43

Роберт

Уложив Сафину на кровать, я накрыл ее одеялом, и вышел из детской. Затем заглянул в спальню Полины и взял видео няню, на случай, если Дамира проснется, а никого из нас рядом не окажется.

Сжимая бездушную железку в руках, я быстрым шагом шел по коридору, словно опаздывал на самую важную встречу в своей жизни. Открыл дверь в спальню и застал Полину, стоящей у окна. Она обнимала себя за плечи, словно ей было холодно а, увидев меня, вздрогнула и посмотрела большими глазами.

Я поставил видео няню на комод и подошел к ней. Сколько бы ни пытался понять о чем она думала, ничего не выходило. Куда лучше получалось чувствовать или считывать ее настроение. Сейчас она была напугана и боялась. Сомневаюсь, что меня. Скорее всего своих чувств ко мне.

- Роберт... - тихо начала она, но я наклонил голову и впился в ее губы сокрушающим поцелуем, понимая, что не в моих силах отпустить ее этой ночью.

Место Полины было рядом со мной. И она будет принадлежать мне. Сейчас все было так как и должно было быть: она в моем доме, в моей спальне, и так будет минимум до конца моих дней. Я столько людей потерял в своей жизни и еще одну такую потерю просто не смогу пережить.

- Ты моя... - шептал я между поцелуями, и медленно терял ощущение реальности.

Не знаю, как сдерживался столько дней, но сейчас у меня дрожали руки, как у подростка впервые прикасавшегося к любимой девочке. Я шумно и тяжело дышал, сжимал ее хрупкие плечи, словно боялся, что Полина рассеется, как мираж.

На секунду я остановился, и посмотрел ей в лицо: на щеках выступил яркий румянец, а губы припухли от моих поцелуев. Зачем она позволила шесть лет назад сестре провернуть с нами эту аферу? Я ведь столько времени пытался понять, что не так. А все было так, только не с той из сестер.

- Ты боишься, - погладил ее по щеке и нежно поцеловал в подбородок.

- Я столько времени считала твоего отца страшным человеком... Боялась тебя и нашей новой встречи...

- Разве сейчас это имеет какое-то значение? - я снова поцеловал ее, и углубил поцелуй, чувствуя, как меня засасывает в водоворот страсти. - Я точно знаю, что не смогу больше жить без тебя и Сафины, - говорил я, не переставая ее целовать. - Это главное. Я потерял всех кого можно, Полина. У вас тоже никого нет кроме меня. Не отталкивай меня. Мы можем построить прекрасное будущее. Все что прошу: просто довериться мне.

Я знал, что у нас все получится. Пусть не сразу, но я хотел быть только рядом с ней. И она тоже. Я чувствовал это. Как и то, что она не забывала обо мне все это время.

Подхватив хрупкое и стройное тело на руки, я отнес Полину на кровать. Опустил ее на простыни и смотрел на нее несколько мгновений слегка прищуренными глазами, желая запомнить такой: смущенной, немного испуганной и безумно красивой.

Воспоминания той ночи вспышками пронеслись в моей голове. А ведь почти ничего и не изменилось, кроме того, что прошло целых шесть лет. Полина была все такой же отзывчивый и ласковой, как и в ту ночь... Невозможно ведь такое сыграть дважды? А значит чувства и влечение ко мне были изначально? И сейчас она снова была со мной... Она. А не бесчувственная подделка, которая побоялась все потерять или стать содержанкой Бердникова. Кристина ухватилась за возможность быть моей женой и пошла по головам близких людей.

- Ты сейчас тоже думаешь о той ночи? - еле слышно спросила Полина, а я схватил ее за лодыжку и подтащил к краю кровати, дурея, с какой нежностью она произнесла эти слова.

Взял ее за запястья и заставил сесть. Рывком стянул с нее домашнее платье и бросил его на пол. Туда же отправилось белье, а секундами позже мои спортивные брюки с футболкой.

- Я никогда о ней не забывал. С твоей стороны гуманнее было никогда не соглашаться на предложение сестры, - ответил я и коснулся пальцами ее волос, всматриваясь во взволнованное лицо. - Извини, я нарушил свое слово, когда говорил, что близости между нами до свадьбы не будет... Хотя нет... - лег сверху, вжимая ее хрупкое тело в матрас, а затем впился в розовый рот еще одним беспощадным поцелуем. - Ничего я не нарушил. Ты сама пришла ко мне.

Полина отвечала мне, дрожала подо мной, пока я исследовал руками горячее податливое тело: сминал, гладил, и упивался этими ощущениями, понимая, что едва себя контролирую.

- Сама... - хрипло согласилась она. - Сама...

Ее сердце стучало в груди так, словно она пробежала марафон. Но сейчас наши сердца бились в унисон. Грубо сжав ее грудь, я не переставал наблюдать за ее лицом. Хотел впитать в себя каждую ее эмоцию, каждый вскрик. Изголодавшийся зверь рвался наружу, но подавляющая нежность все же взяла верх. Я целовал ее кожу, каждый сантиметр, каждое место до которого мог дотянуться и мне было этого мало.

- Я же не железный, малышка, - медленно двигаясь в ней, прошептал во влажный висок, на что Полина лишь сильнее выгнулась мне навстречу, будто хотела прижаться ко мне каждым участком тела.

Все происходящее казалось нереальным. Она требовательно стонала подо мной, шептала мое имя и подавалась навстречу каждому движению. Перед глазами замелькали яркие вспышки, Полина вонзила свои ноготки в мои плечи, больно царапая кожу, а я наблюдал за ней, не желая упустить ни секунды в этом нескончаемом потоке света.

Она уснула на моем плече. Изможденная и уставшая от моих ласк. Какое-то время я лежал и смотрел на нее, и мне безумно хотелось снова ее разбудить, чтобы услышать, как она стонет мое имя, почувствовать, как впивается ногтями в кожу, оставляя глубокие следы. А еще мне дико хотелось курить. Но я боялся выпустить Полину из рук. Казалось, стоит выйти за дверь, и вся эта ночь рассеется, как туман, а я снова останусь один на один со своим одиночеством. Так я устал бродить в этой бесконечной тьме из которой не находил никакого проблеска света. Но теперь все будет иначе.

Полина во сне что-то бессвязно пробормотала, и словно почувствовав, как нужна мне, прижалась всем телом и обняла рукой. Я все же провалился в сон, а когда открыл глаза, ее уже не было рядом. Комнату заливал солнечный свет, а будильник, как и обычно, пропищавший в половине девятого, издавал ненавистные мне звуки.

Сходив быстро в душ, я спустился вниз. Каждое утро в будние дни начиналось одинаково, но сегодняшнее - было особенным. Вся семья была в сборе на кухне. Сафина и мама завтракали за общим столом, Полина кормила Дамиру из бутылочки, сидя на табурете рядом с детским стульчиком.

- Доброе утро, - поздоровался со всеми и задержал на беглянке прищуренный взгляд.

Лицо Полины тут же покрылось алыми пятнами, и она поторопилась отвернуться.

- Доброе утро, сынок, - отозвалась мама. - Мадина пригласила меня сегодня в гости. Ты не отвезешь меня?

- Во-сколько? - я взглянул на часы, прикидывая в уме планы на день, которых накопилось не так уж и мало.

- Мы договорились на шесть вечера. Получится?

- Да, думаю, к шести буду дома. А за тобой во сколько заехать? - перевел взгляд на Полину, вспомнив, что она сегодня собиралась съездить в клинику к Быстрову.

- Моя поездка пока откладывается, - она кивнула на Дамиру в стульчике. - Съезжу завтра. Или в другой раз. У Лизы сегодня выходной... Мне не с кем оставить малышку.

Я пожал плечами. Не видел никакого смысла в этой поездке в клинику. Все, что нужно я уже сказал Быстрову. Но если Полина так желала с ним поговорить напоследок, препятствовать не стану.

- Тогда я завтракаю и на работу. Буду дома во второй половине дня, - подошел к Полине, обнял ее за талию и нежно поцеловал в губы.

Она покраснела еще сильнее и тут же покосилась в сторону моей матери. Я не собирался скрывать своих чувств и нашего потепления в отношениях ни перед кем из окружающих. В том числе и перед матерью. Пусть привыкает. Заметив осуждающий взгляд Полины, я шепнул ей на ухо, что буду скучать, и направился к столу.

- Как спала принцесса? - спросил у Сафины, а она расплылась в счастливой и радостной улыбке.

- Хорошо. Мне понравилось засыпать с тобой. Можно я и сегодня приду к тебе перед сном?

- Можно, - я улыбнулся. - А как Дамира подрастет, будете вместе прибегать к нам с мамой.

Мать демонстративно встала из-за стола и направилась к кофе машине. Молча сделала мне кофе и поставила передо мной чашку с ароматным напитком. Затем взглянула на Полину, потом на меня, и осуждающе покачала головой.

Как бы все это не выглядело со стороны аморально и беспринципно в глазах моей матери, я все для себя решил: мы будем вместе с Полиной. Со штампом в паспорте или нет - для меня не имело принципиального значения.

Позавтракав, я поднялся в кабинет за ноутбуком и бумагами, и вышел на улицу. Перекинулся с охраной парой слов, сел в автомобиль и выехал со двора.

Полдня пролетели незаметно. Вынырнув из бумаг и отчетов, я потянулся к телефону и набрал Полину, чтобы пригласить ее завтра вечером куда-нибудь посидеть вдвоем, но ответом мне были длинные гудки. Тогда я набрал матери. Она сказала, что Полина с детьми и охранником ушла на прогулку, а телефон оставила дома. К моему удивлению она никак не стала комментировать наш сегодняшний завтрак. Я понимал, что ее тревожило, и в ближайшее время собирался исправить этот нюанс, узаконив наши отношения с Полиной и удочерив Сафину.

Откинувшись на спинку кресла, я на секунду прикрыл глаза, думая о том, что с удовольствием бы к ним сейчас присоединился, и погулял по заснеженному парку, но через полчаса я должен быть в ресторане на важной встрече с партнерами. Австрийцы оказались твердыми орешками, три месяца рассматривали мое предложение. И теперь, когда согласились, я не мог потерять такой выгодный контракт.

Прогнав из разума воспоминания о прошлой ночи, я настроился на рабочий лад. Сгреб документы в охапку и поехал в ресторан.

Переговоры были в самом разгаре, когда Олег, один из охранников, которого я нанял после переезда в Санкт-Петербург, позвонил мне второй раз подряд. И с такой настойчивостью, что у меня не осталось сомнений, что случилось что-то серьезное. Извинившись, что прерываю разговор, я вышел из-за стола и принял входящий звонок.

- Роберт Рустамович, - встревоженно начал он. - Полина Аркадьевна с детьми... - он осекся на секунду, а я услышал голоса на заднем плане.

Олег кому-то быстро продиктовал мои данные и вернулся к разговору.

- Что с ними? - мое сердце пропустило удар.

- Старшую девочку, Сафину, похитили. Полину Аркадьевну и Дамиру скорая забрала пять минут назад в больницу...

У меня все будто с огромной высоты рухнуло вниз. На мгновение я лишился опоры. Сильно пошатнулся и ухватился рукой за стену. Стоял так какое-то время, словно меня поразило молнией. В ушах шумело, виски запульсировали от напряжения, спина покрылась липким потом.

- Охрана где была? Валера с ней должен был быть и не отходить ни на шаг! - проговорил я одеревеневшим языком, когда немного пришел в себя.

- Исчез. Нет его. Скорее всего это он навел людей...

- Твою мать! - выругался я и направился на выход, забыв о встрече с австрийцами и обо всем на свете.

На смену ступора пришла злая ярость. А еще страх и куча вопросов, на которые у меня пока не было ответов. Где мне теперь искать ребенка? Кто его мог похитить? В каком состоянии Дамира с Полиной? И почему все это произошло в тот самый момент, когда я думал, что в нашей жизни все потихоньку начало налаживаться?