Глава с необычными дарами (2)

Взгляд Вевеи

Я ожидала худшего от церемонии, накануне которой меня буквально завалили подарками – дорогими платьями, драгоценностями, расшитыми покрывалами, флакончиками косметики и духов, даже парами обуви, выбирай, мол, что понравится. Но на самом деле всё оказалось терпимым. Не мне пришлось одеваться во всё это роскошество, думать о том, куда идти и что говорить. До храма меня довёл Азибул, внутри в процесс включились служители культа. Всей компанией меня доставили к алтарю – изумительному творению камнерезного искусства, огромному куску белого оникса, изукрашенному фигурами драконов, людей и чудесными узорами.

Здесь меня ждал Иоиль, разодетый в дорогие одежды, сияющий от счастья. Он пылко принёс мне клятвы, которые я пропустила мимо ушей, и принял мои путаные обещания. Над ними я тоже не задумывалась, что мне подсказали, то и озвучила. Если припрёт, можно будет потом уточнить, что там наобещала, в самом же храме, у служителей. Вряд ли формулировки по факту окажутся сильно необычными.

В итоге он застегнул у меня на шее красивое тонкое ожерелье, которое тут называлось «нить души», то есть эдейри, и являлось символом брака. Что-то наподобие индийской мангалсутры, если я верно помнила нюансы. Была у меня такая и от Азибула, но пропала во время приключений. Ещё удивительно, что, сорвав с меня брачное ожерелье, по итогу оставили оба браслета – и от Аза, и от Хиреама. Необъяснимый для меня факт.

Кстати, Азибул уже пообещал, что скоро наденет на меня новый эдейри. Просто, оказывается, даже банальное изготовление повторной «нити» было обставлено кучей церемоний, и сейчас он ждал официальное разрешение от кого-то из старших родственников. Хиреам, хоть и был главой рода Сверад, не мог ему этого разрешить, поскольку претендовал на меня наравне с младшим братом.

Понять все эти нюансы я пока была совершенно неспособна. Но велика ли разница, в чём причина промедления. Пока мне же проще – придётся носить всего один эдейри, вот этот красивый и лёгкий, который на мне застегнул принц. Ведь знаком брака с Пардой для меня стал ещё один сегмент ошейника рабыни, подозреваю, с дополнительной функцией контроля, а в Высокогорье с меня сняли сразу всё, что было, не разбираясь.

После церемонии последовало пышное застолье, с которого нас с Иоилем отпустили только через пару часов. Он нёс меня до нашей новой спальни на руках, хотя по традициям драков это было не обязательно. Сперва нас сопровождали слуги, а потом уже только служанки, которые и затворили двери покоев, оставляя нас наедине.

Мне стало не по себе.

– Ты хотела бы принять ванну? – улыбчиво спросил Иоиль. – Я могу всё подготовить. И помочь тебе.

– Да я сама. – И растерянно оглядела себя. Пышное многослойное алое платье, пояс, драгоценности, волосы уложены в сложную причёску и увенчаны тиарой, и как всё это расстёгивать, разматывать и снимать – понятия не имею. – Если разберусь…

– Помогу. – Он подступился осторожно, стал одно за другим расстёгивать на мне ожерелья, вынимать шпильки, чтоб освободить голову от драгоценностей и хватки шпилек, потом распустил завязки пояса, платья. – Принесу однорядку.

– А что это?

– Одежда такая. – Он вытащил из-за узорной ширмы и развернул что-то наподобие нарядного парчового халата без воротника. – Ты сможешь накинуть после ванны. Я отнесу. Идём, уверен, там уже готово.

В ванной действительно всё было продумано до мелочей. Огромная каменная чаша ванны была полна горячей ароматной воды, на столике рядом были расставлены все средства, какие только могли понадобиться при купании, учитывая, что меня перед церемонией и вымыли с ног до головы, и умастили различными чудными маслами. Я с удовольствием понежилась в воде, а потом с ног до шеи обмазалась лосьоном.

И всё это время раздумывала о том, что происходит со мной.

Только недавно мир мой рухнул, мой брак умер, а любовь к супругу из ласковых невидимых объятий обратилась в острый нож, засевший между рёбер и напоминавший о себе при каждом движении и даже мысли. Не больше года ведь прошло… И вот я уже готова открыть объятия другому мужчине и одарить его, как сказала Агата, своей благосклонностью? Как так? Не может же любовь умереть так быстро лишь потому, что она стала причинять неумолчную боль!

Или может? Или дело вовсе не в любви? Может быть, я пытаюсь просто выбить клин клином или самой себе доказать, что всё ещё жива, способна на чувства, на глубокие и подлинные переживания, могу ощущать всё то, что испытывает любая юная девушка, ещё не покалеченная первым неудачным опытом отношений?

Или дело в малышке? Она заставила меня выйти из состояния полной отрешённости от мира и с удивлением оглянуться вокруг, осознавая – он совершенно не изменился. Он всё так же полон цветов, запахов, звуков, всё так же ласков и ароматен ветер, теплы нагретые солнцем камни и игрива прохладная вода, в которую окунаешь пальцы. Жизнь продолжается, и у тебя нет ни единой причины отказываться от неё, кроме собственной решимости.

А ты ведь не имеешь право отказаться. Правда, будущая мамочка?

Выйдя из ванны, я смущённо посмотрела на Иоиля. Он ждал меня с нетерпением, это было видно, но подступился с ещё большей осторожностью, чем прикасался перед тем. Обнял так, словно давал мне возможность обдумать ситуацию и отказаться, стал мягко, ласково прикасаться губами к волосам, лбу, щекам, пальцами оглаживать мои плечи, локти, потом неуверенно переместил ладони мне на спину.

Он ведь мне нравится. Нравится же? На самом деле очень. В первую очередь как личность, во вторую запахом кожи, в третью чисто внешне. То, что мне не нравились мужчины типажа южан, забылось. В действительности это же неважно, как выглядит мужчина. Ты видишь его глаза, слышишь его слова, воспринимаешь его поступки – вот что создаёт человека. Я не готова довериться своему новому мужу полностью и всё же приоткрыть для него уголочек сердца можно.

Очнувшись от этих мыслей, вдруг осознала, что уже возлежу на белоснежных простынях постели, халат распахнут на груди, и принц нежно касается губами моей кожи, согревая её дыханием. Прикоснулась к его косам и сама удивилась тому, что, оказывается, мне было любопытно потрогать его причёску. Он поднял счастливое лицо, о косах сразу забылось – всё-таки чудные у него глаза.

– Я люблю тебя, – выдохнул он.

– Мне первый муж тоже так говорил, – внезапно ляпнула я.

– Аз?

– Не-е. Ещё на родине. Его звали Григорий. Мы прожили долго, и всё, вроде, было хорошо. Любовь, взаимопонимание, внимание… А потом он ушёл к любовнице, которая заявила, что очень хочет ребёнка и обязательно забеременеет. В смысле меня прогнал, потому что дом принадлежал ему.

Глаза Иоиля округлились.

– Прогнал? Что-о?!

– Да какая разница. – Я отмахнулась. – Важно было то, что случилось со мной. В плане чувств.

– Даже не представляю, – признался он, обхватывая меня, прижимая к себе. – И теперь ты боишься, что кто-то из мужей может тебя бросить?

– Скорее ситуации, что вы все заявитесь в полном составе…

– Ты шутишь, что ли?! – громыхнул его голос.

Но я жестом предложила ему утихомириться.

– Думаешь, тот мой муж не возмущался в ответ на мои предположения, что он рано или поздно меня бросит? Ещё и больше негодовал. Просто бесился, как это я смею такое предполагать.

– Прости. – И снова меня нагнали яростные обнимашки. – Я докажу. Делами докажу. Ты убедишься. Убедишься…

А потом меня погребли под собой ласки, причём такие вдохновенные и терпеливые, что невозможно было им не отдаться. И момент, когда я осталась без одежды, а ко мне приникло обнажённое тело новоиспечённого супруга, едва отследила сознанием. Куда важнее было то, как пела во мне жажда продолжения, стремление притянуть к себе этого мужчину и выкинуть из головы и сердца любые сомнения, какие только ещё остались на моей совести.

Он втянул меня под себя так осторожно, будто собирался лишить невинности юную деву.

– Ребёнок, – напомнила я, не особо, впрочем, беспокоясь. Всё-таки срок ещё сравнительно маленький. Но надо ж показать, что я дама приличная и забочусь о будущем потомстве.

– Я осторожно, – заверил он меня шёпотом и перекатился на бок.

А остальное уже было неважно – похоже, Иоиль был не так уж опытен в обращении с женщинами, при этом свою малоопытность вполне искупал вниманием, деликатностью, страстным желанием обязательно доставить удовольствие.

Я целовала его завороженно. Мне должно быть стыдно? Может быть. Но сейчас я снова просто радовалась, что оказалась в объятиях мужчины, которому интересна. По-настоящему интересна. Трудно сказать, что случится будущем, однако в этот момент… Я ему важна, он горит мною, и это упоительно.

– Моя, – шепнул принц, задыхаясь от восторга. – Ты моя?

– Я своя собственная.

– Тогда… Я – твой?

– А тебя это обрадует?

– Очень.

Я прижала лоб к его плечу.

– Давай просто не будем говорить об этом?

– Если хочешь. – Снова притиснул к себе. – Я тебе хоть немного нравлюсь?

– Не-а… Ты мне сильно нравишься.

– Ми-илая…

– И что дальше?

– А дальше мы попросим благословения нашей связи в храме. Я чувствую, что она образовывается. Я хочу хоть как-то получить твой знак и почувствовать себя нормальным драком.

– Мой знак? В смысле? Тавро что ли? Кошмар какой…

– Не знаю, что такое тавро, но у нас принято, чтоб объединение сил пары были осенено магией Храма, и супруга отметила мужа знаком своей магии. Надеюсь, тогда тебе станет спокойнее? – Он приподнялся на локте, глядя на меня с беспокойством. – Ведь станет же?

– Не особо, – призналась я. – У нас женатые мужчины носят обручальные кольца. Если носят. Не всегда это защищает от измены.

Иоиль опустил голову, помотал ею.

– Веи! Ну подумай сама – я ж из правящей семьи драков. Стоит мне только кинуть заинтересованный взгляд в сторону какой-нибудь женщины, и слух немедленно разнесёт суждения о связи. Пойдут сплетни, ты всё узнаешь. Ведь понимаешь сама!

– М-м… Пожалуй. Да вот только если такое случится – что я смогу сделать? Придётся попросту смириться, разве нет?

– Вея… Прошу тебя! Хочешь, я при тебе правящего брата попрошу покарать меня, если посмею тебе изменить?

– Можно подумать, он сделает что-то против брата.

– Ну родная… – Мужчина обессилено уронил голову на руки. – Ну ведь сделает же. Измена в правящей семье роняет репутацию всей семьи. Но как тебя убедить?

Вот что я ему, в самом деле, мозг выедаю. Неправильно как-то. Потянулась, погладила косы, из которых выбились волоски. Он с надеждой поднял на меня взгляд.

– А если попрошу Агату? Ей-то ты веришь? – предположил, судя по всему, от отчаяния.

Вздохнула.

– Ей – верю. – Хотя в глубине души понимала, что предать может кто угодно. А королева драков вообще мне никто.

Господи, как же это тяжело – всех всегда подозревать… Очнись, Вея, подумай, что тебе грозит? Просто не привязывайся к мужчинам вокруг себя (постарайся, по крайней мере), и всё будет хорошо. Можно даже расслабиться, получить физическое удовольствие, отчасти и помощь по каким-то моментам, которая беременной не повредит… Расслабься. Просто не тревожься. Тебе вредно.

Я прикрыла глаза и выдохнула. Сама ведь себя извожу.

Заснула в итоге в объятиях Иоиля, который зачарованно вдыхал аромат моей полуразвалившейся шевелюры, проводил пальцами то по щеке, то по руке, то по боку – чувствуется, что от всей души наслаждается – и время от времени с удовольствием ёрзал. Провокатор… Я дремала, слушая, как снаружи перекликаются птицы. Милые существа. Вот кому хорошо – у них всё просто, всё на инстинктах. Человеку так свою жизнь не обустроить.

– Погуляем? – пробормотал принц, который категорически не желал просыпаться. Зато идеи восстали раньше него, и мысль, что молодую супругу надо кормить культурными впечатлениями, явственно спорила с предложением угостить её (то бишь меня) более понятными примитивному сознанию телесными удовольствиями.

– Угу… только просыпайся. Всем организмом.

– Пара минут. – Он потёрся горбинкой носа об мой загривок. – Минутка… Какая же ты упоительная!

– Иоиль!

– Просыпаюсь. – Тяжело вздохнул. – Хоть и не хочется. – Он поднял голову и посмотрел на меня странным взглядом бледно-голубых глаз. – Или хочется…

– Иоиль!

– Я о другом. – Он встал с постели и, даже не запахивая халат, медленно вышел на балкон. Я округлившимися от изумления глазами следила за ним.

Мужчина скинул верхнее одеяние, оставшись в одной рубашке, а потом бесстыдно ступил ногой на перила – и я замерла от шока.

Вниз с балкона сорвался бледно-голубоватый хрустальный дракон. Он казался прозрачным, хоть и не был таковым – видимо, особенность оттенка. А может быть, я просто чего-то не понимаю. Мреющие в воздухе крылья то и дело расплывались перед глазами. Я вздрогнула, нервозно запахнула халат на груди. Но взгляд от мужа, превратившегося в мифическое существо, не отрывала.

Он был не так уж сильно похож на брата – тоже словно бы хрустальный, но заметно светлее, с золотыми розблесками на теле, с более скромными роговыми наростами на голове, и на хребте шипы были расположены, кажется, реже. Словом, он, я смотрю, уступал по грозности брату-королю, но, наверное, так и следовало. И при этом был так же велик и так же могуч. Когда он приземлился во дворике и развернулся к балкону, где я стояла, случайно снёс хвостом одну из каменных ваз, и от неё, массивной, мраморной, остались лишь жалкие обломки.

Я постаралась улыбнуться, глядя на него. Определённо, он получил то, что хотел от нашего брака. И это прекрасно…