Глава 17

Оливия

Мы оторвались от преследования и добрались до дома среди леса.

Оказалось, это не избушка на опушке, а целая крепость на случай зомби-апокалипсиса.

– А они сюда не смогут приехать? – поёжившись, спросила я, меня продолжало потряхивать.

Мужчины обернулись, было видно, что я задала глупый вопрос, но Габриэль спокойно объяснил:

– По пути стоят камеры, сейчас включим, и незамеченными они не останутся.

– А если без машины?

– Могут попробовать, но шанс крайне мал. Здесь не ухоженный парк для прогулок.

Потом телохранитель с Габриэлем подключили доступ к облачному хранилищу, чтобы посмотреть камеры особняка при нападении. Часть рабочих аппаратов в реальном времени показывала приезд полиции, с других передавали информацию в участок, где были видны нападавшие. Город уже гудел от новостей из-за такого наглого покушения. Если бы не нанятая охрана, нас бы расстреляли в упор.

Габриэль связался с департаментом и службами по телефону, вроде бы преступников начали сразу искать.

Он сидел, прислонившись одним плечом к спинке дивана.

А я вспомнила про его ранение и подошла ближе. Рубашка пропиталась кровью, рана явно глубокая. Как бы я на него ни злилась, но он не бросил меня под пулями. Хотя я там оказалась только из-за него!

– Дай осмотрю.

Габриэль не стал сопротивляться и развернулся ко мне спиной, я помогла ему снять одежду. Эту рубашку теперь можно выбросить.

Как и думала, пуля дошла до мышц, а не только кожу содрала, но прошла навылет. Это не страшно, хуже, если бы она застряла внутри.

Один из телохранителей достал аптечку из машины, но там было только самое необходимое. Кровь я остановлю, но такую серьёзную рану надо зашить.

– Может, есть хотя бы швейный набор? Не лучший вариант, но хоть стяну края… Надо ехать в больницу.

– Хорошая аптечка есть в кладовке, – поморщился Габриэль и кивнул вглубь дома. – На верхней полке, синий чемоданчик.

Я отправилась на поиски, этот дом представлял собой очередную мужскую берлогу. Всё чётко, по линиям, просто и со вкусом, но без души. Интересно, он здесь хоть раз ночевал? Если бы не совместные ночи, то Грейхарта можно было принять за биоробота, а не за человека. Никаких чувств он не испытывал, только выгода и достижение своих целей.

В кладовке я быстро нашла искомое и ахнула от удивления: в наборе были даже изогнутые иглы и хороший шовный материал разных видов. Лекарства, ампулы, инструменты и растворы. Полевой госпиталь можно разворачивать.

Привычное занятие и действия по алгоритму меня успокоили, даже руки перестали трястись.

Я обработала всё вокруг и надела стерильные перчатки, вколола анестезию и через несколько минут принялась за дело.

Рану зашивала послойно П-образным швом, мышцы соединяла с мышцами, а кожу – с кожей, всё по методичке. Наставник мог бы гордиться такой чистой работой в сложных условиях. Даже татуировка не будет деформирована, я собрала её идеально правильно: завиток к завитку. Теперь главное, чтобы всё не разошлось из-за напряжения.

Ещё раз обработав ранение, я наложила повязку, и на этом можно было бы заканчивать… Но, видимо, заморозка уже начала сходить, как раз когда я проверяла шов на натяжение, и Габриэль дёрнулся от неприятных ощущений. Еле-еле успела подавить желание его погладить. Остановилась уже, когда чуть не поцеловала в здоровое плечо.

Благо он не заметил.

В итоге, чтобы замаскировать мой порыв к ласкам, я просто села рядом на диван, немного прислонилась к нему.

Грейхарт обернулся, он тоже потянулся ко мне, но остановился, не стал обнимать, только убрал выбившуюся прядь волос от лица, завёл её за ушко, проведя кончиками пальцев по щеке.

Я вздрогнула от этого жеста и отодвинулась, а он помрачнел.

– Лив, всё будет хорошо. Я всё исправлю.

– Почему на нас напали?

– Пока не знаю, но я найду виновного. Ты будешь в безопасности.

Я судорожно кивнула. В безопасность рядом с Габриэлем верилось плохо. Он антипод спокойной жизни.

– Что будет дальше?

– Подождём здесь, пока найдут нападавших. Может, выйдут на заказчика, и тогда всё быстро решится. Если нет, то через несколько дней вернёмся в город, но в квартиру и под охрану.

– У тебя есть план на любой случай?

– Почти… Лив, это часть моей жизни. После той субботы я усилил охрану…

– Это было нападение? Я думала авария…

– Пытались замаскировать под аварию. К сожалению, выжившие не сдали заказчика.

Неожиданно мне пришла мысль, почему-то я раньше не думала в таком ключе.

– А пять лет назад? Тот мужчина? Он же тоже хотел тебя убить?

– Да, это был один из киллеров.

Значит, Габриэль защищался в ту ночь.

– Прости, я ошибалась. Получается, ты не уби…

Но Габриэль не дал мне закончить, перебил.

– Оливка, я не благородный рыцарь. А нехороший человек, совершивший много плохих поступков. И совершу ещё больше. Политика – грязное дело. Но тебя я постараюсь защитить.

Я сглотнула. Боюсь, защищать меня надо от него самого.

Громкий звонок телефона прервал нашу беседу.

– Так, это твой брат, наверное, …

Я выхватила у него трубку и ответила.

– Дейв!

– Твою ж! Лив!

– Я жива, всё хорошо! Мы в безопасности! Скажи родителям!

– Сейчас, уже пишу маме. Лив, без обид, но, может, на хер Габриэля, а?

Грейхарт рядом понимающе хмыкнул, но комментировать не стал.

– Не могу, Дейв. – Я говорила с братом, но смотрела в глаза мужу. – Не могу его бросить, мы же поклялись поддерживать друг друга и в горе, и в радости.

На том конце Дейв печально вздохнул, а я думала, что зачем-то продолжаю выполнять договор Грейхарта.

– Всё, родителям передал. Пожалуйста, будь осторожна. И скажи мужу, что ему не жить, если ты пострадаешь.

Габриэль забрал телефон и пообещал Дейву защищать и заботиться обо мне.

Положив трубку, он посмотрел на меня:

– Я сделаю всё возможное.

– Всё просто: разорви договор.

– Не думаю, что это поможет. – Габриэль усмехнулся, а я отвернулась.

Тяжёлый день ещё не закончился,

Грейхарт продолжил разговоры с полицией. Ввели усиление охраны, приехавшие телохранители привезли нам еды. А то в доме хранились только консервы и сухпайки.

Ночью прибыла полиция, притом какая-то детективная шишка общалась с Габриэлем, явно не обычный рядовой следователь. Меня почти не спрашивали, телохранители и камеры видели больше.

Я легла спать, не дождавшись хоть каких-то новостей. Устала и наплакалась за день.

А ночью Габриэль лёг рядом и прижал меня к себе.

– Отпусти! – прошипела я, но бороться сил не было, поэтому я не очень активно сопротивлялась.

Через несколько минут спросила:

– Уехали? Что сказали?

– Да. Пока не поймали наёмников.

– За что нас хотели убить?

– Думаю, это из-за грядущих выборов. Кто-то очень не хочет, чтобы я баллотировался.

– Вот пусть лучше целятся, ты не маленький объект! – зло прошипела я.

Почувствовала, что он улыбается:

– Так им и передам: не трогайте мою жену, она ни при чём.

– Трогайте только сенатора, он заслужил, – дала я ещё одну рекомендацию преступникам.

– Ты злишься на меня.

– Я тебя ненавижу за обман. И мэра Лайтвуда с сыном и невесткой. Бесите все.

– Моя милая злая жёнушка.

– Которая хорошо обращается со скальпелем. Бойся меня.

Он что-то мне ответил, но я окончательно уснула, согревшись в его объятиях.