Глава 12
Прошло три дня, и молодая женщина в ситцевом платье прохладным вечером шла к дому своей свекрови. Женщина надеялась, что Наталья Андреевна уже дома. Ольга переживала, примерно представляя их разговор, но шла, зная, что должна взять необходимые документы, чтобы оформить пенсию по потере кормильца.
Латрова все это время подготавливала себя к важному разговору, но сейчас была, как никогда, подавлена. Она буквально через силу передвигала ноги, чтобы не замереть на месте и не сорваться назад.
Сторхов должен сегодня вернуться поздно, поэтому она попросила Нину Ивановну посидеть с малышами. Добрая женщина согласилась, и попросила не переживать, она с радостью останется с девочками сколько необходимо.
Вспомнив о мужчине, Латрова нахмурилась.
Эти дни Олег общался с ней, но грубо не давил. Он разговаривал, но не настаивал на общении. Был вежлив и обходителен, пронзительно наблюдая со стороны. Женщине мерещилось, что Сторхов изучает ее, и такая вероятность приводила в замешательство.
Вчера мужчина пришел в мастерскую и молча сидел на диване, не говоря ни слова, отчего Ольга не знала, как себя вести. Сейчас она осознавала, что нравится ему, но, несмотря на его доброту и слова, Олег ей представлялся огромным волком, опасным и выжидающим, когда жертва расслабится и тогда он накинется.
Оля не боялась, что он физически причинит ей боли, чувствовала, что Сторхов не приемлет насилия, но опасалась того, к чему может привести их связь. Ведь как мужчина выразился, ему нужна только женщина…
Круглова больше не появлялась в доме, что настораживало. Ольга внутренне была уверена, что такая особа обязательно что-то предпримет. Наталья сделала свои выводы, считая ее разлучницей, и поэтому можно было только ожидать внезапного удара.
Оказавшись у двенадцатиэтажного дома, прошла детскую площадку, где веселились детишки под зорким присмотром мамочек и, успев за пожилым мужчиной, прошмыгнула в подъезд. Поднялась на лифте и вышла на десятом этаже, приблизившись к нужной квартире. Оля была здесь лишь раз, когда муж знакомил ее со своей матерью. Никогда она не забудет того унижения и ненависти, что пережила за десять минут нахождения в квартире Латровых. И она вновь у этой двери…
На некоторое время Оля замерла, но тут же взяла себя в руки и позвонила в дверь.
Открыли ей почти сразу. Наталья Андреевна удивленно ухнула, совсем не ожидая пришедшую гостью, и, нахмурившись, процедила:
– Явилась, гулящая мамашка. Надо же… Я уже думала, что только в суде увидимся.
Ольга посмотрела ей в глаза и уточнила:
– Вы меня ждали? В суде?
Выглянув из коридора и посмотрев по сторонам, женщина скрипнула зубами и процедила:
– Входи домой! Мне тут не нужно, чтобы весь этаж слушал. Хватит и их зависти. Голодранцы…
Оля нехотя прошла в помещение и остановилась на пороге. Услышав: «Обувь! Тут тебе не помойка!», сняла босоножки, осторожно ступая дальше. Когда высокая женщина в длинной футболке и бриджах направилась в зал, Ольга последовала за ней.
Заметив, что свекровь указывает на диван, присела и сказала:
– Наталья Андреевна, мне нужны документы, чтобы…
– Не дам, – грубо выдала Латрова, удобно усаживаясь в кресло. Скривилась, осматривая с головы до пят жену Владимира, и продолжила: – Ты кто такая, чтобы я позволила тебе взять документы моего сына?
– Не беспокойтесь, я потом отдам. Сделаю копию для себя. Мне нужно оформить…
– Ишь какая! Хочет еще и поживиться за счет моего мальчика. Змеюка подколодная! – гневно выдала женщина, все больше подначивая себя, желая высказать все, что накипело, этой нищей оборванке.
– Наталья Андреевна! – резко начала Оля, не желая слушать гадости, но свекровь резко поднялась и сказала:
– Можешь не объясняться, знаю я твою корыстную душонку. Жажда денег, не зря же моего мальчика захомутала.
– Неправда! – возразила Оля, не понимая такой агрессии и лжи.
– Да! А он… наивный… повелся на всякую шушеру. Эх и моя вина. Не уследила, вот и залез он на грязную бродяжку.
Ольга не смогла стерпеть, тотчас поднялась и громко проговорила:
– Я снимала квартиру и работала. Нормально получала. Ваш сын ухаживал и через время сделал предложение. Я никому не навязывалась, – с искренним возмущением выдала она, сжимая вспотевшей рукой подол своего платья.
– Ты мне еще поговори! Орет она в моем доме! Осмелела, дрянь!
– Если вы лжете! – произнесла молодая женщина, чувствуя, как в ее груди все сжимается от мерзости этого разговора.
– Кто врет? Ты посмотри на себя. Оборванка и продажная девка! Но ничего! Ничего… В суде покаешься еще. А потом хоть загуляйся…
Понимая, что сейчас промелькнуло важное и страшное для нее, Ольга проговорила:
– Вы…
– Да! Я та, кто заберет ребенка своего умершего сына из лап продажной твари. Ты – не мать! Сука! Семью разрушила, моего мальчика довела до смерти. И еще, змея, денег хочет! Ничего! Пожалеешь еще об этом! Уж я постараюсь! – ядовито цедила Латрова, получая удовольствие от ужаса в глазах невестки.
– Вы о чем говорите? – почти закричала молодая женщина, не контролируя себя. В голове витала только одна мысль – свекровь хочет забрать ее девочку! Ее!
– А ты думала, не узнаю? Вова поведал, да ты, паскуда, забеременела от любовника. А когда он… когда он… погиб, даже посмела приехать с очередным хахалем на старую квартиру. Все соседки видели, и сразу позвонили мне. Я-то их предупредила о тебе. Так что знай, я этого так не оставлю! Думала, хорошо устроилась? Да?! Моего сына на тот свет, а сама деньги будешь получать и сношаться с кем ни попади?
– Это ложь! – судорожно закричала Оля, прижимая руку к груди, понимая, что ее мир переворачивается.
– Ага, конечно. А ты где живешь-то? А?! Своего места нет? В каких условиях держишь мою внучку?
«Внучку… внучку… внучку», – повторяла Ольга про себя и выдохнула:
– Больше, значит, не калека? Внучка?! И еще спрашиваете про условия, после того как выкинули нас на улицу? Оставили Алину у соседки, зная, что меня увезли в больницу? Выгнали как бездомных собак! И еще говорите о том…
– Ты мне тут голос не повышай, дрянь! – процедила Наталья Андреевна, сжимая руки в кулаки. Женщина с яростью смотрела на сноху, готовая в любой момент наброситься на нее, но, решив, что это может пойти на пользу вдове, заглушила в себе эту потребность. Отошла к окну и, уперев руки в бока, заявила: – В общем, не рассчитывай ни на какое пособие. Тебе ничего не светит. Я сделаю все, чтобы забрать девчонку.
– Она вам не нужна была… – прохрипела Ольга, пытаясь прийти в себя от слов жестокой подлой женщины.
– Это было раньше. Теперь Алиночка здорова и является дочерью моего погибшего сына. Продолжение, так сказать. Фамилию ей не разрешу менять при замужестве. Так что ни на что не рассчитывай, приготовься платить алименты и видеться тогда, когда я разрешу, – ядовито проговорила Латрова, отряхивая рукой с плеча несуществующие пылинки.
Ольга с яростью посмотрела на нее и, сделав шаг вперед, громко прокричала:
– Нет! Не заберете! Она моя дочка! Моя! Я люблю ее и никому не отдам! И то, что я, как вы говорите, гулящая, вы не сможете доказать! Никак!
– За меня не беспокойся, оборванка. Кроме этого у тебя есть куча всего, отчего девочку передадут мне. Так что не ори мне здесь. Визжит она! – гневно буркнула свекровь.
– Нет! Не отдам! – почти хрипела Оля, чувствуя, как ее трясет. – Сделаю все…
Латрова рассмеялась, что отдавалось огромным эхом в сознании Оли, и процедила:
– Надейся, глупая. Надейся… А сейчас пошла вон! Нечего мой дом грязью своей марать.
Молодая женщина подняла на нее затуманенный взгляд и прошептала:
– Вы жестокая и подлая. Всю жизнь только и делаете, что уничтожаете то, к чему прикасаетесь. Нет в вас ни капли доброты и любви. Даже к вашему сыну… Мне жалко вас.
Как только произнесла, развернулась и пошла на выход, слыша грубые слова из уст свекрови. Наталья Андреевна кричала, смеялась и унижала, но Ольга уже не слушала. Она кое-как влезла в босоножки и выбежала из квартиры, желая оказаться подальше от мерзкой женщины. Ей не хватало воздуха, и нужно было как можно скорее выйти на улицу, чтобы понять… и придумать, что делать дальше.
Добежав до скамейки, присела, пытаясь дышать равно. Сердце колотилось в бешеном ритме, и Оля закрыла лицо руками, тяжело дыша. Слезы текли по щекам, в глазах был ужас. Хотелось завыть, но она просто сидела, лихорадочно соображая.
– Ольга, – раздалось позади, и женщина повернулась назад. Перед ней стоял Даниил, с волнением поглядывая на нее. Он сделал шаг вперед и произнес: – Что случилось?
Латрова с трудом соображала, как здесь оказался Иванов, но, вспомнив, что дом свекрови рядом с ее бывшей квартирой, и все вопросы сами собой исчезли.
Тяжело вздохнула и проговорила:
– Здравствуйте, Даниил. Я…
– Мы договорились по телефону, что будем на «ты». Так что случилось?
– Хорошо. Наталья Андреевна хочет забрать мою дочь.
Мужчина нахмурился, а потом проговорил:
– Не переживай, все будет хорошо. Я помогу.
Ольга даже не слушала, все мысли были о дочери.
– Оля, ты слышишь? Я сделаю все, чтобы помочь.
– Даниил, вы думаете, она может забрать мою девочку?
Мужчина нахмурился и присев, произнес:
– Тут играет много важных факторов…
Девушка ужаснулась и прохрипела:
– Значит, может?
– Ольга, я сделаю все, что в моих силах, чтобы твою девочку никто не забрал.
– Но как, разве можно забрать ребенка у матери? Как такое возможно?! Я ведь не курю, не пью, не наркоманка. Работать устроилась. Почему тогда есть шанс? Как такое может быть?
– Оля, я повторюсь: она ничего не сделает. Я предприму все возможные варианты, что в моих силах, – проговорил мужчина, пытаясь обнять женщину за спину, но она резко поднялась со скамейки, не давая такой возможности, и проговорила:
– Я… у меня нет только квартиры, но если работаю, могу снимать, а значит…
Иванов встал и, с недовольным взглядом окинув территорию парка, где было много людей, проговорил:
– Оля, давай я отвезу тебя домой. Успокоишься, а завтра мы все обсудим. Я могу приехать к тебе или встретиться в спокойном месте.
– У меня нет денег на ваши услуги! И стоит ли нанимать адвоката, ведь…
– Я уверен, что стоит, раз решается такой важный вопрос. Для того, чтобы потом не винила себя, что допустила грубую непростительную ошибку, когда могла избежать этого.
– Мне нужно домой…
Мужчина снисходительно посмотрел на нее, а потом ухмыльнулся и заявил:
– Вот и я о том же. Пойдем, я довезу тебя, и мы поговорим.
Ольга посмотрела на Даниила и закусила губу, не желая с ним ехать. Но тот факт, что он сын Ивановой, и уже в который раз предлагает свою помощь, зная ее обстановку, успокаивал.
Но сама себе она могла честно признаться – Иванов ей не нравился. Не внешне, не по характеру, ведь она совсем его не знала, а чисто интуитивно. На подсознательном уровне. Чувствовала опасность и боялась приближаться.
Если со Сторховым она опасалась, то только потому, что он был огромным мужчиной. Она чувствовала себя с ним маленькой и хрупкой, но отчетливо видела, что Олег ее не обидит.
Иванов пугал. Общение с ним женщине напоминало игру «кошки-мышки». Казалось, что этот мужчина выжидал, чтобы потом накинуться.
Отогнав ненужные мысли, и убедив себя в их беспочвенности, Оля склонила голову набок и проговорила:
– Если только вам по пути.
Мужчина довольно оскалился и самым добродушным видом заявил:
– Мне всегда по пути, если нужно отвезти такую чудесную женщину.
От сказанных слов, Ольга смутилась, чувствуя дискомфорт. Она не ответила, лишь прижала сумку к груди, ожидая, что мужчина пойдет вперед, а она за ним.
Даниил пожал плечами и направился к своей новенькой иномарке, которую недавно приобрел. Открыв двери, посадил Латрову, и через время уже выезжал из двора.
По дороге женщина молчала, отвернувшись к лобовому стеклу, и мужчина заговорил первым:
– Ольга, может, мы переговорим в удобной обстановке? Например, отправимся в ресторан. К слову, я сегодня и не ужинал совсем. Как раз обсудим все вопросы.
Латрова не шевелилась, и лишь огромные глаза кричали о том, что она поражена, и не знает, что сказать. Вздохнула и ответила:
– Нет, извините. Мне нужно к девочкам. Простите, если задерживаю. Я могу на автобусе…
– Нет, что ты, – по-доброму проговорил он. – Я рассчитывал хоть немного отвлечь тебя от бед, поэтому и предложил. За меня не беспокойся. Успею. И прошу на «ты»!
– Хорошо, Даниил, – проговорила Оля, чувствуя некую недосказанность в воздухе, давящую на нее с огромной силой. – За вашу… твою помощь могу отблагодарить чуть позже. У меня есть сумма, но, наверное, она недостаточна для оплаты твоих услуг. Тем более мне нужно решить вопрос насчет квартиры. Но как только получится…
Мужчина не ответил, он хмурился и смотрел на дорогу, а потом резко свернул вправо, когда проезжал мимо остановки. Остановился, резко нажимая на педаль тормоза, и повернулся к Латровой.
Тяжело вздохнул и произнес:
– Оля, мне не нужны от тебя деньги. Я хорошо зарабатываю и могу позволить себе помочь женщине, которая меня волнует.
Ольга молчала. Понимала, к чему он клонит, и это выбивало ее из колеи. По словам Людмилы Алексеевны, Даниил недавно женился, и все в его семье было хорошо. Жена лишь не могла забеременеть, о чем жаловался Даниил матери. Но ведь это не повод…
– Постойте, я, видно, не так вас понимаю.
– Так! Я хочу, чтобы ты стала моей женщиной, – громко отчеканил он, поедая ее тело жадным взглядом.
Латрова просто смотрела, пытаясь понять слова и определить, что они значат для нее.
– С Верой у нас постоянные ссоры, она не понимает меня. Я уже жалею, что женился, – с грустью в голосе произнес Иванов, положив свою ладонь на ее, и тут же добавил: – Хочется тепла и ласки, чтобы меня понимала любимая женщина. Но к сожалению, у меня такого нет. Претензии, непомерные запросы и наплевательское отношение. Когда увидел тебя, понял, что вот – ОНА, но ты была замужем, да и я только женился, о чем пожалел в тот же момент. Ты мне нравишься, Ольга. Очень.
– Даниил, – в ужасе прохрипела Латрова, убирая свою руку и прижимая к груди. Ей хотелось убежать от этого разговора. Она даже не предполагала такого итога их общения.
Иванов не вызывал в ней женского интереса, и она совсем не понимала, как может быть с ним. Быть его женщиной.
На секунду Ольга усмехнулась, поражаясь тому, как умные мужчины заменяют неприятное слово – любовница.
Только хотела продолжить, как Даниил заговорил:
– Ольга, уверен, что мы поймем друг друга и, скорее всего, после… сможем оформить наши отношения. А пока я буду помогать тебе в твоем деле и во всем.
– Я… не… могу, – прошептала женщина, пытаясь успокоиться, понимая, что она не сможет работать с адвокатом, если его условие – спать с ним. И что теперь делать? Она могла обратиться к Сторхову, но чувствовала неудобство, что надоедает мужчине своими проблемами.
– Ольга, я не обижу тебя, – ласково проговорил Даниил, протягивая руку к ее лицу, но женщина отвернулась и попросила:
– Даниил, прошу, не надо. Я не…
– Не понимаю, почему ты против?! Или я противен тебе? – повышая тон, осведомился он, не сдерживая эмоций от ответа женщины.
– Нет, но я…
– Тогда что не так?
– Я не могу и не хочу платить за твою помощь телом, – в глаза сказала Оля, не находя других слов на предложение мужчины.
Даня сжал руль и отвернулся, а потом с усмешкой процедил:
– Конечно, как я не подумал. Ты нашла мужика круче, и с ним спишь. Так ведь? Судья удобнее… связи, деньги…
У Ольги расширились глаза. Было противно и мерзко слушать такие утверждения в свой адрес, поэтому она ту же схватившись за ручку двери, желая вылезти.
– Вы подлец, раз позволяете себе так унижать женщину. Я ни с кем не сплю! Сторхов… Он помогает мне… просто так. До свидания, – поспешно проговорила она, нажимая на ручку, но ничего не получилось.
Даниил подавил желание рявкнуть, чтобы привести Ольгу в чувство. Понимая, что вспыльчивость привела его к провалу надежд, мужчина схватил женщину за руку и спокойно выдал:
– Оля, прости. Не убегай. Я совсем так не думаю, сказал на эмоциях. Не ожидал, что ты так отреагируешь. Извини, если обидел. Я отвезу тебя домой, чтобы с тобой ничего не случилось. Обещаю, что не обижу даже словом. Я не хотел…
Ольга освободила свою руку от захвата и тихо проговорила:
– Даниил, отвезите, пожалуйста, меня домой. Я хочу к своим девочкам.