Часть 24

Она была настолько непоколебима, что первым порывом Карелина стало желание ответить утвердительно. Но он понял, что его в этом что-то задевает.

Ссадив Нину с рук, он поднялся с кровати, прошелся по комнате, пытаясь уложить в голове, что именно его напрягает.

— Мне не нравится Валиев, — наконец, озвучил он то, что его и царапало.

Еще в момент, когда Дамир познакомился с Лилей, Сергей видел, что тот смотрит на его жену как-то особенно. Это взбесило за считанные мгновения, а потом Карелину подумалось: может, это к лучшему? Найдет свое пристанище Лиля с Валиевым и всем будет легче. А потом он понял, что его вообще не устраивает картинка того, как его жена счастлива с другим. В принципе.

— Почему это? — насупила брови Лапушина.

— Не знаю. Какой-то он… скользкий.

Она фыркнула, а потом подбоченилась.

— Это не потому ли, что он глаз на твою жену положил? — внезапно спросила она.

Это было столь неожиданно-неприятно, что Карелин даже оторопел. Надо взять паузу и обдумать свои сиюминутные реакции.

— Он положил глаз на Лилю? — уточнил спокойно Сергей.

— Можно подумать, у тебя есть другая жена, — не без обиды откликнулась Нина.

Она сложила руки на пышной груди и отвернулась.

— Будет совсем скоро, — мягко проговорил Карелин.

Подошел к Лапушиной, поддел пальцами ее подбородок и заставил посмотреть на себя.

— Ты ревнуешь? — не без удовлетворения поинтересовался у любимой.

Все херня. То, что Лиля может быть с Дамиром или хрен знает с кем — фигня полная. Пусть будет хоть с отрядом Валиевых.

— А если да? — буркнула Нина. — Если ты не хочешь продавать ему доли из-за своей жены… так и скажи!

Он снова устроился на постели и опять посадил Лапушину на себя.

— Я продам все Дамиру, — кивнул согласно, и ему показалось, что Нина не без облегчения выдохнула.

Наверно, ей уже до чертиков надоело, что рядом оказался голый и босой мужик почти без гроша в кармане. Значит, надо было соглашаться на все и вкладываться в то жилье, которое станет их стартовым семейным капиталом.

— Вот и хорошо, — улыбнулась Нина, а дальше последовало то, чего он так отчаянно хотел последнее время.

Награда за его сговорчивость. Причем очень жаркая и сводящая с ума.

* * *

— Дя-дя-дя-дя!

Именно так и никак иначе Дамира называл Тимоша, который отнесся к Валиеву сначала с опаской, но очень скоро проявил привычное любопытство. И, когда Дамир совершенно спокойно и ровно стал общаться с моим сыном, никак не сюсюкая и не пытаясь заслужить расположения малыша, Тимофей почти сразу стал воспринимать Дамира как безопасного человека.

Или просто чувствовал мое настроение, вот и не встревожился. А Соня просто поздоровалась с Валиевым и почти сразу потеряла к нему интерес. Но нет-нет, да бросала на Дамира быстрые взгляды.

Мы стояли под козырьком возле подъезда, пережидая дождь. Уговорились встретиться ранним вечером с Яном и Асель, которые должны были забрать детей и отвезти их в детское кафе, а сами планировали съездить с Валиевым и Сергеем разузнать, как будет проходить передача прав на имущество Карелина Дамиру.

Ян и Ася немного опаздывали, но не слишком криминально, чтобы я начала волноваться.

— Папа! Папа! — вдруг закричал Тима и, проигнорировав все мои наставления, которые я регулярно ему выдавала, помчался прочь по тротуару.

Запнулся, упал на грязный и мокрый асфальт, что его не смутило, поднялся и побежал дальше. Я как в замедленном кино наблюдала за тем, как он впивается ручонками в белоснежные брюки Карелина, которые муж зачем-то нацепил в этот осенний день. А потом, когда Сергей машинально попытался отстранить сына от себя, Тим ухватился за точно такой же светлый подол платья Нины, что была рядом с Карелиным.

— Боже мой! Сережа! Он все испортил! — завопила Лапушина, отпихнув от себя Тимошку.

Я, наконец, отвисла и побежала к сыну. Маленький, растерянный и напуганный, он стоял, хлопая глазами, не понимая, почему собственный папа так с ним обошелся.

— Почему ты не присматриваешь за детьми? — тут же обрушился на меня Карелин.

Он взял Нину под руку и увлек под ближайшее дерево, чтобы на них не капало из хлябей небесных. И при этом совершенно не интересовался тем, что Тимоша остался стоять под ливнем.

— Зачем ты вообще сюда приехал? — не выдержала я, взяв сына на руки. — Мы же договорились встретиться в конторе!

Нина и Сергей приводили свои белые одежды в порядок, и Карелин всем своим видом показывал — на детей ему плевать. Я же, глядя на личико Сони, на котором появилось сначала расстроенное, а потом равнодушное выражение, поняла, что моя малышка слишком многому научилась за столь короткое время.

— Я просто хотел увидеть детей! — процедил Карелин, приблизившись к нам.

— Мог приехать один и не сейчас! — парировала я.

— Еще не хватало, чтобы ты мне диктовала, когда и с кем я могу приезжать к дочери и сыну! Тебе вон вообще совесть не мешает видеться с мужиком при детях!

Не будь вся эта ситуация настолько абсурдна, я бы даже подумала, что Сергей ревнует… Однако осознать это я не успела, Лапушина уже замироточила:

— Сереженька, не нужно конфликтов! Платье почти не пострадало. Все хорошо, все в порядке.

Она посмотрела на Дамира, и мне показалось, что во взгляде Лапушиной засквозило удовлетворение. Слава богу, Ася и Ян, наконец, приехали, и я, послав брату предупреждающий взгляд, чтобы он не усугублял, попросила:

— Переоденьтесь, пожалуйста, в квартире, а потом уже поезжайте в кафе.

Брат с Асель удалились, забрав детей. А мы остались вчетвером. И я, взглянув на Нину, окончательно поняла, что она — одно из самых заинтересованных лиц в том, чтобы эта сделка состоялась.