Глава 15
Ева Клубничкина
Рассматривала мужчин, и не могла поверить, что они вовремя успели.
Спасли. Помогли.
— Как вы тут оказались? Нет, я очень рада вас видеть! И благодарна, что успели вовремя… Даже подумать страшно, что бы случилось, если бы вы опоздали…
Тут меня прорвало. Вероятно, напряжение спало, плотину прорвало, и я, не выдержав, разрыдалась.
Клим тут же оказался рядом, вклинился между моих ног, прижал к себе, успокаивающе поглаживая по спине, по голове и что-то бормоча…
— Поплачь, Лапочка, вылей всю боль! — Горячее дыхание обжигало макушку. Жесткие ладони гладили спину, разгоняя мурашки по ставшей вдруг чувствительной коже. — Давай, легче будет, сладкая…
Понятия не имею, сколько я вот так просидела на чертовой кушетке, прижатая к широкой обнаженной мужской груди. Выплескивая всю боль, всю ярость, весь страх.
Рыдала и выла, пока не наступило облегчение и полное оцепенение.
Под конец приступа истерики я просто тихо всхлипывала, икала и жадно дышала офигенным мужским запахом. Он проникал в меня, во все поры, в легкие, в каждую клеточку, заполняя собой все. И я наслаждалась каждым мгновением.
Находиться рядом с любимым мужчиной, нежиться в его объятиях, купаться в его запахе, в его утешении, в его ласке…
Никогда еще я не была настолько счастливой.
Даже опустошение после приступа паники и истерики стало проходить. Пустующее место в душе заполнялось чем-то иным.
— Клим… — прошептала я, все еще не до конца отпустив страх, когда мой босс стал осторожно поглаживать меня по спине, разгоняя горячих мурашек по сверхчувствительной коже. — Ч-что…
— Тсс! — Клим прижал палец к моим губам, скользнул по ним шершавой подушечкой. — Просто расслабься, Лапочка… Понимаю, у тебя много вопросов, но давай мы дадим на них ответы не сейчас?
— Доверься нам, сладкая, — проурчал позади меня мягкий низкий баритон, разгоняя жар в теле еще сильней.
— Ляг на живот, Ева, — к разговору присоединился третий босс. — Ты же пришла на массаж… Позволь нам… мы можем помочь расслабиться… А ты просто лежи и чувствуй…
— Обещаем, только массаж… ничего больше… ничего из того, что ты сама не захочешь нам дать… — Четвертый босс присоединился к коллективному сеансу психотерапии.
— Сейчас позволь нам о тебе позаботиться, Лапочка…
Я взглянула на Клима, прямо в его глаза, и замерла, застыла от обжигающего пламени, что полыхало в них. Видела, насколько трудно ему сдерживаться. Чувствовала, как сильно дрожат мужские пальцы, что поглаживали меня по спине, пересчитывая позвонки. Ласкали кожу, слегка давили на напряженные мышцы и тут же отпускали, словно хотели показать, насколько хорошо мне с ними будет.
Почему они не злятся? Почему не наказывают за все проделки? Почему такие ласковые со мной? Что вообще происходит?
— Вы все знаете? — Тихий шепот, не сомнение, а утверждение, что игра закончена, они узнали. — Как…?
— Лапочка, — горячее дыхание Ариса обожгло плечи, шею и макушку, — все вопросы потом. Ты пришла сюда расслабиться, отдохнуть… Ложись на стол, мы поможем… — Его руки бережно массировали мне шею, заставляя расслабиться, откинуться назад, на обнаженную мужскую грудь.
— Не бойся! — Жарко прошептал Клим голосом змея-искусителя. — Больше тебя никто не посмеет обидеть!
Я выдохнула и растеклась лужицей в его объятиях. Решила выдавить плохие воспоминания хорошими.
— Хорошо! — Доверилась моим боссам. — Верю!
В следующее мгновение Клим улыбнулся, подхватил меня на руки и куда-то понес.
— Что?.. — Только успела ахнуть и вцепиться рукой в его плечи.
Страх снова поднял свою голову, я вцепилась в плечи Клима.
С опаской осматривалась по сторонам.
— Не бойся! Мы просто решили сменить обстановку. Ведь изначально тебя должны были привести в наш личный массажный кабинет…
— Та девушка, Дашенька… — Мне ее было не жалко, но худшей для женщины участи я ей не желала.
— Ее уже ищут и накажут как полагается, не переживай…
Мы вышли из того кабинета и направились по пустому коридору. Поднялись на лифте на самый верхний этаж и оказались в роскошном пентхаусе.
— Это наша служебная квартира… — пояснил Клим, опуская меня на мягкий ковер. — Здесь никто нам не помешает.
Мы находились в огромной гостиной с панорамными окнами от пола до потолка, открывающими вид на ночной город, сверкающий миллионами огней.Клим бережно опустил меня с рук на мягкий ковер из чистой шерсти, и я на мгновение застыла, пораженная открывшимся видом.
Высокие потолки подчеркивали простор, а современная система "умный дом" мягко регулировала освещение…
Сейчас приглушенный, теплый мягкий свет исходил от скрытых светодиодных лент вдоль стен.
Арис мягко взял меня за локоть и повел через гостиную, к лифту с зеркальными узорными дверьми.Мебель - минималистичные диваны и кресла из серой замши, низкий столик из черного матового стекла. На стенах - абстрактные картины в тонких черных рамах, а в углу стояла бронзовая статуя обнаженной женщины, которая странным образом напоминала меня. Воздух был наполнен едва уловимым ароматом сандала и чего-то дорогого, мужского.
— Тут наш личный оазис, - сказал он, утягивая меня за собой, в просторную кабину лифта, созданного полностью из полупрозрачного матового тонированного стекла.
Лифт бесшумно поднялся на самый верхний этаж.
Двери раздвинулись, и меня окутал прохладный ночной воздух, наполненный густым, пьянящим ароматом цветов.
Терраса была огромным пространством под открытым небом, настоящим оазисом в каменных джунглях города.
Над нами простиралось бархатное ночное небо, усыпанное мириадами ярких, немигающих звезд. Казалось, до них можно было дотянуться рукой.
Слева от нас, почти бесшумно, струился фонтан из полированного черного гранита. Вода стекала по его идеально гладким стенкам, собираясь в неглубокую чашу, дно которой было выложено мелкой галькой и светящимися в темноте стеклянными камнями.
Из фонтана вода легко журча, стекалась к фонтану в центре этой импровизированной оранжерее.
Клим мягко вывел меня вперед, и мой взгляд упал на центр оранжереи. Там, в окружении буйной зелени и ярких соцветий, стоял фонтан.
Он был высечен из цельного куска черного мрамора, настолько темного и глянцевого, что его поверхность отражала свисающие листья пальм и огни города, как идеальное зеркало. Форма его была лаконичной и современной — неглубокая чаша квадратной формы с идеально острыми углами, из которой поднимался низкий, прямоугольный обелиск.
Вода не била струей вверх, а сочилась из едва заметных каналов по всему периметру верхней плиты, образуя идеально ровную, прозрачную пелену. Она стекала по абсолютно гладким черным стенам, не разбрызгиваясь, а словно обволакивая камень тонкой, сверкающей пленкой.
Свет, падающий из глубины оранжереи, играл на мокрой поверхности мрамора, отсвечивая тысячами бликов и делая черный камень живым, глубоким, почти космическим.
Вода с тихим, умиротворяющим шепотом стекала в чашу, где на дне, среди черной гальки, были вмурованы небольшие светодиоды. Они мерцали мягким золотистым светом, который преломлялся в движущейся воде, создавая иллюзию, что на дне фонтана лежат горящие угли.
Это был не кричащий, помпезный объект, а минималистичное произведение искусства. Он не привлекал к себе внимание, а заставлял остановиться и замедлиться.
Его прохлада, тихий шелест воды и гипнотическое мерцание создавали островок безмятежности в самом сердце этой роскошной, бьющей через край террасы.
И в то же время, его идеальные линии и темная, мощная энергия идеально гармонировали с мужской, доминантной аурой моих боссов. Сдержанные, дорогие, безупречные и невероятно сексуальные в своей лаконичной силе. Рядом с фонтаном, в массивных кашпо из светлого бетона, росли экзотические цветы.
Огромные бархатистые орхидеи причудливой формы с фиолетовыми и лимонными лепестками, испускающие сладкий, почти пудровый аромат.
Их соседями были простые, но от того не менее прекрасные полевые цветы — синие колокольчики и белая гипсофила, создававшие ощущение легкой, небрежной естественности.
Центром композиции был огромный округлый бассейн, его вода, подсвеченная изнутри мягкой голубой подсветкой, казалась жидким сапфиром.
По его зеркальной поверхности лениво плавали несколько крупных, темно-бордовых листьев кувшинок. Вокруг бассейна стояли широкие лежаки из тикового дерева с утолщенными матрасами и грубыми, но мягкими подушками из натурального льна.
Но главным чудом была раздвижная стеклянная крыша. Сейчас она была частично сдвинута, открывая звездное небо, и я видела массивные стальные балки, на которых она покоилась.
По ее краям, в специальных пазах, вились лианы с мелкими белыми цветами, их зелень контрастировала с холодным стеклом и металлом.
Отсюда, с высоты, открывался великолепный, захватывающий дух вид на ночной город. Бескрайнее море огней, движущиеся потоки машин, подсвеченные небоскребы — все это лежало у наших ног, немое и прекрасное. Воздух был чистым и прохладным, а тишину нарушал лишь шепот воды в фонтане и далекий, приглушенный гул мегаполиса.
Это было место, где роскошь и технология встречались с природой, создавая идеальную, сюрреализм, нечто невероятное.
И я понимала, что все это — и звезды, и бассейн, и этот вид — было лишь декорацией.
Идеальный романтичный фон для того, что случится тут очень скоро.
В том, что я желаю провести нашу первую ночь откровенной любви именно в этом раю, я ни капли не сомневалась.