Глава 11

Мариб

Плавно притормаживаю перед светофором и выжимаю педаль тормоза до полной остановки.

Сердито бросаю в смс короткое:

«Заеду».

И напряжённо жду ответа от Лии, понимая, что она специально меня маринует. И это полосует мое спокойствие. Сегодня она перегибает. Видимо, до сих пор не забыла прошлый инцидент. Раздражение накатывает подобно лавине, поглощающей на своём пути все живое.

Минут через пятнадцать, когда я уже плавно выворачиваю руль и выезжаю на дорогу, ведущую к дому, телефон вибрирует в моих руках.

«Да, можно. Приезжай, но я домой вернусь часиков в девять».

Прелестно, королева смилостивилась… Напрягает п… просто очень сильно!

огда ближе к вечеру и определюсь с планами. Убираю телефон в карман, отмечая, что Мира, как всегда, молчалива.

Прелестное женское качество. Серьезно. Ее Саше, или как там мальца зовут, повезло в этом плане.

Проводил девушку до дома, затащил пакеты. Вроде все, отмечаю про себя, бросая торопливый взгляд на часы. Я еще жду звонок с завода, а то Птичка последние дни морозится и устраивает себе левые выходные. Задолбал.

— Запасных ключей у меня нет, — на самом деле есть, и не один комплект, но я своё добро направо и налево не разбазариваю, — поэтому если куда-то собираешься, говори заранее, разберёмся.

— Хорошо. До вечера, — произносит с легкой улыбкой на губах, а я немного подвисаю.

— До вечера, — вторю скромному прощанию, шагаю за порог, запоздало вспоминая, что так и не допер пакеты до кухни, и заМираю.

Мира, очевидно, читает мои мысли, потому как тут же убедительно произносит:

— Я сама разберу, не проблема.

Ну ок, я и так несколько задержался.

Уже вечером, усталый и злой как черт, набираю Лие, на выходе расстегивая две верхние пуговицы, и закатываю рукава по локоть.

И слышу только длинные гудки в трубке. Зря она это делает. Знает же прекрасно, что терпеть этого не могу! Ещё один дозвон, и меня ожидает то же самое.

Отбиваю вызов и щелкаю по приложению, связанному с камерами наблюдения. Не то, чтобы мне понравилось подглядывать, просто хочу убедиться, что все в порядке.

Мира работает на кухне. Сосредоточенно глядит в ноутбук старенькой модели. И по телефону параллельно что-то твердит про «цветовые решения».

— Тогда мне понадобится ещё пара дней, и смогу отчитаться о проделанной работе. Всего вам доброго, я отпишусь о готовности.

Нажимает отбой, улыбаясь.

А я снова подвисаю. Такого дружелюбного тона в мою сторону от неё не было ни разу! Только холодность и отстраненная насторожённость!

Ее мобильник вновь оживает, и она слегка морщится, когда смотрит на экран. Лицо мгновенно принимает траурное выражение. Смотрит в потолок, поднимает глаза и тяжело вздыхает.

— Привет, — отвечает нехотя. Напряжённо. Ее веселость испаряется мгновенно. — Тебе никак не нужно это понимать. Саш… послушай… я бы хотела четко прояснить, что мне звонить не надо. Ни видеться, ни приезжать. Договорились?

Во даёт. Разве так это делается? Тут разговаривать бесполезно. Нужно просто не общаться. Отстраниться. Увести пацана в блок. А любые разговоры о «не надо» им воспринимаются, как «да, но тебе нужно приложить больше усилий». Эх. Молодняк.

— Да при чём здесь это вообще?! — возмущается — даже по камерам заметно, как глаза загорелись. — Ты в своём уме?! Это друг папы, — оба-на! А это, кажется, обо мне. — Он меня старше раза в два! Перестань чушь нести! Разговор не о нем!

В смысле?! В два?! Мне и тридцати пяти ещё нет, вообще-то! Она совсем обнаглела??

— Даже если и так, тебя моя личная жизнь вообще не касается, — выплёвывает холодно, — и я тебе скажу…

Тут звук отключается, экран темнеет и высвечивается имя вызывающего контакта.

Негодующе я принимаю вызов, рявкая недовольное:

— Слушаю!

— Извини. Я… — Лия, как обычно, разговаривает чуть с придыханием, медленно растягивая каждый слог. И отчего-то меня это сегодня только злит. — Случайно пропустила твой звонок…

Ну да, как же. Очень «случайно».

— Не бери в голову, — отвечаю сухо. — Я привык к твоей необязательности.

— Ты ещё на работе, Мариб? — сладко ласкает голосом мое имя.

— Почти.

— Может, когда освободишься, заберёшь меня от подружки? А потом поедем ко мне. Я скину адрес, — и начинает намекать, что к ужину было бы неплохо заказать «что-нибудь».

— Перезвоню, как сориентируюсь.

Я уже чернее тучи. Настроение необъяснимо падает вниз. Нет, даже не так. Оно просто рухнуло!

— А можно я сама выберу?

— А можно ты сама для меня «что-нибудь» приготовишь?! — рявкаю в трубку, в очередной раз давая себе ощутимую затрещину за несдержанность и взрывной характер. У нас с Лией не те отношения, чтобы она персонально для меня готовила, но сейчас переклинивает от любой мелочи.

Ее колкие «незаметные» манипуляции меня порядком подза… долбали!

Обычно меня это вообще не вставляет, но сейчас любое ее слово приближает к краю терпения.

— Ну Мариииб, — вновь капризно тянет девушка. — Ну меня же весь дома не было. Что ты злишься, я же устала…

— Тогда вызови такси и езжай домой отдыхать. А то если я приеду, точно перетрудишься, — а про себя добавляю: «бедолага».

Нажимаю отбой, параллельно наблюдая, как вновь начинает работать приложение.

— Ничего, это не самый худший мой день рождения. Одиночество тоже бывает полезным, — голос Миры снова наполнен теплом, и она продолжает. — Спасибо, что позвонила еще раз, Алин. И с рыбой ты меня очень выручила. Если ориентироваться по таймеру, — сверяется с часами, — то через две минуты пора ее вытаскивать.

Я как заворожённый смотрю, как девушка крутится у плиты и режет зелень на салат, зажав телефон между ухом и плечом.

На ней сегодня шорты и футболка. Выглядит вполне невинно. Почти. «Ножки действительно полный восторг», — мелькает неуместная мысль, и я даю тебе вторую затрещину.

А потом и третью. У неё же день рождения. Конечно, было бы странным приехать с цветами и подарком, но мне отчего-то захотелось просто ее порадовать. Мира нечасто улыбается. Всегда в ее взгляде скользила только лишь глубокая печаль.

— Да, я не очень ее люблю, но разве не ты говорила, что питание должно быть разнообразным? Вот я и приобщаюсь, — раздаётся тихий мелодичный смех, и я понимаю, что Мира на самом деле вот такая: мягкая, нежная, немного стеснительная. Ее резкость напускная, как будто она просто привыкла защищаться. И она для меня готовит рыбу, для себя бы она этого делать не стала. Девочка стоит спиной к камере, и мне не видно ее лица, но улыбка и умиротворение чувствуются сразу. Рядом со мной она всегда ведёт себя настороженно и замкнуто. И это царапает сознание. Я ведь ничем ее не обидел, у неё нет причин вести себя со мной, как с врагом народа. — Алин, ну ты что, какой мужчина, ты же знаешь, что у меня никого нет. Да и вообще, слово «отношения» звучит как-то туманно и расплывчато. И далеко от меня, — дальше я прямо слышу, как ее голос грустнеет и она запинается, но начинает новую тему. — Кстати… если я не в своё дело лезу, ты скажи, я пойму. Как у вас с Матвеем? Понятно. И Артемкой совсем не интересуется?

У ее подруги уже есть ребёнок? Шикарно.

Нажимаю на стоп и выхожу из приложения, чувствуя себя не в своей тарелке. Такое ощущение, что я не за собственной квартирой наблюдаю, а именно за гостьей подглядываю.