Эпилог

Слепящая глаза зелень, солнце сквозь листву и одуряющий аромат разнотравья.

Хоя не удержалась, приостановила коня.

– Кир, подожди.

Спешилась и побрела сквозь кусты, на ходу доставая холщовые мешочки. Как можно пройти мимо такого хмеля? В самый разгар его цветения? Лучшего времени для сбора не найти – середина лета, потом будет уже поздно. Именно сейчас – в начале времени света – природа отдавала травам всю свою благодать.

Цепкие стебли и листья прилипали к коже рук. По такой знойной жаре Хоя порадовалась, что в дорогу предусмотрительно оделась в легкий сарафан. Кир встал рядом, помогая собрать те шишки хмеля, до которых Хое было не дотянуться и которые, как всегда в таких случаях, выглядели самыми привлекательными.

Помогал Кир своеобразно. Больше отвлекал, чем наполнял мешок, если честно. К хмелю не притрагивался, вместо этого поднимал Хою на нужную ей высоту. Руки разжимал не сразу, убирал медленно, проводя по всему, что находилось в досягаемости его ладоней. Стоял за спиной и отвлекал, отвлекал.... Ему, определенно, нравился этот сарафан, особенно Хоя в нем.

Нечаянная остановка растянулась на пару часов. По правде, сбором хмеля происходящее назвал бы разве что большой шутник.

Их лошади – два темно-серых гладкошерстных Эллириона, подарок Митаи на свадьбу, щипали траву в тени неподалеку.

Истинно королевский подарок. Лошади этой породы умны и бесстрашны. Конкретно эти два коня – Аллен и Арлан, – не пугались даже драконов. Стригли ушами, фыркали и косились влажными фиолетовыми глазами, но не более.

Четвертый день пути. Хоя с Киром, не торопясь, двигались к столице темных. Проезжали леса и поля, останавливались в человеческих деревнях и даже посетили небольшое поселение оборотней. Из поклажи брали лишь самое необходимое, но за время в дороге спины лошадей приобрели немало связок трав и мешков, набитых ими же. Кир только головой покачал, глядя как два чистокровных Эллириона используются вместо вьючных осликов.

Хоя волновалась, удастся ли вовремя и как следует высушить и обработать ее драгоценные травы, на что Кир заверил:

– У меня есть домик на окраине. Я там, правда, давно не был, но места полно.

– Ты один живешь? Твой собственный дом? – сразу же загорелась любопытством Хоя.

– Живу я с тобой. Остальное скоро увидишь.

И больше, как Хоя ни пыталась вытянуть подробности, ничего про свой дом не рассказал. Впрочем, Хоя быстро успокоилась. Пусть какое угодно жилье, пусть бы они даже у его семьи остановятся, как в Светлом Граде, в доме родителей Хои, это не главное. Гораздо важнее, что каждую ночь она засыпала бы рядом с Киром. Или на нем… Или… В общем – вместе с ним.

Но от вопроса удержаться не смогла, он постоянно крутился в голове, не оставляя в покое:

– А твоя семья ничего не имеет против светлых? Они примут меня?

– А у них есть выбор? – вскинул брови Кир. – Поверь, еще замучаешься отбиваться от их родственных поползновений и требований поскорее подарить им внуков. И побольше, побольше.

– Что значит «подарить»? Мне они и самой нужны. Никому дарить не собираюсь.

– Действительно. Мне они тоже самому нужны…

Неожиданно из зарослей выглянула древесная фея, прерывая эгоистичные рассуждения парочки. Тонкая, темно-коричневая, с стрекозиными крыльями и желтыми глазами.

– Веточка?! – неверяще воскликнула Хоя.

– Веточка? Сама ты веточка! Я Розита!

– Извини, – Хоя отступила и выпустила из рук хмель. – Я перепутала тебя с другой феей, моей… подругой. Я наберу немного хмеля, можно? Это ведь твоя роща?

– Моя. Ладно, набирай. Ишь, вежливая какая нашлась.

Хоя продолжила собирать, когда фея отлетела.

– Скучаю по ней.

Киру не нужно было спрашивать, о ком речь. Веточка-Эерика сделала свой выбор. Каждая фея, каждая душа его сделала.

Создания по-прежнему тянулись к Хое. За время в Светлом Граде и сейчас, в пути, Хоя часто встречала древесных фей. Они находили ее, иногда подлетали ближе и заговаривали, иногда наблюдали издали и, когда понимали, что обнаружены, быстро улетали. Они теперь свободные создания – вольные лететь, куда пожелают. А желали они селиться в самых плодородных краях. Или наоборот – края становились плодородными, если там поселялась хоть одна фея.

Хоя знала, что ждет ее впереди. И была к этому готова. Морально, по крайней мере. Учитель и библиотека, вторая по древности и богатству книг после сгинувшей в магическом смерче резидентской, ждали ее в Тер-Васарве. Хое предстояло изучать свой дар и овладевать им. И заботиться о созданиях Нагь, оставшихся в этом мире.

Кир закинул два пухлых мешка с хмелем на лошадь, и они двинулись дальше по тракту.

P. S.

Маленький дракон вылупился ровно через год, летом. Первый дракон за долгие тысячелетия, рожденный естественным путем.

Сами призвала Видящую к своему гнезду в южных горах. Хоя немедленно полетела – транспорт в виде Элема, уже ждал. Кира с собой не взяла, хоть тот и рвался сопровождать. Но… Сами позвала только ее. Желанье матери-дракона – закон.

Да-да, Сами оказалась самкой. И, к великому ужасу Киреара, из шести самцов, боровшихся за ее расположение, выбрала Эку. Самого сильного – и телом, и характером.

После их брачных игр весь мир узнал о драконах. И содрогнулся. Нет, обошлось без жертв и разрушений, но равнодушным не остался никто. Драконы просто таки эпически порезвились в небесах Аэри.

Альвы и люди, оборотни и гномы, выходили из домов или высовывались из окон по пояс, чтобы посмотреть на их безумные и потрясающие воображение маневры. Самцы ящеры красовались, но не для бескрылых. Они сражались и демонстрировали свою силу и ловкость лишь для одной – для Сами.

… Маленький ярко-зелёный ящер неуклюже топтался под брюхом у матери. У него была непропорционально большая голова и тонкие-тонкие, склеенные между собой крылышки. Цвет ауры, как и у его мамы, – искристый золотой. Девочка.

– Здесь хорошо… И она прелесть, Сами. – Хоя присела перед дракончиком. Перед глазами все расплывалось, и Хоя сморгнула слезы. Щеки уже болели от улыбки.

Знаю, – прошелестел незнакомый голос в её голове.

Хоя посмотрела вверх и встретилась с понимающим и лукавым взглядом драконицы.

Конец