Глава с необычными дарами (4)
Взгляд Вевеи
Я почему-то до безумия боялась этой «церемонии подтверждения магической связи», меня аж трясло. Горничная, которая причёсывала меня, готовя к перемене наряда, даже испугалась и позвала целителя. Тот напоил меня успокоительной настойкой и в свою очередь попытался убедить, что впереди ровным счётом ничего страшного не ожидается. И я даже верила… Но потряхивало всё равно.
А ведь всё действительно оказалось совершенно спокойным и безопасным. В храме нас с мужем ждали всего шестеро служителей, они сперва подготовили Иоиля, а потом ввели и меня, изукрашенную драгоценностями так, словно я должна была продемонстрировать сразу всю казну королевства. Даже бриллиантовый ошейник в числе прочих ожерелий пришлось потерпеть. Ну что ж поделаешь – традиция. И речь, которую прочёл главный священник, звучала для меня необычно, как-то слишком заумно. Вроде бы, говорили о магии, но обращались к философским материям, не обходя и религиозный вопрос.
К своему удивлению осознала, что местные жители видят истоки своих магических способностей в воле высшей силы, условно божества. Для них объединение энергий мужчины и женщины было символом, сравнимым с понятием малой церкви в христианстве, поэтому и считалось обязательной частью полноценного дракского брака. То есть магическая практика и религиозное служение не спорили между собой, а дополняли друг друга.
И это звучит намного лучше, чем вариант, бытовавший в родном мире. Но и логично притом, ведь магию практиковал огромный процент населения, давай-ка запиши всех в еретики и демонические отродья!
По завершении интересной речи мне было предложено опустить пальцы в туман, курившийся над большой чашей на алтаре. Увлёкшись мыслями, я сделала это бездумно и лишь с запозданием напомнила себе, что вообще-то могла вляпаться во что-нибудь опасное. И, поскольку уже явно не вляпалась, сразу успокоилась. Только мысленно посмеялась над собой.
Потом по указанию служителя вынула объятые голубоватым туманом пальцы и боязливо прикоснулась ими к груди Иоиля. Муж, кстати, наоборот грудь выкатил колесом, аж потянулся к моей руке, словно всеми силами демонстрировал: ничего он не боится.
И я коснулась, почувствовала под пальцами редкие волоски и кожу, вскинула глаза, боясь, что увижу, как его лицо исказится гримасой боли. Сама я не ощущала ничего, кроме лёгкого тепла, окатившему меня с головы до ног. А принц мягко улыбался, любуясь моим лицом. Потом вопросительно поднял брови, наверное, заметив моё беспокойство. И шепнул почти беззвучно: «Что-то не так?»
Я мотнула головой и посмотрела на пальцы. Туман с них пропал. Зато на грудине Иоиля проявилось что-то, напоминающее изящную бледную татуировку – схематичное изображение ветки дерева с крохотными листьями, и листики мерцали, словно посеребрённые. Он и сам опустил глаза, рассматривая метку – удивлённо, завороженно.
– Дерево? – спросил он и вопросительно взглянул на священнослужителя. – И что это может означать?
Тот лишь руками развёл.
– Воля высших сил непостижима, но всегда безошибочна. – Он склонился передо мною: – Принцесса… – Повторил поклон и в сторону моего супруга: – Принц… Да будет ваша совместная жизнь светлой, благополучной, осиянной истиной и благословлённой обильным потомством.
В задумчивости я последовала с Иоилем к выходу, где нам подали чашу для омовения пальцев. По подсказке мужа опустив в эту чашу золотую булавку, отколотую с рукава своего платья, я вопросительно посмотрела на своего спутника. А тот, нагнувшись ко мне, шёпотом уточнил:
– Ты устала? Чувствуешь себя хорошо?
– Да, я в порядке.
– Тогда будет лучше, если мы сейчас спустимся к Пламенеющему Древу. Я должен тебя ему показать.
– Древу?
– Да, конечно.
– Оно живое?
Иоиль даже усмехнулся.
– Ты ведь понимаешь, это не простое дерево… Вот сюда. – Он потянул меня к боковой дверце притвора, за которой оказалась каменная лестница, неплохо освещённая магическими кристаллами. – Не торопись. Будем спускаться медленно и отдыхать в любой момент, когда тебе потребуется.
– Так что же это за дерево?
– Воплощение дарованной дракам магии в облике Древа. Оно создано Высшей силой и настолько древнее, что никто и не помнит, когда оно появилось. Возможно, было всегда. По крайней мере, легенды говорят, что драконы всегда относили своих детей к Древу, чтоб познакомить его с новыми представителями рода, и проходили испытания в подземельях вокруг Древа, чтоб получить право сочетаться браком с избранницей.
– А сейчас? – Я округлила глаза.
– А сейчас подобие испытания проходят только старшие представители Высших семей и все драки королевского рода. Я тоже проходил. Помнишь, упоминал о бдении накануне нашей свадьбы?
– Д-да, что-то такое…
– Во-от. Меня ввели в подземелья под Храмовой горой, и мне предстояло найти вход в сокровенную залу храма – это та, что под алтарной частью.
– А если бы ты заблудился?
– Нашли бы через двое суток – для служителей это не стоит особого труда – но право на брак я бы потерял. – Иоиль улыбнулся. – Мы с братом не совсем честно играли – я и Арий эти подземелья с детства оббегали из конца в конец. Я для пущей честности ещё побродил там. Надеялся найти кристалл света. Их гора иногда исторгает.
– И что с ними делать?
– Это очень мощный магический накопитель. Считается лучшим подарком невесте на свадьбу. Арию не повезло, и мне тоже – оба не нашли.
– Но ты выбрался из подземелий. – Меня передёрнуло при мысли, что муж мог остаться где-то там, под толщей скал. Ужас какой!
– Конечно. Нашёл залу, помолился, омылся в священном источнике – и в брак с чистыми помыслами и открытой душой! – Он чарующе улыбнулся мне. Ну как устоять перед такой улыбкой, таким взглядом! – Вот сюда, родная. А теперь сюда.
– Я боюсь.
– Чего, сокровище моё?!
– А если Древо меня не примет?
– Как это возможно?! – даже возмутился он. Остановился, повернул меня к себе, схватил за плечи. – Как оно может отказаться тебя принять, если ты вернула его сыну крылья? Ты смогла сделать меня драконом!
– Но я же ничего не сделала…
– Ну да, ну да! Только я всю жизнь прожил «пустым принцем». А потом ты согласилась стать моей женой и даровала мне возможность летать и чувствовать чародейство! Теперь я могу защитить и тебя, и наших детей – самое моё заветное желание исполнилось! Не говори ерунды, ты как никто заслуживаешь быть принятой Древом. Идём.
И я уступила, послушно продолжила спуск, изредка поглядывая по сторонам. После лестницы открылась красивая узорная арка, выточенная прямо в толще скалы, потом – короткий коридор, залитый светом от живого огня, а дальше перед глазами развернулась здоровенная пещера. Свод её пропал где-то высоко-высоко, дальнюю стену тоже было сходу не разглядеть. В центре, привольно раскинув огромные корни, росло старое коренастое дерево с огненной кроной.
На каждой ветке – без шуток! – танцевали огненные язычки. И нет, дерево не горело. Оно именно что пламенело огненными листьями.
Я растерянно разглядывала это невиданное зрелище.
– Это… Офигенно.
– Что?
– Красиво очень!
– Да, согласен. – Иоиль с удовольствием запрокинул голову, любуясь кроной дерева. – А теперь давай разойдёмся. Древо уже приняло тебя…
– Как ты это определил?
– Если бы было иначе, мы бы заметили.
– Ясно. – Я хмыкнула в край покрывала.
– Ты можешь попробовать пообщаться с Древом. Задать ему вопрос. Иди, прикоснись к корню или стволу.
– Да я до ствола и не допрыгну!
– И не надо. – Принц уже посмеивался. – Не удивляйся, если всё получится само.
Он притянул меня в объятия, прикоснулся губами ко лбу – и выпустил. Я проводила его взглядом: он брёл по тёмно-багряным палым листьям, загребая их ногами. Так гуляют наши школьники золотой осенью, когда пять-шесть сентябрьских уроков уже отобрали у них большую часть сил и погрузили в глубочайшее самосозерцание. Это выглядело так мило, что я даже умилилась. Ну в самом деле!
А потом обратила взгляд на мощный ствол, нависающий надо мной. К нему ещё поди доберись, корни-то огромные, гладкие, по ним не полазаешь, а с земли до самого ствола не дотянуться. Я боязливо приблизилась к корню и осторожно коснулась древесины. Она была грубой, даже колкой, но её всё равно было приятно гладить. Словно толстенную шкуру древнего животного.
«Рад был бы тебя принять. Но к чему, раз ты не моя дочь».
«А?» – Я в шоке посмотрела вверх, на крону. Перед глазами всё расплывалось.
«Ну и зачем так пугаться? Расслабься же. Давай просто пообщаемся».
«Э-э… Это ты? Дерево?»
«Сама ты дерево! – прозвучало у меня в голове обиженное. – Ох уж эти иномиряне – никакого почтения».
Встряхнулась.
«Я вроде как извиняюсь, обидеть-то не хотела. Точно-точно… Просто очень удивилась. Мне непривычно».
«Да. Это-то понятно».
«В общем, прошу прощения… И-и? Что теперь?»
«В каком смысле?»
«Ну-у… Меня же сюда привели, вроде как, чтоб представить Древу… То есть вам».
«Да, конечно. Но я не могу принять тебя как своё дитя. Не потому, что ты какая-то не такая или мне не нравишься. Наоборот. Просто ты дитя других корней».
«В каком смысле?»
«О, ты поймёшь. В нужный момент ты всё поймёшь. Просто твоя почва и твои истоки не здесь, они на Равнине. И я всегда буду рад тебя видеть, твои прикосновения меня порадуют. Когда ты разберёшься со своим путём, буду с охотой ждать в гости».
«Я ни черта не поняла, – призналась потерянно. – Что мне делать, как быть?»
«Да, тебе пока сложно. Так обычно и бывает для творений вроде тебя. Твоей родственнице было проще». – И я разобрала что-то вроде короткого смешка.
«Вы про Агату?»
«Да, про мою дорогую королеву. Девочка молодец, не теряется».
«А ей было проще в том смысле, что ей вы объяснили всё чётко и ясно?.. Подождите – так вы и в самом деле Бог?» – Я даже слегка откинулась назад, разглядывая слоистую, с мелкими трещинками, кору, похожую на кожу под микроскопом… Действительно ведь похожа!
Я снова услышала лёгкий смешок.
«Существам с простым мышлением удобнее считать так. Но ты ведь не проста, верно? Так зачем сводить всё к примитиву? Я – часть той силы, которая пронизывает Вселенную и выражается для человеков в магии и способности ею пользоваться. У меня отличие от вас с том, что вы, люди, способны управлять своим развитием силой собственной сформированной воли, я же существую по законам природы. Но это, думаю, неинтересно».
«Очень интересно!»
«Даже если. Я просто хочу до тебя донести, что у меня нет возможности сказать тебе: иди туда и делай это. Во-первых, ты не моя ответственность, а во-вторых, до некоторых мыслей нужно дойти самостоятельно. Иначе ты просто не поймёшь, чего я от тебя хочу. Тем более что это и не я хочу».
«Вроде как – должна дорасти?»
«Нет, почему же. Ты – вполне сложившееся существо, дитя. Просто пока будешь разгадывать мою загадку, да ещё и с участием близких, как следует откроешься своей новой жизни. Ты слишком задавленная, какая-то почти неживая, слишком окаменела душой. Бросай ты это дело, кроха. Твоё прошлое – оно именно что прошлое. Здесь, в этом мире, всё совсем иначе, и мужья вокруг тебя другие. И ты уже другая. Пойми уже, что поступки мужчины не определяют твою жизнь, то, как ты дышишь, как чувствуешь, как видишь мир и почему хочешь жить… Вот скажи – ты понимаешь, о чём я, или даже это было преждевременно?»
«Кажется, понимаю…»
«Та-ак… А душой принимаешь или только с точки здравого смысла оцениваешь?»
«Не знаю».
«Ну вот. Теперь ты поняла, почему нельзя выдать тебе конкретные инструкции?»
«Кажется…»
«Вот и хорошо. Удачи, дитя».
И я очнулась. Я стояла высоко на огромном корне, у самом ствола Пламенеющего Древа, и задумчиво гладила грубую кору. Как я здесь очутилась, как вообще забралась наверх – даже представить не могла. Но меня это почему-то трогало мало. А вот как я буду спускаться – очень.
Оглянулась – внизу стоял Иоиль и смотрел на меня, задрав голову.
– А как я слезу? – простонала жалобно.
– Может, попробуешь осторожно? Я тебя поймаю.
– Мне страшно! Я упаду! И прыгать нельзя. И падать… Представляешь, что случится, если я упаду?
Принц покусал губу, подумал – разулся и полез ко мне. Добравшись, взял на руки.
– Не бойся. Не уроню. Держись за шею… Вот так, родная… Вот так. Ты вниз не смотри, смотри на меня. Ты ведь мне веришь?
– Угу.
– Если вдруг что, я просто превращусь в дракона.
– А здесь получится?
– Запретов нет. Опять ж – в прежние времена малышей, родившихся в драконьем облике, сюда приносили прямо так. А чем мы, малые и взрослые, для Древа различаемся? Все – его дети.
– Дети драконов рождаются в драконьем облике?!
– Ну, сын Ария Дий родился дракончиком. Кстати, Агата говорила, что его производить на свет было проще, чем брата. Он был маленьким… Ну, только в длину приличный. Знаешь, такой почти полуметровый червяк.
– Ужас какой!
– Вот и нет. Я его видел – симпатичнейшее существо, так трогательно щурилось. И к маме льнуло крепче, чем его братишка, так и норовило обмотаться.
– Ещё бы!
– Ну вот. – Иоиль осторожно спустил меня с рук. – Всё хорошо. – И поспешно обулся. – Идём?
– Идём.
– Вот видишь, а ты сомневалась. – Он подставил мне локоть. – Я был уверен, что Древо тебя примет.
– Оно меня не приняло.
– Что? Как?! – Принц встал как вкопанный. – Н-но… Ты же была наверху, Древо возносит к себе тех, кого принимает! И разговаривает с ними. Оно с тобой говорило?
– Говорило. Сказало, что я дитя… дитя других корней. И мне нужно быть на Равнине.
Иоиль с недоумением оглянулся на святыню своего народа.
– Кхм… Да? Ну что ж, если Древо пожелает, я отправлюсь с тобой на Равнину, пусть так. Может, и к лучшему. – Он даже приободрился. – В любом случае: по нашим канонам Древо с тобой говорило, а значит, приняло.
– Для тебя это настолько важно? – с грустью уточнила я.
– Для меня самого – нисколько. Я люблю тебя и буду с тобой, что бы ни случилось. Однако для семьи такая мелочь может быть решающей. И если факт есть, почему же его не использовать ради нашей общей выгоды. Если дать дракам понять, что Древо возложило на тебя некую миссию на Равнине, ты в глазах всего нашего народа будешь признана такой же особенной, как и наша королева. – Он самодовольно усмехнулся. – Пусть тогда кто-нибудь попробует тебя зацепить хоть единым словом! Даже если в тот момент меня не окажется рядом, обидчика уничтожат на месте. А меня такая твоя защищённость не может не радовать.