Глава 2

Ничего особо не хотелось делать. Да и зачем? Какое-то время бесцельно слонялась по дому. У меня все никак не хотели выходить из головы слова подруг о том, что я творю какую-то дичь. По сути, я с ними согласна. В обычной своей жизни я ни за что на свете не пошла бы на подобное, потому что трусиха еще та. Но в моем положении ни все ли равно от чего сдохнуть?

Я до жути боюсь высоты, скорости и всего такого, что вызывает адреналин. Всегда думала, что с возрастом и течением времени я перерасту свои страхи, но ничего подобного мне больше не светило. Времени практически не осталось. Возможно, кому-нибудь и покажется глупым и совсем недальновидным такое мое поведение, но прыгая с парашютом или карабкаясь на «скалу» в альпинистском центре, или несясь на скорости под двести на мотоцикле, я как бы «играла со смертью», бросая ей каждый раз вызов. Какая разница днем раньше или месяцем позже?

Настроение постоянно скакало из крайности в крайность. То я веселилась, как в последний раз, то грустила, как сейчас, закусив кулак до крови и разводя сырость. Паршиво осознавать, что где-то там наверху за тебя уже все решено и не за горами, так называемый финал.

Я начала самостоятельно убираться, пытаясь отвлечь себя от грустных мыслей, но поняла, что силы на последнем издыхании. Вызвала клининг, все же надо бы привести в порядок последствия вчерашних посиделок.

Невольно унеслась в воспоминания годичной давности. Именно тогда все и началось. Я, как сознательная гражданка, заботящаяся о себе и своем здоровье начала проходить ежегодное обследование. Обычно делов то было на полдня. Кровь сдать, плюс сопутствующие анализы, врачей обойти, благо я посещаю лучшую в городе частную медицинскую клинику, и очередей здесь в принципе не бывает. Работают все очень оперативно. Но в тот раз так быстро мне не удалось уйти из медицинского центра, потому что на одном из УЗИ у меня выявили опухоль, большую и некрасивую.

На меня, как будто ушат холодной воды вылили. Все звуки разом померкли, и я стала терять почву под ногами. Хорошо хоть лежала на кушетке в тот момент, а то точно бы шлепнулась в обморок. Я всегда думала, что такое бывает только в плохом кино или это может случиться с кем угодно, но только не со мной. Серьезно? Опухоль? У меня? У той, которая всегда радела за здоровый образ жизни и что толку? Итог все равно один? Да такого не может быть. Я все просила и просила врача проверить еще раз. Бывает же, что приборы барахлят? Попытка — не пытка.

Не в моем случае, как оказалось. Злокачественная опухоль левого яичника. Это в мои-то тридцать с небольшим. Зашкаливавший анализ крови подтвердил все опасения, и я пошла к страшному человеку по профессии «онколог». Для кого-то он был спасителем, но я не верила во все эти сказки, потому что пока шла, погуглила статистику. Она меня не обрадовала от слова совсем. Да и взгляд, скучающе-грустный, которым посмотрел на меня врач, говорил, мол, вам писец, девушка. Он все говорил и говорил, а я только и слышала: сделайте то и то, и только потом умрете. Или вот это и вон то, то протянете чуть дольше, но итог как бы один, все равно умрете.

И вот что я должна была предпринять в подобном положении? Если честно, то я в тот день в первый раз в своей жизни напилась одна, чуть ли не до поросячьего визга забыв напрочь про все условности. К чему они, если все, можно сказать, кончено?!

Я больше никогда не смогу завести семью, дооткладывалась, что называется. Довыбирала, осталась у разбитого корыта? Молодец Вера, так держать. Зато самостоятельная, ну куда деваться. Хотя с одной стороны это и хорошо, что у меня кроме подруг никого и нет, не считая мамы. Отец давно погиб, на мотоцикле разбился. М-да, мама, я крепко задумалась. Как же она будет жить, когда меня не станет? Не будет ли она себя винить в том, что случилось? Да, у нее все хорошо, в коей-то веки, личная жизнь наладилась, путешествует вот теперь, но это не отменяет того факта, что любому родителю тяжело терять ребенка. И как рассказать ей обо всем, я не имею ни малейшего представления.

Завибрировал телефон. Мама. Чувствует что ли, что я о ней думаю? Я с сомнением смотрела на разрывающийся аппарат и не могла решить, стоит ли сейчас брать трубку или нет. Настроение отвратное, а она скорее всего только в город вернулась и хочет поделиться впечатлениями. Будет звать в гости. Имею ли я право забирать у нее наши последние совместные моменты? Думаю, если я все же начну это делать, то с моей стороны это будет не совсем честно. Врач дал мне два года, один из которых уже прошел. И совсем не факт, что я протяну полностью весь следующий.

Провела пальцем по дисплею, ответив на вызов:

— Верунчик привет. Как дела? — начала тараторить мама мне в ухо. — Мы с Леней только вернулись. Заедешь в гости? Я по тебе очень сильно соскучилась. Привезла тебе сюрпризиков, — веселый голос родительницы заставил невольно улыбнуться. Она у меня такая вечно позитивная, с кучей бурлящей энергии и самым большим сердцем. Моя улыбка поникла, потому что я снова вспомнила о том, что скоро я сама и разобью ее большое любящее сердце. Черт. Ну почему именно у меня вылезла эта сраная опухоль?! — Дочь, ты там? Чего молчишь?

— Привет, — я постаралась не показать ей собственного отвратного настроения, но на то она и мама, что как бы я не старалась бодриться, она по голосу услышала, что не все ладно.

— Что случилось? — охнула она, и я чуть ли не буквально увидела, как она сейчас плюхнулась на стул в своей любимой кухне, ведь сто процентов, что она находится сейчас именно там.

— Ничего. С чего ты решила, что что-то могло случиться?

— Не юли! Я по голосу слышу. Рассказывай!

Может и вправду рассказать? Чего тянуть кота за яйца то? От правды все равно не убежишь, и моя опухоль уж точно чудесным образом не рассосется.

— На работе проблемы?

— Да нет. Тут все тип-топ, мам. Просто вчера с девчонками посидели, голова болит.

— А-а, — с облегчением в голосе протянула она. — Ну, это дело молодое. Приезжай, дочь и я тебе свой фирменный коктейль сбацаю, будешь, как огурчик уже спустя пятнадцать минут. Вон, Ленечка, порой переусердствовал на отдыхе и чересчур много на грудь принимал, так я его быстро в форму приводила.

— Ой, нет, мам. Вешалкой по голове я не хочу, — попыталась откреститься я, чем вызвала задорный хохот у своей родительницы.

— Ну с тобой то нам зачем нужны такие радикальные меры??? — хохоча спросила она меня. — Это только для Лени, чтобы ему жизнь малиной не казалась, а то, как на пенсию пошел совсем страх потерял, ирод. Устал он, видите ли.

Это мама, конечно, утрирует. Леонида Вадимовича она любила нежно и беззаветно, просто потому что он был тем самым, который подставлял свое крепкое, мужское плечо в самые трудные моменты ее жизни. Он был военным, красивым, здоровенным и смотрелись они, наверное, довольно комично, когда моя маленькая мама отчитывала седого мужика под два метра ростом, но делала она это сугубо тет-а-тет, ну и иногда при мне, но я своя, поэтому в расчет не берусь.

Сегодня они прилетели с очередных островов. Видимо дядя Леня не раз прикладывался к бутылке там, раз от родительницы последовала подобная реакция. Представляю я себе, какой это был отпуск. Хихикнула даже про себя.

Дядя Леня больше предпочитает спокойный и размеренный отдых, после стольких лет нервной и изнуряющей службы на благо отечества. Ему бы на пляже поваляться с книжкой или посидеть у бара под живую музычку, а маме, в свою очередь ближе взобраться на какой-нибудь вулкан или сплавится по горной речке. В общем, она плюс, а он минус, как-то так они и живут все время, уравнивая друг друга. Ради нее дядя Леня и подал в отставку, хотя мог бы и дальше служить в своем немаленьком чине. Генерал как-никак, а они бывшими не бывают. А сейчас, пока у них нет внуков. Ага, это я должна постараться, потому что у Леонида Вадимовича в свое время ни с кем не сложилось ничего серьезного, говорит, что маму всю жизнь ждал. Хорошо, что дождался. Ей будет на кого опереться, когда я уйду. А с внуками, видимо промашка вышла. Их уже точно не будет.

Снова скатилась в апатию.

— Дочь, ну мы тебя ждем.

— Может завтра?

— Завтра у тебя сто и одно дело снова будет, и ты не навестишь старика и меня, а мы, между прочим, скучали.

Вот как ей можно отказать? Один ответ: никак.

— Стрекоза, падай за руль и мчи к нам! Молока пару бутылок захвати, а то я с некоторых пор крепче него и чая ничего не пью, — непроизвольно начала хихикать, потому что в разговор уже влез дядя Леня и в своей категоричной манере начал говорить. Как бы ответ «нет», в данном конкретном случае уж точно неприемлем. — У тебя три часа максимум! Все, отбой!

Уставилась на телефон, где на том конце провода абонент уже отключился. Вот и поговорили. Ясно, тут без вариантов. Придется ехать.

Трубка снова завибрировала, оповещая о входящем сообщении.

«Никуда заезжать не надо. Я уже доставку продуктов оформила. Ждем к ужину. Не торопись. Целую. Мама».

Смешная она, не могу. Каждый раз подписывается, как будто письмо мне отправляет, а не обычное сообщение. Но все равно, так приятно.

В дверь позвонили. Наверное, девочки из клининговой компании пришли. Открыла им, описала фронт работ и удалилась в ванную, чтобы не смущать их. Все равно надо приводить себя в порядок, чтобы не появляться в таком виде перед родными, а то лишних вопросов уж точно не избежать. А они мне в данный период жизни вообще не нужны. Я сама еще ни с чем конкретно не разобралась. Одно только знаю точно, мне осталось жить не больше года.

Как не старайся не зацикливаться на данной мысли, все равно она не дает покоя. О каком покое может идти речь, если выхода нет? Как не скатываться в депрессию, если впору заказывать место на кладбище и выбирать гроб?!

Все, стоп, я не думаю об этом. Не думаю!!!

Постаралась переключить мысли на что-нибудь другое, более приятное. После осмысления всего прожитого, как оказалось таким моментов то не очень много. Да, я построила самое прибыльное рекламное агентство в городе, выбрав именно этот сегмент развития не просто так, потому что в век цифровых платформ и различных соцсетей, ну просто грех этим не воспользоваться. Креативь не хочу. Только кому оно достанется, когда меня не станет? Тьфу, я не думаю об этом. Ага, совсем не думаю, только через раз почему-то вылезают эти ненужные мыслишки. Зараза, как же бесит находиться в таком безвыходном положении.

Спокойная мелодия, доносившаяся из колонок ни капли не расслабляла, девчонки как-то чересчур громко сегодня убирались, настроение все катилось и катилось в бездну. Или я просто всем напрочь сегодня недовольна? Никто не виноват в том, что я встала не с той ноги. Промыла несколько раз голову, начала отчаянно тереть себя мочалкой, пытаясь тем самым стереть все дурные мысли.

Экран телефона засветился, и я увидела, что мне пришло сообщение. Искренняя улыбка озарила мое лицо, потому что я знала, от кого это сообщение. От него. От моей палочки-выручалочки, которая пришла в мою жизнь и окрашивала ее только яркими тонами, из раза в раз заставляя забывать о болезни. Тараса я знала чуть более трех лет, но первые два года мы общались исключительно на рабочие темы. Он обратился в мое агентство, дабы разрекламировать свой медицинский центр. Ну я и мои ребята и разрекламировали. Мы уж постарались, потому что привыкли свою работу выполнять на совесть. Теперь у Тараса самый популярный центр во всем городе с не самыми демократичными ценами, на мой взгляд, но народ есть и хозяин барин. Только ему решать, какие правила устанавливать на своей территории. М-да, кто бы мог подумать, что вот так все сложится.

Именно Тарас поймал меня заплаканной в своем центре, когда мне поставили неутешительный диагноз. Мне с одной стороны было неудобно так распускаться при нем, но блин, я ничего не могла с собой поделать и еще битый час рыдала на его плече. После того случая он как-то ненавязчиво чуть ли не прописался в моей жизни изо дня в день, стараясь вытащить меня из апатии. И у него это получалось. У нас были такие, необременительные отношения, которые устраивали обоих. Он всегда за любой кипишь, кроме голодовки и никогда не лезет в душу, что немало мне импонировало. С его подачи я и начала творить всякую дичь, как выразилась подруга. Довольно быстро мы перешли и в горизонтальную плоскость. Почему бы и нет? Все равно мне мало что осталось терять, а время так стремительно течет. Только вот последние пару месяцев было вообще не до этого, то на работе запарки, то желания никакого.

Бывали случаи, когда он кидал недвусмысленные намеки, что был бы не против узаконить наши отношения. Я не понимала только зачем?! Он призывал меня бороться и пробовать новые методики лечения, ведь медицина не стоит на месте. Но опять же зачем попусту тратить время и деньги?! Я не понимала и не понимаю до сих пор. Чаще я отмалчивалась, когда речь заходила о моем лечении, но это удавалось не всегда.

Тарас просто не был в моей шкуре, да и не желаю я ничего подобного кому-либо пережить. В общем, нам не понять друг друга в этом вопросе, наверное, никогда. Сказав близким людям, что улетаю на отдых, сделала операцию, прошла курс охренительно тяжелой терапии. Но толку ноль. Не помогло. Опухоль вернулась очень быстро. Зря только ложилась под нож. Зря меня выворачивало наизнанку столько времени. Может я и не хочу рассказывать никому в каком, хм, безвыходном положении я оказалась, потому что родные и подруги будут заставлять бороться. А я не хочу. Не хочу и все тут. С меня и одного раза хватило. Это просто невыносимо. Как вспомню, так начинаю вздрагивать. На фиг, сколько отмеряно, столько отмеряно, главному Боссу на небе, видимо, виднее. Значит, так все и должно было сложиться.

Но невольно каждый раз в голову закрадывается вопрос. А зачем тогда я жила? Для чего? Чтобы найти подруг? Закончит университет? Опечалить мать своим уходом? Зачем?

Потрясла головой, снова пытаясь выкинуть все дурные мысли из нее, а то таким макаром и от тоски можно помереть. Будет обидно.

Вылезла из ванной и мой взгляд упал на собственное отражение в зеркале. Да уж, похудела я сильно и имею вид побитой собаки. Надо накраситься посильнее и вещи какие-нибудь объемные надеть, чтобы маме так сильно в глаза не бросался мои изменения, а то у нее глаз-алмаз, любую мелочь примечает.

Обмоталась полотенцем и взяла в руки телефон.

«Красота моя, как дела? Встретимся? У меня для тебя сюрприз», писал Тарас.

Но что-то сегодня я была не в настроении, и мне не очень-то хотелось портить его ему.

«В другой раз. Ужинаю с родителями».

На такие сообщения, он, как правило, не отвечает. Собственно меня такой расклад ничуть не расстраивает. Тарас мне ничем не обязан.

Пока я собиралась девчонки уже успели закончить с уборкой. Все сияло и блестело, и даже немного пахло лимончиком. Мне нравится. Расплатившись с ними, мы распрощались на доброй ноте. Взглянула на часы. По идее еще рано выезжать, но и дома сил нет никаких, сидеть просто так. Лучше прокачусь. Заеду в любимую кофейню и возьму себе чашечку крепкого кофе. Да и продуктов не помешало бы прикупить, вынесла вердикт, осмотрев своего небогатого съестными припасами стального друга. Взгляд скользнул по баночкам с таблетками, прием которых я пропустила с утра. Блин. Выпила их и направилась к выходу.

Бесцельно колесила по городу добрых пару часов, проветривая мозги. Помогло. Я люблю водить автомобиль, это доставляет мне истинное наслаждение. Знакомые с детства улочки мелькали за окном. Город уже надевает свой праздничный наряд, повсюду начинают подмигивать мне огоньки гирлянд и настроение сразу становится каким-то предпраздничным. Оно и понятно, через месяц уже Новый год. Мой любимый праздник.

В хорошем расположении духа я приехала к родителям. Мама встречала меня на пороге их дома с широкой улыбкой.

— Ой, Верунчик, я что-то так устала. Сил моих нет, — всплеснула она руками, усаживая меня сразу же за стол.

— Куда они у тебя делись? Ты же только что из отпуска вернулась.

— Вот именно. А такое ощущение, что и не отдыхала вовсе. Столько дел, столько дел, ужас просто. Вещи распакуй, продуктов добудь, поесть приготовь, все постирай. А этому что? — кивнула она на выход из кухонной зоны. — Только бурчит ходит, что я всякой ерундой занимаюсь.

Я хихикнула и ответила:

— Ты так говоришь, как будто тебе на охоту необходимо сгонять по-быстрому, укокошить какую-нибудь зверюшку, разделать ее и приготовить. Да и стирать тебе же не в проруби надо в ледяной воде, а в автомате. Закинула все туда, делов то на пару минут. Потом только достать. Дядя Леня правильно делает, что бурчит. Ты ж неугомонная у нас. Тебе все надо самой, да самой.

— Ой, да ладно, — шутливо отмахнулась она от меня. — Ты хоть только не начинай. Не надо меня беречь. Я еще ого-го-го. Что я немощная что ли?12727c

— Ладно. Как слетали то?

— Ой, Дочь, хорошо. Просто замечательно, только одна булка ленивая постоянно не хотела выходить за территорию виллы. А мне уже на третий день осточертели эти кудахтанья местных птичек и так называемая романтика. Ну ничего, мы таки нашли компромисс.

— Даже не буду уточнять какой, — хмыкнула в ответ я.

Ужин прошел в таких родных шутливых перепалках, смешных историях про отпуск. И меня окончательно отпустило. Я смеялась, как заведенная. Вот моя мама не может без приключений. Дяде Лене с ней точно скучно никогда не будет.

В приподнятом настроении я уезжала от них, прямо как-то так хорошо мне было, просто не передать словами. Заехала по пути в супермаркет кидая в тележку все то, что не вызывало тошноты. Это уже мое перманентное состояние, но все равно к нему тяжело привыкнуть. Интересно, оно когда-нибудь закончится? Конечно, закончится, ответила я сама себе. Нет-нет, только не думать об этом. Вера, не порть сама себе настроение.

У родителей я пробыла несколько часов, и на улице уже успело стемнеть. Дороги подморозило. Надо быть аккуратнее, а то много автомобилистов только и делают, что «целуются» в это время года. Не хотелось бы пополнить их ряды.

Не успела я выехать на главную дорогу с парковки, как почувствовала резкую боль в области таза с левой стороны. Господи, только не сейчас. Ну пожалуйста! Боль усиливалась так интенсивно, что аж голова закружилась, и цветные мушки начали мелькать перед глазами. Воздуха не хватало. Резко дала по тормозам, чтобы не вписаться никому в зад. Но я поздно об этом подумала, потому что кто-то в свою очередь, уже успел поцеловать мой. Меня по инерции качнуло вперед, и мне в лицо прилетела подушка безопасности. Да чтоб тебя. Неужели удар был такой сильный? На автомате начала сжимать пальцы рук и ног. Чувствую. Фух, все чувствую, значит, жить буду, как бы «смешно» это не звучало именно из моих уст. Болевой приступ начал сходить на нет. Хоть что-то.

Еще какое-то время приходила в себя, но внезапно кто-то затарабанил в мое окно, заставив вздрогнуть. Открыла дверь, шмыгнув носом. Неужели еще и простудиться успела?!

— Ты? — очень удивился мужчина заметив меня за рулем. Сейчас начнутся гендерные предрассудки. А я его даже рассмотреть нормально не могу. Перед глазами, как туман какой-то. — Ты! Курица безмозглая, где ты права покупала?! Кто тебя вообще так ездить учил??? — возмущался незнакомый мне мужчина. — Выходи, давай, и полюбуйся, что натворила. Бог мой, да это же не моя машина даже. Что я скажу ее владельцу?

— Я оплачу ремонт. Не переживайте Вы так. Страховую надо бы вызвать еще.

— Оплатит она, — буркнул он себе под нос. — Да он же мне голову открутит за такое, — почесав затылок, выдал элегантный красавец в деловом костюме.

— Кто открутит то? — опираясь на свою машину, я таки дошла до заднего бампера. М-да, дело дрянь.

— Не истерите Вы так. Никто же не пострадал.

— Ага, никто. Если не брать в расчет мои пошатнувшиеся нервные клетки и наверняка открученные яйца. Ну как так то? Ты куда смотрела вообще?

— Извините. Я не специально, — не говорить же любому незнакомому человеку, что меня приперло так, что мочи нет.

— Не специально она.

Нервный то какой мне попался товарищ. Ужас просто.

— Вообще-то это Вы поцеловали мой зад, а не я Ваш.

— Сорри детка, но этого к моему великому сожалению еще не успел сделать.

— Что? — возмутилась я от негодования. — Да как Вы смеете? Кто Вас учил водить? Не знаете разве, что необходимо держать дистанцию?!

— Дистанцию? Ты серьезно? Клуша, ты виновата в аварийной ситуации и теперь хочешь все стрелки на меня переложить?! Ну уж нет! Пиши расписку, что сама накосячила! У меня нет времени дожидаться тут пока полиция приедет, а потом страховщики.

— Ничего я писать не стану! Либо делаем все, как полагается, либо катитесь Вы, куда хотите. Своей вины не отрицаю, но ничего писать уж точно не собираюсь.

— Да ну тебя, припадочная. Одни проблемы только с тобой.

Махнул рукой на меня расстроенный мужик и сел в машину, удаляясь. И что, на этом все? Как-то неудобно получилось. Машина в меня врезалась явно недешевая. Мужик весь на нервах, походу водителем работает, раз так распереживался. Согласна, приятного мало от такой ситуации. Но чего так возмущаться и обзываться к тому же?!

Посмотрела в след удаляющемуся джипу, не понимая, что делать то. То ли гаишников вызывать, то ли домой ехать?! Левый бок еще немного покалывало.

— И ты тоже, вовремя «дал прикурить». Что ты меня все мучаешь то? — обратилась я к своему яичнику, будь он не ладен.

Мужик не возвращался. Я дала ему несколько минут, вдруг на нервах просто укатил. Но он даже и не думал показываться походу. Странный какой. Я ж сказала, что все оплачу, а он по газам дал. Ну и ладно, захочет — найдет меня, а он это точно сделает, потому что я, кажется, задолжала ему немаленькую сумму денег за ремонт. Судя по врезавшейся в меня машине, точно придется раскошелиться и найти уже себе водителя, потому что кто его знает, когда еще случится вот такой вот приступ. Так и разбиться недолго.