Глава 6

В моём доме безмолвно и зловеще перемещаются мужские фигуры в чёрном - такие же бесшумные, плавные и безучастные.

- Вы кто? Пошли вон! - вскрикиваю я. Наверное, организм совсем в шоке, а сознание так и не включилось, раз вместо страха испытываю лишь злость на втор-жение. И где этот чёртов Дамир? Одна из теней скользит ко мне, это - мужчина чем-то похожий на Берсиева, только без его невероятной мускулинности, животной энергетики и зловещести.

- Ярослава Игоревна, шеф приказал присмотреть за вами и обеспечить безопасность! - рапортует он с лёгким кавказскимакцентом. Кошусь на то, как остальные сгребают элитный алкоголь в пакеты с таким видом, словно прикасаются к чему-то омерзи-тельному.

- Это что происходит? - киваю в их сторону.

- Приказ шефа!

- А не пойти ли вам всем дружно в... - прикусываю язык, вспоминая, чем закончилось мой посылание в жопу с Берсиевым.

- Уходите отсюда и не смейте ничего трогать в моём доме.

- Теперь это дом Дамира Руслановича! - безэмоционально отвечает «тень».

- Ах так? Ну тогда уйду я! - рявкаю зло и гордо направляюсь к двери. И куда я отправлюсь - в одном халате, без денег и сил? Да куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Тень легко обгоняет меня и замирает у двери, не давая мне выйти. Не хватает меня, не удерживает, - просто стоит с лицом истукана.

- Приказано вас не выпускать! - произносит мужчина, даже не глядя на меня. Кажется, у меня сейчас начнётся истерика: губы дёргаются, руки дрожат, а внутри зарождается неконтролируемый смех.

- Я пленница в своём же доме? - интересуюсь максимально невинно.

- Это дом Дамира Руслановича! Ухмыляюсь зло, стискиваю кулаки, но заставляю себя расслабиться, - с этим роботом бесполезно общаться, он следуетпрограмме, которую в него заложил Берсиев. Глупо даже пытаться достучаться.

- Где Дамир? Мне нужно с ним поговорить!

- Хозяин уехал, но сказал проследить за вами. Отправляйтесь спать, Ярослава Игоревна, вы многое перенесли и плохо выглядите. Несмотря на смысл последних слов, в них наконец-то проскальзывает что-то человеческое. Мне и впрямь ничего не остаётся, поэтому киваю и с трудом бреду вверх по лестнице. Сейчас я могу выбрать любую спальню, даже завалиться в шикарно комнате покойного мужа, которая по размерах похожа на футбольное поле, но я бреду к своей крохоткой спаленке. Пусть здесь тесновато, но зато это мой угол, моё пристанище! Сбрасываю халат на пол и ныряю под одеяло, зарываясь с головой. Хочется остаться здесь навсегда и никогда не выбираться в суровый окружающий мир. Возможно так бы я и поступила. Если бы не мой сын. Ради него я должна быть сильной! Сон наваливается тяжёлой мутной волной, наполненной обрывистыми видениями, смутными образами и чувством тревоги. Ощущение такое, что бегу по бесконечному лабиринту и никак не могу найти выход, хотя чувствую, что он совсем рядом.

- Ярослава, просыпайтесь! Вздрагиваю всем телом от мужского голоса, звучащего в комнате. На секунду сквозь сон мне кажется, что это Шах, и отэтого привычно всё холодеет внутри, даже дышать перестаю.

- Инга Романовна, вам пора вставать! У вас сегодня много дел! Хозяин ждёт вас через час. События вчерашнего вечера восстанавливаются в памяти в хронологическом порядке, и я хочу завыть. Чем я заслужилато, что происходит в моей жизни? Неужели успела где-то так нагрешить, что на меня сыплются лишь удары судьбы?

- Инга Романовна, завтрак на столе! Ваша одежда тоже! - рапортует моя "тень".Как же я хочу побыть одна, ощутить себя свободной, имеющей право выбора и распоряжения собственной жизнью... Но нет!

- Оставьте меня в покое! Свалите из комнаты! - ору из-под одеяла.

- Убирайся!- Полчаса, затем у меня приказ доставить вас к хозяину! Слышу шаги и звук захлопывающейся двери, и лишь после этого выглядываю из-под одеяла. Наверное, я бы сбежала, выпрыгнула в окно, но Шах ещё в самом начале поставил на него решётку - дорогущую, кованную, в вензелях и цветочках - делающих мою тюрьму красивой. Но от этого моё положение пленницы не менялось. На тумбочке возле кровати красуется поднос с кофе, сведевыжатым соком и овсяной кашей, на салфетке лежит пара таблеток, - уверена, что это аспирин, который должен облегчить муки похмелья, но не рискую проверять. Ограничиваюсь водой из-под крана, не желая принимать ничего из того, в чём не уверена. Вдруг там какие-то психотропы, - а мне нужно незамутненное сознание. Но когда рассматриваю одежду, которую мне сложили ровной стопкой на кровати, взрываюсь так, как от себя не ожидала. Длинное платье в пол, с закрытым вырезом и рукавами закрывающими руки почти до кончиков пальцев. А к этому ещё прилагается и платок.

- Хрен тебе! - ору куда-то вовне, мечусь по комнате. Неужели Дамир думает, что я надену ЭТО? Решил сделать меня Кавказской пленницей? А сам-то чтит традиции? Что-то не помню, чтобы правила его народа разрешали алкоголь и продажных женщин, которые всегда крутятся вокруг него.

Да я лучше выйду голая, чем приму такие условия! Со всех ног бросаюсь в гардеробную и обмираю, - в ней пусто. Ни одного вечернего платья, в которые так любил наряжать меня покойный муж, чтобы похвастаться красавицей-женой перед друзьями.

- Надеешься меня сломать, Берсиев? Это не вышло у такого садиста, как Шах, а тебе я и подавно не по зубам! Мой шепот кажется бредом сумасшедшего, но меня активизирует, заставляет собраться. К тому моменту как ровно через тридцать минут ко мне является "тень", я уже полностью готова: идеальный лёгкий макияж, подчеркивающий природную красоту; строгий пучок с одной словно случайно выбившейся прядью, сквозь которую можно кокетливо смотреть на мир и... халат, - тот самый, в котором ночью вышла из ванной.

- Дамир Русланович будет в бешенстве! - сообщает мужчина, и его смуглая кожа внезапно бледнеет.

- Именно этого я и добиваюсь!