Глава 67

— Да, все нормально. Ты только не обижайся, ладно? Я бы все отложил и приехал к вам, но сейчас совсем никак.

— Я понимаю. Позвони мне, как сможешь.

— Хорошо.

— Когда?

— Отключаюсь.

Короткие гудки в трубке мигом ломают мою уверенность, позволяя щупальцам страха сковать душу.

Больше всего насторожило веселье в голосе Ромы. Потому что это бывает крайне редко. Обычно он та ещё бука. А сейчас… словно вымученно, неестественно. Слишком наигранно. А в конце этот безжизненный тон… и короткое «отключаюсь».

Он специально не ответил, когда ждать от него звонка. Специально…

Протягиваю телефон владельцу и режу лицо Мариба требовательным взглядом.

— Что с ним?

Тяжесть собственного голоса обрушивается в первую очередь на мою голову.

— А что он тебе сказал?

— Мне сказал, что все нормально.

— Ну значит нормально, Яна! — взрывается Мариб. Нервничает. Точно что-то не так! — Я-то что?!

Разворачивается и устремляется в дом.

А я догоняю его и хватаю за руку, вынуждая остановиться и посмотреть на меня. Он не отмахнется!

— Ну пожалуйста, расскажи! Что не так? — продолжаю упорствовать и понимаю, что Мариб на пределе.

— Тебе уже сказали! — резко вырывает руку. В его глазах пламя, но обдаёт не жаром, а абсолютным холодом. — Все нормально! Иди ребёнком занимайся! Жрать готовь! И сиди тихо! Ты ж за этим приехала! И не лезь не в свои дела!

Мужское лицо пылает злостью и несдержанностью.

Я отшатываюсь как от удара. Мне даже ответить нечего. Словно весь словарный запас растворился под натиском такой мощной агрессии и неприкрытой угрозы.

От бессилия сжимаю ладони в кулаки и поджимаю губы.

— Иди давай!

Он уже просто несдержанно на меня орет, а я, отказываясь слушать эти грубости дальше, отворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь в дом, подзывая Карину. Дочь тут же отзывается и летит ко мне с другого конца участка.

Очень не люблю, когда она становится свидетелем конфликтов.

Мне стоило подумать об этом заранее, а не ждать адекватной реакции от чересчур вспыльчивого человека.

БЕРКУТ

— Позвони мне, как сможешь, — внутри все чернеет и переворачивается, потому что сейчас мне нечем ответить на такую простую просьбу.

— Хорошо, — с трудом выдавливаю из себя.

— Когда?

Вот как ей удаётся быть такой неосознанно-проницательной? Ненавижу врать ей, хотя все мое существование в данный момент — это сплошной обман.

Не знаю, что ей ответить. Когда я перезвоню? Не сегодня, не завтра. Возможно, и не послезавтра. А возможно, меня уже никогда отсюда живым не отпустят…

Я бы сказал Яне, что люблю её больше жизни — особенно такой, как моя… но это однозначно лишняя информация для посторонних ушей, которые фильтруют каждое мое слово.

— Отключаюсь, — стальным голосом режу гнетущую тишину, нажимая отбой. И откладываю в сторону мобильный, который мне, возможно, уже никогда и не понадобится. Откидываюсь на спинку неудобного стула и поднимаю глаза, смело сталкиваясь с потухшим безжизненным взглядом.