Глава 17

Дарина – Тебя что-то беспокоит? – Сабир лёг рядом. Горячий. От него буквально исходил жар. А я лежала рядом и пыталась отдышаться. Сегодня, как и всегда, он пришёл ко мне. И, как всегда, у нас был секс. Страстный, безудержный, заставляющий тело плавиться. – С чего ты взял? – подтянула простынь и прикрыла обнажённое тело. Но Сабир явно был не согласен с такой постановкой. Подхватив край ткани, откинул в сторону и притянул меня к себе. Обнажённой кожей друг к другу прижались. Его смуглой и моей, практически белой на его фоне. Такой контраст. А я впервые задумалась, что если я действительно беременна, то на кого будет похож ребёнок? Будет такой же тёмненький или как я, блондинистый и бледнокожий? С голубыми глазами или с карими? Стоило начать об этом думать, что сердце галопом пустилось. Вот-вот и из груди выскочит. – Хочу знать, что заставило мой бриллиант грустить. И нервничать. Сердце колотится сильно. Не сводил с меня внимательного взгляда. Несмотря на всю внешнюю суровость и твёрдость, он был невероятно чутким. Это касалось не только секса, но и просто общения. Меня считывал как книгу. Малейшее изменение в настроении не оставалось незамеченным. Пропустив руку между нашими телами, коснулся моей груди. А сердце ещё сильнее затрепыхалось. Сабир каждый его удар мог ладонью поймать. – Всё в порядке. Правда. Просто немного устала. – даже улыбнулась, стараясь сделать это максимально искренне. На деле же, приходится врать, усыпляя бдительность. И делать это нужно качественно. Иначе он поймёт это на раз два. Кажется, он и сейчас не поверил, а лишь сделал вид. Один его взгляд с изучающим прищуром чего только стоил. Он об этом буквально кричал. Но пытать меня не стал. Пока. Нужно как-то брать эмоции под контроль. Чем меньше я буду привлекать к себе внимание задумчивостью и волнением, тем меньше придётся врать, отвечая на вопросы. И, следовательно, снижу вероятность раскрыть свою тайну. – Могу поднять тебе настроение. – произнёс немного загадочно. Видимо, на то и расчёт был, потому что любопытство пересилило. – Подними. – даже интересно стало, чем именно он может его поднять. Не скажу, что настроение было плохим. Нет. Но я была потерянной. Ещё не до конца понимала, как воспринимать возможную беременность. Потому что мысленно всегда ставила её наличие под сомнение. Я ведь не проверяла, тестов не делала. Вдруг, нет её? И это просто гормональный сбой. Но когда откидывала в сторону эти «вдруг» и «если», понимала, что занимаюсь самообманом. Что это, если не беременность? И в такие моменты я терялась. Полный раздрай и шок. А ещё страх. И страх этот по многим причинам душу выедал. Что узнает Сабир, и модно только догадываться, что последует дальше. Что сама не готова к такому. Потому что совершенно не план повала. Что не справлюсь, не вывезу. И все эти монотонные мысли заставляли уходить в себя и вариться в размышлениях. – Помнишь того, кого увидела на том приёме? Из-за чьего присутствия напугалась? Помню ли я? Можно в этом не сомневаться. Я не забывала. Я вообще хорошо помнила всё, что со мной произошло в этой стране. С самого первого дня по сегодняшний. К своему сожалению, помню… а предпочла бы забыть. – Да, Сабир. – ответив, ощутила нешуточное напряжение во всём теле. Будто не я минутами ранее млела от ласк мужчины и после, лежала в расслабленности, смакуя отголоски близости. – Теперь можешь не беспокоиться. Все виновные понесли наказание. Точка сбыта девушек закрыта. Многих уже удалось вернуть назад, домой. Первые эмоции – радость, восторг. Я мечтала, чтоб всех причастных наказали. Грезила этим. Чтоб за всё, что они делали, ответили. И они ответили. Но было ещё кое-что. Он сказал, многих отправили домой. Многих. Но не меня. И от этой несправедливости на глаза слёзы наворачивались. Я иногда думала, подари мне Сабир сейчас свободу, чтобы я с ней сделала? Я ведь мечтала о ней. Но одновременно с этим понимала, что и к мужчине прикипела. Смысл заниматься самообманом? Ни к чему это. Я уже давно что-то чувствую к шейху. Что-то, что пугало. Потому что не должна. Он меня купил как живой товар. Повелевал, принуждал. И по сей день удерживает. А мне так хочется свободы. Чтоб я сама могла принимать решения, где мне быть. И в чью пользу было бы это решение, будь у меня свобода, я не могу ответить. Запуталась. Но и проверить не могу. Потому что пленница. – Ты не рада? – приподнялся, упираясь локтём в матрас и заглянул в глаза. – Рада. Я очень рада. Я об этом мечтала. – ответила и слёз сдержать не смогла. Они смешались. Слёзы радости и слёзы обиды. И такая гремучая смесь получилась. Что невозможно разобрать, какие эмоции сильнее. – Тогда в чём дело? – Сабир, видимо, не такой реакции от меня ждал. Да я и сама не ожидала. – Просто ты сказал, что многих девушек вернули домой. Они обрели свободу и прежнюю жизнь. У них появилось право выбора. – набрав в лёгкие побольше воздуха, продолжила. – Ты меня купил так же, как покупали их. И сейчас ты призвал к ответственности тех, кто меня продал. Но те девушки свободны, а я по-прежнему нет. Даже не верю, что сказала всё это вслух. Набралась смелости и озвучила. – Я тоже хочу свободы, Сабир. Я тоже хочу решать, где мне быть. Самой выбрать своё место. – чувствовала себя эгоисткой. У тех девочек жизнь спасена. Они домой вернутся. А я зависть ощущала. Радовалась за них искренне и также искренне завидовала. Стыдно. А поделать с этим ничего не могу. Благодарна Сабиру и в то же время зла. – И что бы ты делала с этой свободой, Дарина? – Мне просто хочется домой. – говорила, а сама к нему жалась. К телу его разгорячённому, сильному, крепкому. – Я хочу, чтоб ты осталась. Насовсем. – предельно серьёзно ответил мужчина.