Глава 11

Мы сидели вдвоем, прижавшись к холодной каменной стене, и наши тела дрожали от страха. Я и рыжая. Когда спросила ее имя она ответила, что это не имеет значения и его больше у нее нет. Я боялась сломаться точно так же, что и мое имя тоже перестанет иметь значение. Боль. Вот что я ощущала постоянно. И если бы она была физической я бы пережила ее намного легче. Весь наш отсек был пропитан ужасом, как будто сама тьма обитала здесь, среди нас. Тусклый свет, пробивающийся через узкие окна высоко под потолком, лишь подчеркивал мрачность этой тюрьмы, превращая каждую тень в угрожающее напоминание о том, что могло произойти в любой момент. Недавно кто-то вынес труп темноволосой девушки, и этот жуткий акт только усиливал наше отчаяние. Мы не знали, кто это был, но понимали, что за стеной произошло что-то ужасное. И я знала что…ведь на полу остались следы крови. И на носилках под простыней даже не угадывалось тело человека. За стенкой не было моего Вахида, там находилось чудовище, потерявшее все человеческое в себе. Он больше не был императором, а просто монстром, для которого жизнь других не имела никакого значения. Он трансформировался, превратился в какое-то существо, неведомое мне. Ту первую ночь я никогда не забуду. Я снова и снова вспоминала как Вахид уволок темноволосую, и мы сидели в ужасе, слушая стоны и крики, доносившиеся из его отсека. Эти звуки разрывали мою душу, причиняя нестерпимую боль. Я пыталась понять, как человек, которого я знала, мог стать таким. Как он мог утратить всю свою человечность и превратиться в монстра. «А может быть он был монстром только ты не хотела этого признавать. Что он делал с жертвами в столовой? Что он сделал с тобой когда обвинил тебя в измене? Ты не помнишь?» Я помнила…Простила, но помнила. И не для того, чтобы упрекать, ненавидеть и жалеть себя, а чтобы понимать кого я люблю. Вопреки всему. Даже сейчас…даже тогда, когда он разодрал за стеной невинную девушку перед этим насилуя ее. Днем мы впали в какой-то короткий сон, нам принесли поесть. Довольно роскошный обед какого я не ела уже очень долго. Утолив голод я уснула. Мне снился мой маленький Вахид…снилось как я тяну к нему руки, как прижимаю к себе, как целую ее крошечное личико. Мне не хотелось просыпаться…но меня вырвало из дремоты рычание и стон моей соседки. Я распахнула глаза и вскочила на матрасе. Вахид схватил за волосы рыжую и потащил в свое логово. Я сидела, вжавшись в стену, и наблюдала за этим с ужасом и беспомощностью. Я знала, что её ждёт. Её крики и стоны, доносящиеся из его отсека, были еще мучительнее, чем в первую ночь. Они пробивали мою душу, превращая каждый миг в невыносимую пытку. От ее криков меня начало рвать, выворачивать наизнанку. Я умирала вместе с ней, я вместе с ней превращалась в существо, которое тоже не хочет знать своего имени. Потому что это самый страшный кошмар знать что твой мужчина насилует и убивает несчастную жертву почти у тебя на глазах. И скорей всего ты будешь следующей. Ведь он больше не помнит тебя. Утром я проснулась одна. Как вынесли то что осталось от рыжеволосой мне посчастливилось пропустить. Я чувствовала себя полностью одинокой и беззащитной. Дикий страх заполнил моё сердце. Я смотрела на пустые матрасы, которые недавно занимали другие женщины, и не могла поверить, что теперь я осталась одна. За стеной Вахид завтракал. Я слышала, как он ест, его жадные звуки становились для меня невыносимыми. Он рвал мясо зубами, не обращая внимания на то, как это выглядело. Он стал диким зверем, и это понимание сводило с ума. Мои глаза закрылись. Слезы исчезли. Их больше не было. Они высохли и теперь текли по моему сердцу кровавыми дорожками. Внутри словно все подыхало. Только одержимая любовь к моему монстру никак не могла исчезнуть, сгореть, испепелиться. Сегодня мне так хотелось больше не любить его…избавиться от этого сумасшествия, сбежать и жить ради нашего сына. Но я бы все равно не смогла. Он мое проклятие и я сдохну в его объятиях или у его ног. Такова моя судьба. Я лежала на своем матрасе прислонившись лбом к холодной стене. Мои глаза были закрыты. И я не знаю сколько времени прошло. Возможно несколько часов. Мое тело кажется горело как будто я больна. Я была снова голодна… а в маленьком окне под потолком сияла круглая полная луна. Кажется волчица внутри меня встрепенулась…она не была задушена препаратами окончательно. Она чувствовала голод…мучительный и очень сильный. Такого раньше не было. Когда оборотень умирает от голода и жажды? Сколько времени ему нужно чтобы иссохнуть? Кажется трое суток…Если мой палач не тронет меня и не убьет раньше. У меня начались первые судороги. Очень тошнило и хотелось рвать. Только теперь от голода. Дверь открылась и мне швырнули живого кролика. Как будто знали чего я хочу… - Странно, какого хрена ее кормят живым мясом? Разве они не принимают препараты? Я слышала их сквозь туман и марево. Мой мозг улавливал движения животного и внутри разгорался дикий рев. - А хер его знает. Волк приказал. Сказал дать живое. - С каких пор его это волнует? Зачем она ему? - Трахать будет зачем же еще? - Он же всех их раньше жрал. - А эту хочет трахать. Да мне насрать…хотя я бы сам ее трахнул. Таких красивых у нас еще не было. - Только тронь и Волк с тебя шкуру снимет. Не знаю как я поймала несчастного кролика. Я молила его о прощении и мое сердце сжималось от жалости, но голод был сильнее меня. Когда-то Регина научила меня глушить жалость и угрызения совести. «Мы хищники, у нас нет другого выбора. Иначе ты начнешь убивать людей. Станешь людоедом. А так считай ты питаешься тем же мясом, что и человек, просто сырым». Я упала на матрас чувствуя удовлетворение после трапезы, разомлев и прикрыв глаза, вся перепачканная кровью. Ночью я не могла уснуть. В голове крутились мысли о том, что может произойти, если Вахид выберет меня следующей. Я представляла себе все возможные ужасы, и эти образы заставляли меня содрогаться от страха. Я не была уверена, что смогу выжить. Я не была уверена, что смогу сохранить свою человечность в этом аду. Но он ко мне не пришел. Он совсем не пришел в свой отсек.