Глава 8 Арина

– Уверен, это предложение станет взаимовыгодным, – Илья обращается к Кириллу, украдкой поглядывая в мою сторону.

– Полностью согласен. Осталось решить несколько организационных вопросов, и можно пускать в работу. Думаю, за следующие пару дней мы всё утрясем, – вальяжно откинувшись на спинку стула, произносит Воскресенский.

Его деловой хватке можно только позавидовать. По правде сказать, я до сих пор удивляюсь изменениям, произошедшим в мужчине за эти годы. Он стал таким, каким в прошлом его никто и никогда не мог представить, несмотря на то что, казалось бы, у Воскресенских это в крови. Ведь его старшие братья Даниил и Максим являются довольно крупными бизнесменами, которые с каждым годом только и делают, что приумножают свои капиталы.

– Тогда на сегодня всё. Не буду больше грузить работой. – Илья встаёт из-за стола и, взглянув на экран своего мобильного, подходит ко мне.

Ощущаю на себе пристальный взгляд Кирилла, который оказывается красноречивее любых слов. Мужчина следит за каждым движением Ильи, будто опасается упустить нечто важное.

– Какие планы на вечер, Риш? – Герц озорно подмигивает мне.

– Да вроде н…

– Мы собирались поужинать, – не давая мне закончить, резко отвечает Воскресенский.

– Я знаю отличный ресторанчик, – не сводя с меня глаз, отвечает Илья. – Не против, если я составлю компанию?

– Конечно, нет, – щурюсь я. – Я буду рада встретиться в неформальной обстановке. Нас будет трое, или ты придёшь не один?

– Трое? Я-то приду один, – он выгибает бровь, после чего поворачивается к Воскресенскому. – А где твоя ненаглядная, которая не отлипает от тебя ни на минуту? Уж извини, что есть, то есть.

– В столице осталась, – коротко отвечает Кирилл.

– Ты ничуть не изменился, Кирюх, – широко улыбается партнёр. – Стоит замаячить на горизонте какой-нибудь красотке, как ты…

– Герц! – Слегка ударяя кулаком по столу, Кирилл вскакивает с места.

Кажется, ещё немного, и из ушей мужчины повалит дым. Воскресенский взбешён. Его глаза наливаются кровью, а пальцы сжимаются в кулаки. Со стороны мужчина напоминает разъярённого льва, от которого только что ускользнула добыча. А вот на лице Герца красуется самодовольная ухмылка. Кажется, мужчины знают друг друга гораздо лучше, чем демонстрируют это окружающим. По реакции обоих вывод напрашивается сам собой.

– Молчу, молчу, – громко смеётся Илья, выставляя руки перед собой. – Время и место сброшу сообщением. А ты пока остудись, а то вон пар из носа валит.

Герц похлопывает Кира по плечу, после чего с самодовольной ухмылкой выходит из кабинета, оставляя нас наедине. От приятной атмосферы не остаётся и следа. Воскресенский нервно постукивает по стеклянной поверхности, отшвыривая указательным пальцем лист из соглашения на противоположный край стола. Каждое его действие отдаёт нервозностью, несмотря на безуспешные попытки держать себя в руках.

– Между вами что-то было? – в лоб спрашивает Кирилл.

– Какое тебе дело? – уточняю я, не глядя в его сторону. Склонив голову над блокнотом, вырисовываю синей ручкой в его уголках витиеватые узоры.

– Слишком много бывших на один квадратный метр, не находишь? – его вопрос вызывает улыбку на моём лице.

– Кир. – Я захлопываю блокнот и убираю его в сумочку. Подхожу к Воскресенскому так близко, что у меня самой перехватывает дыхание. – Я не лезу в твою личную жизнь. Ни в прошлую, ни в настоящую. Поэтому давай и ты будешь держать дистанцию… – смотрю в глубокие синие глаза и почти утопаю в них.

– Вряд ли мне это удастся, – не оставляя нам шансов на нормальный диалог, произносит он.

Я тяжело вздыхаю и выхожу из просторного кабинета с безумным желанием купить себе новое платье. Хочу быть сногсшибательной красоткой в обществе двух магнетически притягательных мужчин.

***

Ровно в шесть часов вечера раздается стук в дверь моего номера. По правде сказать, не терпится увидеть реакцию Кирилла, потому как отражение в зеркале мне самой приходится очень по душе. Платье, купленное в известном бутике, обтягивает словно вторая кожа, подчёркивая симпатичные изгибы моего тела. К счастью, мне не приходится целыми днями пропадать в спортзале, чтобы держать в форме фигуру, достаточно лишь два раза в неделю чередовать пилатес с йогой, и результат не заставляет себя ждать. Фигура – это лучшее что я унаследовала от матери.

Хорошее настроение вмиг улетучивается, стоит только воспоминаниям закрасться в мою голову. Я никогда не понимала эту женщину.

– Готова? – с придыханием спрашивает Кирилл, разглядывая меня с головы до ног. Мужчина задерживает взгляд на стройных ногах, ненароком заставляя моё сердце пропустить не меньше парочки ударов.

– Вполне, – отвечаю я. – Илья подъедет с минуты на минуту.

– Он должен ждать нас в ресторане, – стиснув зубы, говорит Воскресенский. В его глазах полыхает огонь, который разгорается с каждой новой фразой.

– Планы изменились, – равнодушно пожимаю плечами, после чего выталкиваю Кирилла из своего номера в холл гостиницы.

Мужчина осторожно берёт меня под локоть, касаясь шершавыми пальцами оголённой кожи. Я подавляю возникшее желание ответить ему взаимностью, что даётся мне крайне непросто. Не глядя в сторону начальника, отдёргиваю руку, когда мы оказываемся в лифте, и отступаю на шаг влево. Смотрю на себя в зеркальные двери кабины, а через мгновение кидаю беглый взгляд на Кирилла, который не отводит глаз от моего лица. Теперь каждая секунда, проведённая рядом с Воскресенским, тянется вечность.

– Ты сногсшибательна! – первое, что слышу, когда двери лифта открываются. – Машина уже ждёт. Идём.

Герц переплетает наши пальцы и, заговорщически улыбаясь, движется в сторону выхода. Позади раздаётся шумный вдох, который я нарочно игнорирую.

На протяжении всей дороги до ресторана Илья говорит без умолку, чем, судя по играющим желвакам на его скулах, раздражает Кирилла. Мой начальник сидит на переднем пассажирском сиденье и за всё время поездки ни разу не оборачивается.

– Приятное место, – я осматриваюсь по сторонам, едва моя нога ступает на мраморную плитку.

– Люблю его, – соглашается Илья. – Если хочешь спокойствия и расслабленности после трудовых будней, то здесь самое оно.

– Весьма неплохо, – коротко добавляет Кир, после чего отвлекается на телефонный звонок.

Герц пристальным взглядом провожает удаляющегося к выходу Кирилла и, вальяжно развалившись, устраивается на диване. Илья буквально за минуту определяется с заказом. Приятного оттенка глаза с любопытством изучают меня, и складывается впечатление, будто мы находимся на первом свидании.

– Как я мог позволить тебе уйти? – наконец задает вопрос Герц.

– Возможно, не слишком крепко или близко держал, – прищуриваюсь я.

– Расскажи о себе, Ариш. Интересно узнать о тебе некоторые факты. Снова, – широко улыбается мужчина.

Я почти ничего не утаиваю, выкладываю всё как на духу, за исключением родственной принадлежности своего сына к Воскресенскому. Но Илья не так прост, как кажется. Он из тех людей, которые собирают информацию, а потом используют её же в качестве защиты.

– А что насчёт Воскресенского? Мне показалось, он неровно дышит к тебе, – подмигивает Герц.

– Лёгкая интрижка в прошлом, – отмахиваюсь я, вспоминая слова Кирилла. – Ничего особенного.

Боковым зрением я замечаю позади какое-то едва уловимое движение. Разумеется, это Кирилл. И он всё отлично слышал.

– Арина, звонили по работе, – холодно чеканит он.

– Кирилл, а мы можем все рабочие вопросы отложить до завтра? – с надеждой в голосе спрашиваю я.

– Боюсь, что нет. Толя ждёт нашего звонка, – Воскресенский предлагает мне руку, и я вкладываю в его ладонь свою. – Илюх, пять минут нас не будет.

– Идите, решайте важные дела, – усмехается мужчина.

Кирилл вновь берёт меня под локоть и направляет в противоположную от выхода сторону. На мои вопросы он не отвечает и ведёт себя чересчур странно.

– Лёгкая интрижка? – не выдерживает Кирилл. Он проталкивает меня в помещение, на котором висит табличка с надписью «Конференц-зал», и закрывает за нами дверь. – Считаешь, наши отношения в прошлом лёгкой интрижкой?

– Звони Анатолию, – игнорирую вопрос, прекрасно осознавая, что он притащил меня сюда совсем по другой причине.

Воскресенский молчит, а выражение его лица больше напоминает морду разъярённого зверя. Меня несколько забавляет его реакция на всё происходящее, потому как в прошлом Кирилл никогда не выказывал подобных чувств и эмоций.

– Кир, я всего лишь ответила твоими же словами. – Я обнимаю себя за плечи. – Ты прав, между нами была интрижка, которая затянулась на много месяцев…

– Ты считаешь полтора года отношений затянувшейся интрижкой? – мужчина выгибает бровь.

– Ты сам так сказал, – спокойно отвечаю я, – Анатолию. А вообще, Кир, давай начистоту. Ты никогда не производил впечатление серьёзного парня. Все твои отношения сводились к одному. Я приняла твои условия, в тот момент мне тоже не нужно было обременение в виде свадьбы и детей. У наших отношений по определению не могло быть продолжения.

– Это ты так решила, – хрипло произносит Кир.

– Я так решила, когда увидела тебя в компании той брюнеточки, как её там… – судорожно пытаюсь вспомнить имя той стервы, которая так и увивалась за Кириллом, несмотря на то что мы частенько показывались вместе. – Лиза, кажется. Точно!

– Это было уже после того, как мы разбежались, Арина! – рявкает Кирилл. – И это ты сказала, цитирую: «Кирилл, у тебя в голове ветер, ты не создан для серьёзных отношений, а я хочу определенности, которую ты не можешь мне дать. У тебя есть братья, с которых ты вполне мог бы взять пример, а не развлекаться почти каждую ночь, устраивая вечеринки».

Я безмолвно ахаю. Он всё помнит, ведь Воскресенский только что воспроизвёл тот разговор слово в слово. Тогда я была в отчаянии, поскольку за день до этого узнала, что беременна.

– Кир, что ты думаешь о детях? – спросила я, когда мы приехали с очередной вечеринки к нему домой.

Мужчина уже начал раздевать меня, но вдруг резко отстранился, словно услышал самую большую глупость в мире.

– Что за вопрос, Риш? – прищурился он.

– Узнала, что моя хорошая знакомая беременна, и задумалась об этом, – солгала я.

– Дети – это, конечно, хорошо, но я пока не думал об этом. Мне хочется свободы, дышать полной грудью, устраивать отличные тусовки, развлекать людей. В будущем, конечно, дети появятся, но сейчас не то время. – Он поцеловал меня в шею, после чего подхватил меня на руки и потащил к кровати.

Та ночь стала для нас последней, а на утро я поняла, что не хочу рассказывать о ребёнке. Я приняла решение вычеркнуть Воскресенского из своей жизни.

Гормоны уже начинали шалить, а эмоции перекрывали оставшийся здравый смысл, но всё же спустя несколько дней я пришла к нему в клуб, чтобы сообщить о беременности. Только, как оказалось, мои переживания и ощущения не совпадали с чувствами Кирилла. Воскресенский к тому времени уже переключился на других девиц. И это было как раз то, что и требовалось доказать в первую очередь самой себе.

Возвращаюсь в реальность, вспоминая фразу главного бухгалтера о том, что уже тогда Кирилл вместе с Анатолием раскручивал логистическую компанию, в которой в настоящее время я работаю. Ветреность в его словах и поступках была мнимой, но теперь это не имеет никакого значения.

– Я пришла к тебе в клуб поговорить, хотела извиниться, что была резка в своих выражениях, но, когда увидела, как эта полуголая девица ерзала у тебя на коленях и облизывала твои губы, пропало всякое желание, – сдержанно отвечаю я. – А теперь предлагаю закрыть эту тему. Высказались, и хватит.

Не дожидаясь ответа Кирилла, открываю дверь и выскальзываю из конференц-зала. Медленно двигаюсь к нашему столику и, встречаясь глазами с Герцем, натягиваю на губы неестественную улыбку.

– Надеюсь, ваш разговор не повлиял на наши договоренности? – интересуется Илья. – Не хотелось бы на корню обрубать взаимовыгодное сотрудничество.

– Нет, что ты! – быстро отвечаю я. – Всё в порядке.

– Кир какой-то хмурый. Помнится, раньше с его лица практически никогда не сходила улыбка, – взгляд Ильи с лёгким прищуром обрушивается на вошедшего в зал Кирилла.

– Людям свойственны перемены, – пожимаю плечами, поднося к губам бокал с соком.

– Как насчёт продолжения вечера? – неожиданно интересуется мужчина.

– Я только за.

– Кир, предлагаю рвануть в местный клубешник, тряхнуть стариной, – громко смеётся Илья, обращаясь к только что подошедшему Кириллу.

– Завтра мы должны решить важные вопросы, так что не уверен, что это будет уместно, – ответ Воскресенского меня не просто удивляет, скорее шокирует.

– С каких пор ты стал таким занудой, дружище? – Герц салютует своим бокалом. – Риш, у нас-то с тобой всё в силе?

– Конечно! – уверенно киваю, игнорируя потемневший взгляд Кирилла. – Думаю, порция ночной жизни мне не повредит.