Глава 11

Я не поняла сколько времени я пробыла в полубессознательном положении, но мираж внезапно рассеялся, и я наконец пришла в себя.

— Армин… — словно на автопилоте произнесла я.

— Что, малышка? — мужчина коснулся моего виска горячими губами. — Тебе хорошо?

— Да, — от очередного прикосновения я покрылась мурашками, поэтому еще теснее прижалась к мужской груди. — А почему все было так странно? Это из-за успокоительных?

— Из-за них в том числе, — Армин смывал с меня ароматную пену, и я только сейчас поняла, что он меня купает. — Но они подействовали в меньшей степени.

— А что в большей степени? — я растеряно глядела в пустоту, ориентируясь только на размытое темное пятно, на фоне яркого света.

Армин выключил воду и помог мне перешагнуть через бортик.

— Я уже говорил тебе, что я не только офтальмолог, — сообщил он, завернув меня в длинное полотенце. — Мне нравится работать и физически, и умственно. Поэтому я не только хирург, но и дипломированный гипнотерапевт. Не бойся, я не внушил тебе ничего плохого. Я лишь хотел, чтобы ты полноценно расслабилась и не почувствовала боли.

К своему удивлению я поняла, что и не подумала насчет внушения. Я бы больше предположила, что Армин меня чем-то опоил, а не ввел в транс. Но опьянение не могло пройти так быстро, значит, он действительно хороший гипнотерапевт.

— А разве Ваш график позволяет Вам заниматься чем-то еще? — я все также завороженно глядела на Армина, пока он тщательно вытирал меня.

— Конечно, — с улыбкой в голосе ответил он. — Я уже говорил тебе, что я достаточно амбициозный человек, и долгое время не мог определиться врачом в какой именно области я хочу стать. В итоге я выбрал эти две сферы, но окончательный выбор между ними сделать не смог. Поэтому по четным дням я работаю в клинике, а по нечетным — веду частные практики гипнотерапии. У меня узкая специальность: я помогаю людям преодолеть страх перед операциями, а также в периоды реабилитации. И сейчас моей частной практикой будешь ты.

Я опустила глаза и вцепилась в полотенце покрепче.

— Что такое, Афина? — Армин поднял мое лицо за подбородок. — Тебе больно?

— Выходит, я для Вас лишь «частная практика»? — обиженно шмыгнула я. — Лабораторная мышка? Только и всего? Для лабораторной мышки можно было и не тратиться на подарки!

— Это что еще за претензии?! — строго спросил он, зажав мой подбородок пальцами. — Ты думаешь я бы опустился до такой низости, чтобы обманывать беззащитную девочку? Я хотел тебя получить, и я получил. Открыто и честно. Хотел позаботиться о тебе — сделал. Хотел порадовать подарком — сделал. Хотел доставить тебе удовольствие — сделал. Не смей никогда подозревать меня в такой мелочности.

— Простите, — виновато всхлипнула я. — Я испугалась.

— Чтобы это было в последний раз, когда я слышал от тебя претензии, — пригрозил Армин, но гораздо мягче. — Запрокинь голову, я обработаю твои глазки. Уже пора.

Я покорно замерла на месте, спокойно выдержав все стандартные процедуры.

— Молодец, — мужчина погладил меня по щеке. — Когда ты такая послушная, то дико меня заводишь.

Мои щеки тут же защипало от накатившего румянца смущения.

— Малышка Афина, — совсем мягко обратился ко мне Армин. — Я вижу твою сонливость как рукой сняло, да?

Я кивнула, не успев подумать, чем для меня это может обернуться.

— Тогда я осмотрю тебя, а потом мы все обсудим, — сообщил он, надевая мне повязку на глаза.

Осмотрит? А разве сейчас он не осмотрел мои глаза? И зачем он тогда надел мне повязку? Или он будет осматривать меня как-то по-другому?

А что он хочет обсудить? Мне что-то угрожает? Или есть какие-то дополнительные условия? Я все же должна «отработать» его заботу?

У меня закружилась голова от потока вопросов, а сердце забилось с бешеной скоростью.

— Волнуешься, малышка Афина? — прошептал мне на ушко мой врач. — Боишься? Все правильно. И осмотр, и разговор будут очень волнительными для тебя. Я предвкушаю твою сладкую дрожь.

— Господин Армин, — и вправду заволновалась я. — Какой осмотр?

Мужчина лишь усмехнулся в ответ и сдернул с меня полотенце. Я стыдливо прикрыла скрещенными руками грудь, и села ногу на ногу, чтобы прикрыться ниже.

Тогда Армин надел на меня пижамную рубашку, но не разрешил мне ее ни застегнуть, ни запахнуть.

— А… белье? — помертвевшими губами спросила я.

— Никакого белья, когда ты дома, малышка Афина, — мужчина стащил меня со стиральной машинки и повел за собой. — Я хочу, чтобы ты была всегда доступна для меня. Кроме того, отсутствие белья придает твоему лицу румянец, а ты такая очаровательная, когда смущаешься.

На негнущихся ногах я шла за Армином, слушая его откровенные речи.

Мне было до ужаса страшно, но при этом я почувствовала, как у меня между бедер становится влажно. Мое тело, а в особенности грудь, жаждали мужских прикосновений. Поэтому я, не в силах вытерпеть новую волну возбуждения, прижалась обнаженной грудью к руке Армина и отдала себя его воле.

— Господин Армин, подождите, — я попыталась притормозить, но мужчина настойчиво тащил меня за собой. — Какой осмотр? Мы ведь не в клинике! Пожалуйста, не надо!

— Не бойся, малышка, — Армин обнял меня за талию и теперь тащить меня стало ещё легче. — Я не причиню вреда. И не сделаю больно. Обещаю.

— Господин Армин! — захныкала я. — Мне страшно!

— Я вижу, — усмехнулся он. — Все, уже пришли.

Мужчина остановил меня перед собой, и обхватил мое лицо руками.

— Я посмотрю не нанес ли я тебе повреждений, — сообщил он. — Я старался быть аккуратным, но не ожидал, что ты совсем крошка. Я должен убедиться, что все в порядке.

Я покраснела до корней волос.

— Все в порядке! — выпалила я, сгорая от стыда. — У меня ничего не болит, честно!

Я соврала: "там" у меня саднило, а внизу живота разливалась тянущая боль. Но я была уверена, что скоро все само пройдет.

— Так не бывает, — Армин усадил меня на кожаный диван. — В первый раз девушке всегда больно. Перестань спорить, иначе я привяжу тебя за руки и за ноги. Ты этого хочешь?

— Нет, — обречённо ответила я.

— Поэтому докажи мне, что ты моя послушная девочка и готова все-все для меня сделать, — чуть строже добавил он.

— Ляг на спинку, — безжалостно приказал он.

Я трусливо запахнула рубашку, но Армин тут же легонько хлопнул меня по рукам.

— Нет!

— Не надо, — как можно жалобнее попросила я. — Пожалуйста!

— Нет.

Армин был неумолим. Мне уже пора к этому привыкнуть.

— На спину, — он повторил приказ. — Расставь ножки. Не зажимайся и не пытайся прикрыться.

Дрожа всем телом, я улеглась на спину, зажав в кулачках полы рубашки, и немного развела ноги.

— Пошире, — с нажимом уточнил он, и я подчинилась. — Ещё шире, — снова повторил он.

Я зажмурилась через повязку и все же выполнила приказ до конца.

— Умничка, — Армин ласково погладил меня по бедру. — Теперь расслабься. Все хорошо. Я не сделаю больно моей послушной девочке.

Я изо всех сил гнала постыдные мысли прочь, но так и не смогла отпустить их.

— Давай, успокойся, — мужчина переходил ладонью с моего бедра на талию и обратно. — Я пока уложу тебя поудобнее.

Как оказалось спинка дивана регулировалась, поэтому Армин подтянул меня ближе к краю и откинул меня назад.

— Расслабься, малышка, — продолжал успокаивать он. — Я введу в тебя самое маленькое зеркало и посмотрю.

— Не надо! — снова захныкала я.

Мой стыд усиливался осознанием, что ситуация заводит меня. Мне даже показалось, что я вот-вот испытаю прежнее удовольствие.

Моя грудь высоко вздымалась от тяжёлого дыхания, губы пересохли, а пальцы до онемения сжимали в комок тонкую ткань рубашки.

Армин тщательно вытер меня влажной салфеткой, а я резко дернулась от остроты момента.

— Тише-тише, — ласково прошептал он и медленно ввел в меня зеркало. — Умничка моя. Все хорошо.

Прохладный металл обжог нежную кожу, и я достигла предела своего возбуждения. Меня затрясло мелкой дрожью от сильного желания вновь принадлежать моему врачу.

Закусив губу, я еле сдерживала себя, чтобы не заметаться по спинке дивана. Затем я почувствовала дыхание Армина на внутренней стороне бедер и окончательно лишилась рассудка.

— Господин Армин… — горячо прошептала я, полная решимости попросить его о большем. — Господин Армин!

Но застенчивость зажала меня в угол, и все слова заканчивались сразу после имени моего врача.

— Кто у меня тут так разволновался? — довольно спросил он. — Кажется, осмотры надо проводить почаще.

Я заживо горела от стыда и желания.

Мой врач все понимает! Видит какой он производит эффект, хотя действительно не сделал ничего такого, чего не делают обычные врачи.

— Господин, Армин! Все? — наконец спросила я, задыхаясь от возбуждения. — Пожалуйста! Все!

Но мужчина нарочно подвигал во мне зеркалом, надавливая пальцем на мои распухшие от возбуждения нижние губки.

— Господин Армин! — воскликнула я и у меня сорвался голос. — Все! Пожалуйста! Все!

Армин спокойно принял мою просьбу и перестал ласкать меня пальцами. А затем осторожно вытащил из меня зеркало.

— Все в порядке, — заключил он. — Травм нет.

Затем он ещё раз вытер меня салфеткой и на этом закончил.

Как бы мне ни хотелось разрядки, но я была рада, что Армин не пошел дальше. Значит, он действительно может остановиться, когда я прошу. Он не станет брать меня силой. Это ещё больше добавляло доверия к нему.

— Все хорошо, — мужчина погладил меня по голове. — Ты настоящее сокровище, Афина. Я буду беречь мою способную малышку. Сегодня второй раз будет для тебя лишним. И пока ты в таком прекрасном состоянии, давай обсудим условия, на которых ты будешь у меня жить.

Я постаралась выровнять дыхание и поскорее успокоиться, чтобы не пропустить ни одного слова от моего безжалостного врача.