Глава 20

Мадина

– Ты сошла с ума! – воскликнула Ника, пока я расплачивалась с таксистом.

– Может, и сошла, но ты сама виновата! Зачем было говорить мне о мальчишнике? Ты правда думала, что я буду спокойна, если узнаю о таком?! Да я спать не смогу! А послезавтра, между прочим, свадьба! – выговаривала я ей, таща за собой ко входу. Этот был тот самый клуб, где я наблюдала за Ратмиром и той девкой. \

С того момента, когда Ника сказала о предстоящем мальчишнике, который устраивает для него Халид, я не находила себе места! Только я успокоилась после случая с отелем и совместным бизнесом наших отцов, как на меня свалилась новая проблема! Мне с трудом удалось уговорить маму отпустить меня к подруге, я объяснила это тем, что после свадьбы у меня не будет подобного шанса. К счастью, она согласилась, и вот я здесь, слежу за своим женихом как какая-то жалкая влюбленная дура!

– Кстати, а откуда ты узнала о том, что Халид устраивает мальчишник? Ты так и не рассказала мне о том, что между вами двумя происходит, – заметила я обвиняющим тоном, с укором глядя на Нику. Еще подруга, называется. Я не понимала ее скрытности, Ника словно воды в рот набрала, игнорируя все мои вопросы, связанные с ним. И как бы я ни предостерегала ее, не слушала.

– Я потом тебе обязательно расскажу, – снова ожидаемо соскочила она с темы. – Не хочу о нем говорить. Давай сначала разберемся с твоим мажором. Они в отдельном ВИП-зале, на втором этаже, – кивнула она в сторону лестницы.

С колотящимся сердцем я дошла до нужной двери и остановилась, не зная, что буду делать дальше. Всё было так хорошо, и я не хотела портить наши зарождающиеся отношения очередными сомнениями! И так повела себя как последняя истеричка, услышав его разговор с дядей. Если я зайду в этот ВИП-зал и устрою скандал, то всё окончательно испорчу. Покажу себя жалкой, опозорюсь, и этот инцидент навсегда испортит наши отношения и оставит плохие воспоминания.

– Ты чего тормознула? – вывела меня из размышлений Ника.

– Ничего, пойдем отсюда, – тряхнув головой, потянула я ее к выходу.

– Как это пойдем?! Зачем мы тогда сюда шли? – недоумевала она.

– Из-за моей глупости и шли! Ох и дура я, Ник, – простонала я, выходя из клуба. – Опять чуть всё не испортила!

– Вот что любовь творит с людьми, – покачала головой подруга. – И куда мы теперь?

– А давай поедем ко мне? Закажем много вредной еды, поболтаем, – предложила я.

– А что маме скажешь? Ты же так отпрашивалась ко мне с ночевкой.

– И то верно, – вздохнула я, понимая, что мама просто засыплет меня вопросами, если мы внезапно вернемся.

– Ладно, поехали ко мне. Мамы всё равно нет, квартира пустая и в полном нашем распоряжении, если ты, конечно, не побрезгуешь нашими хоромами, – решила подруга. Я знала, что Ника живет в коммуналке, но, честно говоря, не имела понятия, что она из себя представляет.

– Не такая уж я и принцесса, – проворчала я, не желая, чтобы подруга думала обо мне как об избалованной богачке, хотя на самом деле и являлась таковой. – Сейчас вызову такси и сразу сделаю заказ. Давай еще в магазин заедем, у меня жутко разыгрался аппетит из-за всех этих переживаний.

– Еще бы, я вообще удивлена, как тебе только хватило выдержки, чтобы не ворваться туда и не увести Ратмира, как провинившегося ребенка, – улыбнулась она, вбивая свой адрес в мой телефон, через который я вошла в приложение вызова такси.

– Мне нужно научиться ему доверять, иначе я сойду с ума, – доверилась я подруге. – Честно говоря, теперь, когда я успокоилась, понимаю, что зря переполошилась. Не думаю, что я вошла бы туда и увидела каких-то голых девчонок, извивающихся на его коленях. Ратмиру просто это уже не нужно, – сказала я, не сомневаясь в своих словах.

– Как ты можешь быть настолько уверенной? – удивилась подруга. – Не обижайся, но про твоего жениха ходят такие слухи, что он ни одной юбки не пропускает.

– Это было раньше, – пожала я плечами, – он доказал, что ему никто не нужен кроме меня.

– Как это доказал? – продолжала она допытываться, явно не понимая, как это вообще возможно.

– Это сложно объяснить. Но он так на меня смотрит, что я верю: никакая другая ему не нужна.

– Ладно, – сдалась она, садясь в подъехавшее такси. – Мне вас, влюбленных, не понять. Что ты, что Рида говорите о своих парнях так, будто они для вас всё.

– Влюбишься и тоже поймешь, – мечтательно улыбнулась я, глядя на подругу. – А что с лицом? Ты как будто лимон проглотила.

– Я просто не представляю, как можно влюбиться в какого-то парня. Они все самовлюбленные дурни, которые не выросли из того возраста, когда, едва слезли с горшка, уже норовят задирать девчонок и таскать их за косички.

– Ты же это не просто так говоришь, – подалась я к ней, почувствовав укол вины в сердце. Столько времени не могла догадаться, что беспокоит мою подругу. – Тебя кто-то обижает? Расскажи, я должна знать. Уверена, смогу тебе помочь.

– Не здесь, – посмотрела она в сторону таксиста, – давай сначала доедем до моего дома.

***

И это дом? Ника здесь живет? Пытаясь побороть брезгливость, я поднималась по лестницам грязного и вонючего подъезда с обшарпанными стенами. Пахло до того противно, что меня чуть не стошнило. Едва поборола желание закрыть лицо рукой, чтобы ничего не чувствовать и не видеть. Думала, станет лучше, когда мы войдем в квартиру, но как же я ошибалась. Стало еще хуже. Когда мы подошли к двери, Ника не достала ключи, чтобы открыть дверь, а просто распахнула ее и вошла.

– У вас что, нет замка? – пришла я в ужас.

– Бесполезно его устанавливать, всё равно сломают, – пожала она плечами.

Шокированная, я прошла дальше по темному коридору, где воняло не лучше, чем в подъезде. Обои были грязные, засаленные, уже непонятного цвета. Пол просто из досок, кривых, с облупившейся краской. По обе стороны от коридора располагались двери. За одной из них была тишина, а за другой – какой-то шум, мужские выкрики, звон стекла.

– Твоя мама дома? – кивнула я в сторону двери, Ника сначала нахмурилась, будто не поняла смысл моей фразы, а потом уточнила:

– Ты думаешь, там моя мама?

– А кто еще?

– Мой сосед со своими дружками-алкашами, – объяснила она, открывая хлипкую дверь комнаты и пропуская меня вперед. – Ты подумала, что это комната моей мамы?

– А как же еще? Подожди, я не понимаю, какой еще сосед? Вы что, живете в одной квартире с соседом?

– С двумя соседями, – огорошила она меня, – это коммунальная квартира на три комнаты. Мы живем все вместе, с общей кухней, ванной и туалетом.

– Да ну! – поразилась я, не в силах поверить в подобное и в то же время испытывая стыд за свою неосведомленность. Моя подруга жила в таких ужасных условиях, а я даже не подозревала. Села на кривую табуретку и осмотрелась. Узкая комната со старым ремонтом. Невзрачные желтые обои, старый ковер на полу, прикрывающий такие же доски, как в коридоре, древняя мебель, небольшой стол и диван с незастеленной кроватью. Холодильник тоже был здесь! Допотопный и пожелтевший от старости. У стенки стояла сложенная раскладушка. Кажется, это так называется. Ника, что, на ней спит? Второй кровати тут я не наблюдала.

Ника убрала туда продукты и пошла к дивану.

Мне сразу же стало стыдно за несколько вещей. За то, что живу в такой роскоши. Что ничего не знала о жизни подруги и не интересовалась даже. Но главное – за то, что сейчас так беззастенчиво разглядываю чужую убогую жизнь, едва сдерживая желание сморщиться и сбежать отсюда.

– Ника, прости, – сразу же принялась извиняться я.

– За что ты извиняешься? – удивилась подруга, убирая постельное белье в шкаф. – Ты не виновата, что родилась с золотой ложкой в зубах.

– Если бы я знала, то могла бы как-то помочь.

– Я не нуждаюсь в помощи и способна сама решить свои проблемы, – сказала она с гордостью, которая была мне понятна, я бы точно так же вела себя на ее месте. – Я не буду вечность жить в этой халупе. У меня есть план.

– Какой такой план? – в удивлении посмотрела я на нее, вздрогнув от очередных пьяных выкриков за стенкой. Всё было очень хорошо слышно, как будто стены картонные. – Здесь тебе небезопасно оставаться. Это твоя мама должна решать проблемы, а не ты. Кстати, где она?

– В идеале, может быть, и да, но на самом деле мне всё придётся решать самой. Мама вместе с моим братом в реабилитационном центре. У Саши была операция. Он долго и серьезно болел, но недавно мы оплатили ему лечение. А скоро у меня будет еще больше денег, и я решу все свои проблемы.

У меня в голове родилась нехорошая догадка, и я очень боялась, что Ника подтвердит мои опасения. К моему ужасу, именно это она и сделала.

– Ника, но как ты их заработала?

– Я заключила сделку с Мирзоевым, он платит мне деньги за небольшие услуги. Деньги, которые для него ничего не значат, а у меня уже скопилось хорошая сумма.

У меня внутри всё похолодело. Память мгновенно отбросила в недавнее прошлое, где я выполняла условия Ратмира, где он меня шантажировал.

– Ника, ты с ума сошла? – разозлилась я. – Я же тебя предупреждала с ним не связываться!

– Я бы и рада не связываться, да вот только выбор у меня был невелик. Или Мирзоев, или панель. Один парень всё же лучше, чем…

– Господи, Ника! О чем ты говоришь?! – прошептала я в полном шоке.

– Мне нужны были деньги на операцию брата, а Халид мне их предложил, вот и всё. Конец истории, – отмахнулась подруга, уже явно жалея о том, что рассказала мне всё.

– Ты могла попросить у меня! Или у Риды! – возмутилась я, не веря, что подруга могла спать за деньги с Халидом. Это просто уму непостижимо! Зачем ему это? Он ведь может получить любую девушку, не платя за это!

– Я устала просить, Мадина! Вы и так помогаете. Сначала элитная школа для малоимущих по программе для малообеспеченных семей, потом Рида устроила в универ, – садясь на стул, простонала она. – Надоело быть попрошайкой и всем должной. Я сама хочу устраивать свою жизнь. И даже не знаю, зачем рассказываю тебе это!

– Затем, что это неправильно, и ты это знаешь! – подходя к ней и беря за руки, проговорила я. – Я прекрасно понимаю, какую беспомощность ты сейчас чувствуешь, я была в таком же положении!

– Я не такая, как ты, Мадин, у меня в жизни были вещи и пострашнее, чем глупый мажор, думающий, что ему всё дозволено. Да и не делает он ничего такого ужасного, – попыталась она успокоить меня, переплетая наши пальцы. – По ресторанам вон даже водит, одежду покупает.

– Что-то не вижу особой радости от этого, – нахмурилась я, ни на минуту не веря ей. Я слишком хорошо знаю Нику, она не такая, какой хочет выставить себя. – Мы ведь подруги! Сколько денег он тебе дал? Я попрошу у папы, и ты кинешь ему их в лицо… – запальчиво начала я, но подруга тут же замотала головой.

– Нет, ни за что! Я же сказала – просить больше не буду! – заартачилась она.

– Ты и не просишь! Я сама тебе предлагаю!

– Так же, как Рида предложила место в универе? Всё, Мадин, хватит, закрыли тему, зря я тебе рассказала.

Я всю ночь не смогла сомкнуть глаз в этом ужасном месте. Всегда воспринимала свой достаток как нечто само собой разумеющееся, но, увидев, в каких условиях живет Ника, поняла, как мне повезло. Очень хотела помочь подруге, но даже не представляла как. Она ведь такая упрямая, что ни за что не примет мою помощь! Может, попросить Ратмира как-то повлиять на своего приятеля? Да, после свадьбы так и сделаю.

Ратмир

Не знаю, как я продержался до свадьбы. Мадина еще как-то могла отвлечься на организацию, которой посвящала почти всё свое время, меня же мало беспокоили женские дела, и приходилось сходить с ума от ожидания момента, пока я сделаю принцессу полноценно своей женщиной. Ее упрямство касаемо того, что до свадьбы ничего нельзя, просто убивало меня. Но и возбуждало. Строптивая, упрямая, но моя! Теперь уж точно!

День свадьбы тянулся еще дольше, чем последние недели. Ситуацию усугубляло еще и то, что Мадина с утра просто завалила меня своими фотками, дразнясь и провоцируя. Череда ее селфи была просто крышесносной. Вот принцесса делает макияж, потом прическу, и наконец она в свадебном платье. Она даже прислала мне фото своей подвязки, маленькая дразнилка!

И вот я весь банкет сижу с чертовым стояком, тайком пересматривая эти фотки и отсчитывая секунды до наступления ночи.

– Что-то ты не выглядишь счастливым женихом, – вставил сидящий рядом Халид. Они о чем-то болтали с парнями, но я отвечал односложно, не особо вникая в их беседу.

– Еще бы ему быть счастливым, сам лезет в петлю в таком молодом возрасте! – заметил Игорь, мой приятель по боям.

– Тут, скорее, дело в том, что невеста в отдельном зале! – выдал версию другой приятель. – Что за дичь такая? Невеста в одном месте, жених в другом? – недоумевал он.

– Не принято, чтобы жениха видели в день свадьбы, – объяснил ему Халид. – Традиции.

– Ох и много же у вас этих традиций. Свадьба же должна быть для молодых!

– Не у нас, – рассмеялся друг. Они продолжали о чем-то болтать, пока брат не позвал меня на фотоссесию. Признаться, поначалу это вызвало раздражение, но, когда я поднялся на второй этаж, где для нас подготовили фотозону, и увидел Мадину, все связные мысли просто покинули мою голову. Я бы, наверное, не смог даже собственное имя назвать в этот момент, настолько был очарован ею в свадебном наряде.

Принцесса как есть. Мадина словно сошла с экрана, выглядя как диснеевская героиня.

– Преступление – выглядеть так хорошо, – прошептал я ей, пока фотограф наводил последние штрихи, поправляя цветы и переставляя элементы декора. Рида помогала Мадине с платьем, расправляя подол, и тоже не особо обращала на нас внимания, так что мы могли спокойно переброситься парой слов.

– Могу сказать то же самое и о тебе, – улыбнулась она одними губами. – У твоего брата хороший вкус, – вставила чертовка, видимо вспоминая, как я жаловался на Омара, который никак не мог выбрать мне костюм, отвергая все мои варианты.

– Так чей он брат? – ухмыльнулся я.

– Какой же ты…

– Так, жених встает справа от невесты, – прервал нас фотограф. – Невеста чуть впереди.

– Кто нанял этого зануду? – шепнул я в удобный момент, когда фотограф отстал от нас, чтобы проверить сделанные кадры.

– Я. Это, вообще-то, самый лучший фотограф в Москве. И…

– Теперь фото с подругами невесты! – прервал он нас вновь.

– Ника, иди сюда, – позвала она Астафьеву, стоящую в сторонке.

После еще сотни ненужных, на мой взгляд, фотографий нас наконец отпустили, и я, отведя в сторонку не желающую идти со мной Риду, попросил ту посторожить пять минут у входа.

– Зачем это? – насторожилась она.

– Затем, что я хочу побыть со своей невестой, – как можно миролюбивее сказал я. Ссориться с кузиной Мадины не хотелось, хоть я и не был рад лицезреть ее и ее муженька на своей свадьбе. Не важно, что что-то было раньше между ним и принцессой, мне хватало и того, что, если бы не случай, она могла бы быть сейчас его женой.

– Ладно, – после того как просканировала меня взглядом, наконец согласилась она. – Мы с Никой посторожим. Но только пять минут! Невесту будут искать, – строго добавила она.

А я удивился тому, что совершенно ничего к ней не чувствую. Было время, когда я считал, что влюблен в нее, и хотел перевести наши партнерские отношения во что-то большее.

– Спасибо, – крикнул я им с Никой вслед, когда они, оставив удивленную Мадину в комнате, быстро вышли, захлопнув за собой дверь.

– Эй! Вы куда? – недоуменно нахмурилась она. – Это что, ты всё устроил?

– Хотел полюбоваться своей невестой, – улыбнулся я, приближаясь к ней.

– Ратмир, нет! Стой, где стоишь! Знаю я твое полюбоваться! Ты мне макияж испортишь! – выставила она руку, пытаясь остановить меня.

– Ты всерьез веришь, что сможешь избегать меня? – усмехнулся я. – Не нужно было выглядеть такой красивой, если хотела, чтобы я сдержался. Кто намеренно дразнил меня, высылая провокационные фото?

– Я ничего такого не делала, – стушевалась и покраснела она, закусывая губу и опуская взгляд. Маленькая проказница, у нее уже не получится строить из себя невинность, тогда как она весь день заводила меня, чтобы довести до нужной кондиции.

– Да? Кто-то захватил твой телефон и слал мне откровенные фотки?

Поймав Мадину за руку, я притянул ее к себе, чтобы поцеловать, но она быстро замотала головой, скорчив умоляющее лицо.

– Ратмир, нет! Ты испортишь мне прическу и макияж!

– Раньше надо было думать, принцесса, ты не могла не понимать, на что напрашиваешься, – мял я ее подол платья руками, пытаясь его задрать.

– Нет, ну пожалуйста, – вертелась она в моих руках, отпихивая и тяжело дыша. – Будет заметно, если платье помнется. Где я буду его гладить?

– То есть ты мне предлагаешь сидеть на сухом пайке всю свадьбу? Я свихнусь, – рыкнул я, отпуская ее наконец и глядя, как она поправляет свой несчастный подол. Наклонившись, она предоставила мне обзор на скромное декольте, чего было достаточно, чтобы заставить член напрячься и встать колом.

– Ратмир, я тоже не могу дождаться ночи, – завела она меня еще больше своим откровенным признанием, сказанным таким кротким тоном, будто она рассказывала про количество десертных ложек за столом. – Но нам придется подождать. Я ничего не могу поделать.

– Уверена? – осмотрел я ее горячим взглядом, желая облизать всю, с головы до ног, и остановился глазами на подоле. – Сядь, Мадина.

– Что? – не поняла она, нахмурив идеальные брови.

– Сядь на стул, – кивнул я в сторону белого стула, покрытого атласным чехлом. – Хочу рассмотреть, хорошо ли укреплена твоя подвязка. У нас на всё про всё три минуты. Так что поторопись.

– Ратмир, я не буду…

– Мадина, ты будешь делать, как я скажу. Я твой муж, – пророкотал я, наблюдая, как тяжело она дышит, и от этого бурно вздымается такая желанная для меня грудь.

Она послушно села на стул и сложила руки на коленях. Прямо пай-девочка. Скромница с порочными губами и роскошным телом, упакованным в белую ткань, которую так хотелось сорвать.

– Покажи мне ее, – скомандовал я, ожидая препирательств, но Мадина, видимо решив, что спорить бесполезно, потянула на себя подол. Медленно и соблазнительно открыла мне свои стройные ножки, затянутые белыми чулками, на конце одного из которых красовалась белая кружевная подвязка.

Сглотнув, я едва противился желанию сорвать к чертовой матери и ее, и чулки, и вообще забаррикадировать эту дверь и взять то, что мне принадлежит. Но пока довольствовался только открывшимся зрелищем и шизел от увиденного.

– Посмотрел? – тихо спросила Мадина, намереваясь опустить подол.

– Думаешь, мне достаточно просто смотреть? – остановил я ее взглядом, вызвав недоумение.

– А что же еще? Ратмир, две минуты! – вскрикнула она, когда я подошел и опустился на колени, кладя пальцы на ей бедра и начиная их гладить.

– Один поцелуй. Мне будет его достаточно, чтобы продержаться весь этот долгий вечер до брачной ночи.

– Один? Ну тогда ладно, – вздохнула она и прикрыла глаза, подставляя мне губы.

Наивная глупышка. Пока она утратила бдительность, я взял ее за колени и быстро развел ноги в стороны, наклоняясь между ними и накрывая кружево белых трусиков губами. Наверное, Мадина хотела закричать и возмутиться, но от неожиданности и испуга просто схватилась мне за плечи, намереваясь оттолкнуть, но спустя секунду застонала, потому что я проник языком под тонкое кружево и откровенно ласкал ее маленькую горошину, а моя принцесса текла мне на язык.

– Ратм-и-ир… – только и могла стонать она. – Что ты… Ах!

– Еще минута, – пробормотал я, ловя ее трепет губами и наслаждаясь тем, как она горячо и чувственно откликается, неспособная уже себя контролировать.

– Все заметят, что мы делали! – обвиняюще посмотрела она на меня, когда я наконец отпустил ее, добившись того, чтобы она кончила мне в рот. Пришлось даже поддержать ее за талию, иначе она бы не устояла на ногах. Ее глаза горели огнем и были совершенно пьяные. Но это было единственное свидетельство того, что с ней что-то произошло в этой комнате.

– Твой грязный маленький секрет буду знать только я, не волнуйся, – усмехнулся я, поправляя ее платье и чувствуя себя в этот момент Ридой. Ведь она делала то же самое.

– Ты застал меня врасплох! – возмутилась Мадина, отпихивая мою руку.

– Можешь точно так же застать врасплох и меня, я не буду против! – рассмеялся я вслед моей жутко покрасневшей и убегающей из комнаты принцессе, которая скоро окажется в нашей брачной постели. И мне придется постараться, чтобы она растеряла всю свою стыдливость.