= 37 =

Данияр не сомневался, что в прощении будет отказано. Он лишь жалел Иви: она унижалась, стоя рядом с ним на коленях, и снова плакала от переживаний. Владыка устроил проверку ее чувств, и Данияр ненавидел его за это.

«Маленькая, только дождись меня, — твердил он мысленно. — Клянусь, что больше ты не заплачешь от боли или горя».

Владыка перенес его в Шер-Ализзе, но Данияра ничуть не взволновало возвращение в родное измерение. Когда-то он мечтал об этом, позже — вспоминал, как о недостижимой цели, а сейчас думал, как бы быстрее вернуться к Иви.

Наказание, отречение, изгнание… К сожалению, это займет много времени. Придется восстанавливаться после порки, жестокой в любом случае. Человеческому телу тяжело вынести двести ударов, а для демонического, если повелитель решит первым делом освободить Данияра от кольца, предусмотрена магическая плеть, раны от которой заживают еще дольше. Церемонию отречения отец проведет по всем правилам, и, учитывая, что их род относится к высшей касте, она будет публичной. Только бы Иви не наделала глупостей, вдруг решит, что Данияр обманул и ушел, не попрощавшись. Впрочем, он ее и из монастыря украдет.

— О чем задумался, племянничек? — поинтересовался Владыка.

Данияр и не заметил, что он вернулся.

— О времени…

— Дивные мысли, однако. Только, подозреваю, не о том времени ты думаешь.

— Не о том? — переспросил Данияр.

— Ар-р-рш кар-р-рам… Знаешь, почему я с тобой вожусь? Когда-то и я был таким же… идиотом. Да сядь уже, не мельтеши!

Только теперь Данияр заметил, что они находятся в лаборатории. Судя по всему, в личной лаборатории повелителя. Кольцо лежало на подставке магоскопа — прибора, расшифровывающего силовые плетения.

Он опустился на табурет у окна. Что ж, видимо, Владыке не терпится вернуть ему демонический облик.

— Я знаю, что вы были влюблены в прабабку Иви, дядя, — произнес Данияр. — Со слов Альтана.

— Влюблен? Что ты знаешь о любви, мальчишка! — Владыка говорил, управляя прибором. — Кстати, ты не в курсе, кто мог состряпать такую штучку?

— Селиму помог кто-то из драконов.

— А-а-а… Магия порядка. Я посочувствовал бы, но подозреваю, что ключ к тому, кто может поработить демона, Селиму отдал ты сам.

— Сам, — согласился Данияр. — Я доверял ему, как другу.

— И приревновал его к женщине? Ар-р-рш карам, Дан! Ты получил хороший урок. Теперь знаешь, как коварны могут быть смертные. А Иви — твое наказание.

— Мое спасение, — возразил он.

— Наказание! Не спорь со старшим.

— Но почему, дядя? Почему наказание?

Данияр чувствовал, что Владыка расположен к разговору, да и гневаться перестал. Если и покрикивает, то без злости.

— Ты ее любишь. Твое освобождение не разрушит связь, наоборот, усилит ее. Так, а это что за руна…

Он замолчал, потом схватил листок и начертил на нем неизвестную Данияру руну.

— Дан, возьми в шкафу книгу с рунами драконов, на третьей полке сверху, справа. Найди эту руну, мне нужна расшифровка.

— Почему любовь — это плохо? — он подошел к шкафу.

— Плохо то, что Иви смертная, — проворчал Владыка. — Она умрет, не прожив и сотню лет. Возможно, чуть больше, если ты позаботишься о ее здоровье. Но ты же понимаешь, что молодость закончится быстро? Ее красота увянет, а ты не изменишься. Тебя будут принимать за ее сына, потом за внука.

— Я могу изменить внешность, чтобы она не догадывалась…

— О, ты думаешь о ее чувствах? Кажется, я в тебе не ошибся. Но погоди, я описал не все ужасы. Руну ищи, племянничек.

— Если вы о том, что мне придется ее хоронить…

— Пф-ф-ф… В конце концов, ты демон, Дан. И понимаешь, что в смерти нет ничего ужасного. Все живое умирает, рано или поздно. Но у вас будут дети, внуки… которые унаследуют твою кровь, но не демоническую сущность. Они будут людьми, и в каждой девочке ты будешь чувствовать свою истинную пару.

Данияр выронил книгу, что держал в руках.

— Уже страшно? — усмехнулся Владыка. — С этим можно справиться, если не находиться рядом.

— Так поэтому вы…

— Только присматриваю, да.

— И к Иви…

— Тебе показалось, что я проявляю к ней внимание? — холодно спросил он. — Не зарывайся, Дан. Лучше скажи спасибо, потому что моей благосклонности ты обязан Иви.

Наказание, отречение, изгнание? Хороша благосклонность! Однако Данияр промолчал, не в его положении спорить с повелителем, будь он хоть трижды его дядей.

— Руну ищи, — напомнил Владыка. — И еще одну, вот эту.

Он начертил новый знак.

— Спасибо, дядя, — поблагодарил Данияр. — Я учту предупреждение и воспользуюсь советом.

Над расшифровкой повелитель корпел долго, с перерывами. Не мог Владыка демонов взять и исчезнуть. Или мог, но не хотел выдавать присутствие Данияра? Из лаборатории его не выпускали: здесь он ел и даже спал на полу, завернувшись в одеяло. Магия порядка, что использовалась драконами, тяжело давалась демонам, предпочитающим магию хаоса.

И все же этот день настал. От Данияра требовалось только соблюдать тишину, и он ждал, скорчившись в углу лаборатории, а Владыка творил, постепенно разрушая плетения, связывающие Данияра с артефактом.

— Вот нахал! Ты уснул, что ли?!

Данияра бесцеремонно пнули. Он, и правда, задремал, устав от ожидания. В последнее время он чувствовал какую-то щемящую опустошенность, возможно, потому что Иви не было рядом. Он тосковал по своей истинной, и сильно.

— Простите, дядя…

Владыка покачал головой и велел подниматься.

— Спрашивать, что ощущаешь, не буду, — сказал он. — Артефакт долго подавлял твою силу и сущность. И ты не спеши проверять, дай организму время восстановиться. Я бы отпустил тебя хоть сейчас, но без хтона ты загнешься. Так что спрашиваю: ты собираешься сообщать семье, что вернулся?

— Отпустите? — переспросил Данияр. — Сообщать семье?

Разве его наказание не предполагает «явки с повинной»?

— Смотрю, тебе вместе с силой и мозги отшибло, — проворчал Владыка. — Вроде бы раньше ты соображал быстрее.

Быстрее не получалось. Никак не получалось! Если только это не прощение…

— Наказания не будет, повелитель?

— Не ради тебя. Я не могу отказать той, в ком течет кровь моей любимой женщины.

— Благодарю вас, повелитель.

Данияр хотел встать на колени, но Владыка его остановил.

— О нет! Ты больше не раб, отвыкай от дурных привычек. Я не буду тебя наказывать, и ничего не скажу твоему отцу. Но если вернешься домой, то учти, что там тебя ждет невеста.

— Что-о?!

— Да, да… — Он позволил себе легкую улыбку. — А это мой подарок. Информация, не невеста.

Данияр мог бы и сам догадаться, вернее, вспомнить о собственном возрасте. У демонов своеобразные законы: не успел выбрать жену до определенного срока, подчиняйся решению старших рода. Исключение — истинная пара, но никто из демонов не признает Иви его истинной.

Никто, кроме Владыки. И это, действительно, подарок.

— И куда же…

— Как ты мне надоел, — тоскливо произнес Владыка. — Почему я нянчусь с тобой, как с младенцем?

— Потому что мы похожи? — рискнул предположить Данияр. И поспешно добавил: — Исключая мое рабство, конечно же.

— Я так понимаю, к отцу ты не спешишь. Тогда придется остаться здесь. Лаборатория — единственное место, где я могу тебя спрятать. Это моя личная территория, куда запрещен вход всем, включая слуг.

— Останусь здесь, — согласился Данияр. — Спасибо.

— Но учти, что-нибудь тронешь — спалю на месте, а пепел развею по ветру. И силу не смей проверять без моего разрешения.5ebdbc

— Да, повелитель.

— Книги почитай… Может, найдешь что-нибудь интересное. Например, о магии порядка, — фыркнул Владыка.

Данияр читал — больше заняться в лаборатории было нечем. Даже разминаться проблематично, того и гляди, заденешь какой сосуд или колбу. Через несколько дней повелитель открыл соседнюю комнату — для магических испытаний. И там Данияр впервые за долгое время совершил оборот, взывая к истинной сущности.

Давно забытые ощущения, когда кожа покрывается чешуей, как броней, наливаются мышцы, вместо ногтей вырастают когти, и лицо меняется до неузнаваемости. Боевая форма демонов — для битвы, не для красоты.

— Хорош, — заметил Владыка. — Я выйду, а ты вспомни, чему тебя в детстве учили. На стенах защитный слой, не отрикошетит.

Плетения и руны не забылись, и силу Данияр чувствовал, как прежде, но ничего не радовало. В мыслях — только Иви. Прав оказался повелитель, зов крови усилился. Теперь Данияр чувствовал его через миры, и дни, проведенные в лаборатории, превратились в личный ад. Хорошо, что здесь не было зеркал, иначе он не выдержал бы, сбежал к своей маленькой Иви, хрупкой красивой бабочке.

К счастью, больше повелитель его не задерживал.

— На свадьбу позовешь? — спросил он на прощание.

— Обязательно, — пообещал Данияр.

И повелитель сдернул маскировку с зеркала, которое все это время находилось в лаборатории.

Дом Иви встретил Данияра тишиной и пустотой. Мебель задернута чехлами, окна занавешены шторами. И никого — даже слуг!

— Иви! — взревел он. — Иви!

Конечно, никто ему не ответил. Данияр успел накрутить себя так, что чуть не спалил листок бумаги, что нашел в комнате Иви на столе.

«Дани, я не сбежала! — было написано там рукой Иви. — Мы с мамой вернулись в дом в пригороде. Они с отцом считают, что там мне будет лучше. Я жду тебя, Дани».

К записке прилагался подробный план, как добраться до дома, и адрес, где можно взять коня. Естественно, Данияр не стал откладывать поездку.

Иви ждала его на террасе. Он заметил ее, едва свернул на дорожку, ведущую к дому. Девушка поднялась, когда увидела всадника на коне, и, прикрывая глаза от солнца рукой, всматривалась вдаль. Данияр пришпорил коня, а Иви вдруг сорвалась в места и побежала навстречу. Данияр спешился, когда расстояние между ними сократилось. Никаких сомнений — Иви его узнала.

Она упала в его объятия и лишь тогда едва слышно выдохнула:

— Дани…

— Я вернулся к тебе, маленькая.

Данияр вдыхал знакомый запах, наслаждался теплом любимой женщины и прижимал ее к себе так крепко, словно боялся, что она исчезнет.

— Все получилось?

— Да.

— А ты…

— Нет.

— Ты подаришь мне ночь?

Данияр отстранился и взял лицо Иви в ладони.

— Нет, — произнес он, глядя ей в глаза. — Я подарю тебе целую жизнь.