня гости начали разъезжаться.

Мы собирали вещи, укладывали сонную Мию в автокресло, прощались с родителями.

- Катюш, ты как? - спросила мама, обнимая меня на прощание. - Не устала?

- Нормально, мам.

- Смотри, бледная какая-то. Высыпайся.

- Высплюсь. Когда дети вырастут.

Мама засмеялась и чмокнула меня в щеку.

- Звони.

- Угу.

Даниил уже сидел за рулем, прогревал двигатель. Я забралась на пассажирское сиденье, обернулась к дочери. Мия спала в своем кресле, забавно приоткрыв рот. Счастливая, уставшая.

- Поехали? - спросил Даня.

- Поехали.

Мы выбрались на трассу. За окном тянулись поля, деревья, редкие машины. Солнце садилось, раскрашивая небо в розовый и золотой.

В машине было тихо. Только шум мотора и ощущение безграничного счастья.

- Хороший день, - сказал Даниил.

- Очень.

Он покосился на меня.

- Ты какая-то задумчивая. Все хорошо?

Я помолчала. Смотрела на дорогу, на бесконечную ленту асфальта, уходящую вперед.

- Дань, - сказала я. - Я должна тебе кое-что сказать.

Он напрягся. Руки на руле сжались.

- Что? Что-то случилось?

- Ничего плохого.

Я повернулась к нему. Улыбнулась.

- Я беременна.

Машина вильнула. Он выровнял руль и резко сбросил скорость. Остановился на обочине.

- Что?

- Беременна, - повторила я. - Утром тест сделала. Второй.

Он смотрел на меня так, будто я сказала, что мы выиграли в лотерею миллиард. Потом перевел взгляд на дорогу, снова на меня.

- Катя… ты серьезно?

- Серьезно.

Он засмеялся. Коротко, удивленно, счастливо.

- Еще один? Еще один ребенок?

- Да.

Он потянулся ко мне, обнял одной рукой, прижал к себе. Я чувствовала, как бьется его сердце - часто, радостно.

- Катька, - сказал он в мои волосы. - Ты… я не соображаю, что сказать. Я счастлив.

- Я знаю.

Он отстранился, заглянул в глаза.

- Ты как? Сама-то как?

- Хорошо. Немного кружится голова, но это пройдет.

- Ты должна лежать. Отдыхать. Я буду все делать сам. Мию купать, готовить, убирать…

- Дань, но сейчас ты за рулем! - напомнила мужу.

Он спохватился, вернул руки туда, где им полагалось быть. Но улыбка не сходила с его лица.

- Еще один, - повторил он. - Брат для Мии.

- Или еще одна дочь.

- Или еще одна дочь. - Он посмотрел на меня. - Кать, я так тебя люблю.

- Я знаю, - ответила я. - Я тоже тебя люблю.

Мы поехали дальше. За окном тянулись поля, темнело небо, зажигались первые звезды. Мия посапывала сзади.

Я смотрела на дорогу и думала о том, как мы сюда добрались. Не за город, нет. А в эту точку нашего общего бытия.

О той ночи в больнице, о разговорах на кухне, о его коленях на холодном полу. О том, как мы учились заново доверять друг другу.

- Жизнь - это дорога, - сказала я. - Длинная, бесконечная. Иногда на ней встречаются ямы, ухабы, крутые повороты. Иногда кажется, что дальше ехать нельзя - только остановиться и выйти.

Муж слушал молча.

 - Но если рядом есть человек, который любит тебя по-настоящему, - продолжала я, - то любые препятствия заканчиваются. И остается только этот путь. Ровный, бесконечный, наш.

Даниил взял мою руку, поднес к губам, поцеловал.

- Наш, - повторил он. - Навсегда.

Я сжала его пальцы.

Впереди, в темноте, зажглись огни города.

- Навсегда, - эхом откликнулась я и знала совершенно точно:

Это было абсолютной правдой.