Глава 39

Все положенные пятнадцать минут Армин сидел рядом со мной и не выпускал мою руку. Он ничего не говорил, так как его температура поднималась все выше, и он явно сдерживал свое ворчание. Я же не знала куда себя деть от беспокойства.

— Господин Армин, идите в постель, — попросила я. — Я ведь больше не слепая, поэтому смогу найти дорогу в спальню.

— Нет, — решительно отказал он. — Я останусь с тобой, малышка, и это не обсуждается.

Я же корила себя за то, что не могу ускорить естественные процессы в организме, и ускорить усвоение лекарства.

Наконец время прошло и я, закутавшись все в тот же банный халат, проводила Армина до его постели. Даже после лекарств его температура все равно сильно поднялась, поэтому я снова промыла ему горло и дала еще одну таблетку жаропонижающего.

Раздраженный и уставший до предела Армин сердито закутался в одеяло и закрыл глаза, но и тут я ему помешала.

— Нельзя так сильно укрываться, — я спустила ему одеяло до пояса. — Иначе температура не спадет.

Мой мужчина снова проворчал что-то себе под нос, но послушался меня. А через пару минут он уже заснул.

Я же решила позвонить маме и сообщить ей все последние новости.

— Афина? — взволнованно ответила мама. — Что-то случилось?

Я практически никогда не звонила маме сама, предпочитая все вопросы решать с Гаей, наверное, поэтому мама была так удивлена моему звонку.

— Нет, все хорошо, — я поспешила ее успокоить. — Ты не занята? Мне хотелось поговорить с тобой.

— Нет, — мама выдохнула с облегчением. — У меня как раз обеденный перерыв. Так что я свободна.

— Мам… — с тяжелым сердцем начала я. — Доктор Армин вчера сделал мне операцию…

— Вчера? — обомлела мама. — Но… почему ты мне ничего не сказала?

— Я не хотела тебя волновать, — оправдывалась я. — Тем более, что я должна была еще на сутки остаться в клинике, чтобы исключить возможность заражения.

— А до какого часа ты будешь там? — спросила мама. — Давай я тебя сейчас заберу.

— Нет, сейчас я не там, — я никак не могла решиться сообщить это маме, но все же выпалила как на духу. — Я дома у Доктора Армина. Он заболел. И я решила, что не могу бросить его в таком состоянии.

— Афина, — мама была явно не в восторге от таких новостей. — Мне кажется ты взяла на себя слишком много. Тебе сейчас самой нужно беречься. Доктор Никель сам говорил, что тебе даже на улицу нельзя выходить, а ты сейчас находишься в одном доме с больным человеком.

— Я пью противовирусное, — твердо заявила я. — И я все равно не брошу моего Доктора Армина.

— Не знаю, — мама не могла подобрать нужные слова. — Это какие-то двойные стандарты. Значит, я не могла тебя забрать домой, зато ты можешь жить у своего Доктора, который сейчас опасен для твоего здоровья.

— Мамочка, — горестно вздохнула я. — Я не уеду от него. Я останусь с ним… во всяком случае пока он не выздоровеет.

— Что значит «во всяком случае»? — испугалась мама. — Ты планируешь и дальше с ним жить?

— Если он этого захочет, то да, — решительно ответила я. — Потому что я сама очень этого хочу.

Мама выдохнула и замолчала на несколько секунд.

— Ты любишь его? — наконец прямо спросила она.

— Да.

Теперь я знала это точно. Я действительно люблю моего Доктора и очень хочу быть с ним. Быть его девушкой. О большем я пока и задуматься не могла.

— А он тебя? — с долей усмешки спросила она.

— Конечно, мам! — воскликнула я. — Он ведь столько всего для меня сделал!

— Да он просто купил тебя этими подарками! Купил и заворожил! — рассердилась мама. — Я не понимаю, что ты в нем нашла!

— Я просто его люблю, — совсем тихо ответила я.

— Но ты совсем молоденькая, — мама снова смягчилась, надеясь уговорить меня. — Такие как твой доктор встречаются с более зрелыми женщинами. Что будет, если ты ему надоешь? И потом… у него ведь есть свои потребности.

Я понимала, что мама намекает на близость. Она прекрасно знала, что до момента встречи с Армином я была невинной. Возможно, она надеялась на это и теперь, и пыталась запугать меня возможной близостью с мужчиной.

— Мамочка, я все знаю, — я покраснела от ее намека. — Но я не изменю свое решение. Пожалуйста, прими его.

— Но, если ты ему надоешь? — горько спросила она, наверняка, вспомнив о своем печальном замужестве. — Что, если он просто наиграется с тобой и бросит?

— От этого не застрахована ни одна пара, — я пожала плечами.

— Я не знаю, Афина, — маме было тяжело принять мой выбор. — Не знаю.

Она снова замолчала на несколько секунд, но затем попросила меня:

— Пообещай мне только одно.

— Что? — я испугалась слишком жестких условий с ее стороны.

— Что… твои дети… будут запланированными, — неожиданно сообщила она. — Что сейчас ты будешь очень осторожна и внимательна. Что не решишься на такой беспечный шаг, как следует не узнав своего Доктора. Пожалуйста, только не в восемнадцать лет! Это все о чем я тебя прошу.

Мне кажется, сейчас я как никогда ощутила всю мамину боль из прошлого. Как она, такая же наивная и доверчивая, осталась с тремя маленькими детьми никому не нужная. Именно повторения этой ошибки с нашей стороны она и боялась больше всего. Чтобы мы — ее дочери — не оказались в таком положении.

— Обещаю, мамочка, — искренне ответила я. — Честное слово! Ты права: я буду очень осторожна. И я очень тебя люблю.

— И я тебя люблю, Афина, — мама всхлипнула в трубку. — Как быстро ты выросла…

Следующе четыре дня я тщательно следила за здоровьем моего Армина. Несмотря на промывания, инфекция все же спустилась в бронхи и у моего пациента начался кашель, но по кашлям я была спец. Для меня это было легче всего.

При кашле уже нет такой высокой температуры, поэтому Армин не так сильно ворчал на меня. Также не нужно было на свой страх и риск промывать горло моему мужчине, дрожащей рукой засовывая ему спицу в рот. Теперь я отпаивала Армина горячим молоком со сливочным маслом и этого оказалось достаточным, чтобы уже через два дня его кашель перестал быть сухим, а температура больше не повышалась вовсе.

Кроме того, халатик, который Армин заказал мне через интернет-магазин, прекрасно сел на мне. В комплект входили чулки, босоножки на устойчивом каблучке и маленькая медицинская шапочка. Именно в таком обличии я порхала возле моего пациента, всячески мотивируя его поскорее выздороветь.

Так же я старалась повкуснее кормить моего мужчину, и на четвертый день он даже пожаловался мне, что поправился на два килограмма.

— Ты из меня колобка сделаешь, — ворчал он, но уже совсем добродушно. — Давай мне хотя бы порции поменьше.

— Это глупости, — я принялась убирать со стола после очередного обеда. — Вы поправились, потому что не двигаетесь. А вот вернетесь к своим пациентам, так сразу все и сойдет.

— Все равно, — упрямился он. — Со следующей недели подключу усиленную зарядку по утрам. И тебя гонять буду за компанию. Моя маленькая угнетательница.

— Ради Вас я на все готова, — улыбнулась я и отнесла тарелки в раковину, слегка покачивая бедрами.

Я знала, что Армин не мог оторвать от меня взгляд, когда я в своем коротком халатике проходила мимо него. Сейчас, конечно, на мне был еще кухонный передник, но сзади он ничего не прикрывал.

— Действительно на все? — Армин поймал меня, когда я вернулась к столу и усадил к себе на колени.

— Конечно, — я несмело обняла его за шею. — Что Вы хотите?

— Я хочу… — интригующе протянул Армин, словно задумался над чем-то, а затем вытащил из кармана джинсов красную бархатную коробочку и протянул мне.

— Что это? — испугалась я.

У меня разом закончились все мысли в голове.

— Я хочу, чтобы ты стала моей, — Армин смотрел на меня жгучим черным взглядом. — Совсем моей. Навсегда.

Я удивленно заморгала, будто не понимала ни слова.

Конечно, я очень любила Армина и мечтала быть только с ним. Как можно дольше. Не отрицаю: я иногда задумывалась о возможном замужестве, но даже не допускала мысли, что это может произойти так скоро. Хотя бы еще пару месяцев! Я была уверена за себя, но не хотела, чтобы Армин сделал мне предложение на импульсе. Разве он сам не учил меня взвешивать каждое решение?

Хотя… Может это еще не предложение? Вдруг я уже разогналась в своих мыслях.

— Это не кольцо, — Армин тут же вернул меня на землю. — Но нечто, намного более важное для меня. Нечто, ценнее кольца. Ты заслуживаешь чего-то более поэтичного, чем банальное колечко. Если ты согласишься, я все для тебя сделаю.

Я немного успокоилась, узнав, что там не кольцо. Но теперь любопытство захлестнуло меня с головой. Я взяла коробочку, раскрыла ее и… тут же заплакала.

— Ты станешь моей заботливой и послушной женой, малышка Афина? — он нежно обнял меня за талию.

Я же не могла оторвать взгляд от содержимого коробочки. На черной и такой же бархатной подушечке переливались на свету изящные бриллиантовые сережки.

Я поняла почему именно сережки. Армин хотел сам проколоть мне ушки и тем самым словно клеймить меня собой. Он хотел еще раз проверить меня: не спасую ли я, не испугаюсь ли, доверюсь ли я ему. Он словно хотел показать мне, что наша жизнь не будет усеяна лепестками роз. Что он не всегда сможет сдерживать свой характер. Что возможно, иногда он будет причинять мне боль — без этого не обходится ни одна пара. Но даже в моменты боли я все равно буду под защитой и чутким наблюдением моего Доктора.

Сейчас эта пара сережек обрела для меня такой огромный смысл, что я не могла сдержать эмоции. Конечно, они имеют гораздо большую ценность, чем кольцо!

— Малышка? — Армин обхватил мое лицо ладонями и заставил меня посмотреть ему в глаза.

Очевидно, пауза затянулась, поэтому Армин подумал, что с моим решением что-то не так.

— Да, — хриплым от слез голосом ответила я.

— Не плачь, Афина, — мужчина принялся стирать слезы с моих щек. — Глупышка моя. Если ты боишься прокалывать ушки, то сделаем это потом — когда будешь готова.

— Нет! — испуганно воскликнула я. Мне показалось, что я могу упустить что-то очень важное, если перенесу это решение, хотя бы на десять минут. — Пожалуйста, я хочу именно сейчас! Я очень хочу, чтобы Вы это сделали.

Армин оставил на моих губах короткий поцелуй, а затем поднялся вместе со мной и направился в ту самую комнату с операционным столом.