Глава 19

Ангелина

Гостиная роскошного трёхэтажного особняка поражала своим великолепием, впрочем, как и весь дом, с выставленной многочисленной охраной по всему периметру. Впервые видела подобное. Как-то у нас на острове, да и в стае, всё попроще. Обычные коттеджи или небольшие дома. А это…

Я только и могла, что застыть посреди комнаты, где меня оставил дожидаться возвращения сам Рафаэль, и чуть ли не с приоткрытым ртом рассматривать лепнину на потолке, да окружающую обстановку. Конечно, старалась излишне не проявлять своё любопытство, но это было сильнее меня.

Длинный диван, камин, кресла и всё прочее интересовали мало. А вот лестница — витая, с золотыми перилами и хитро переплетёнными между собой прутьями…

Не удержалась и провела по ней пальцами, чувствуя подушечками холод металла. Но это что… Терраса с видом на зеленеющий сад покоряла одним своим видом. И манила, манила, манила… И снова я не удержалась и позволила себе вольность выйти на неё.

Луна, как красиво!

Повсюду росли деревья, были высажены высокие ровно подстриженные кусты, а вдоль стен виллы посажены разнообразные цветы. Последние испускали умопомрачительный сладкий аромат, который буквально обволакивал и сводил с ума.

Захотелось скинуть обувь и сойти на одну из многочисленных каменных дорожек, уходящих вглубь сада, теряющихся в густых зарослях. Солнечные лучи играли на листьях, делая их зелёный цвет более сочным и светлым. В контрасте с остальными, что терялись в тени, получалась дивная глубина увиденной картины.

Просто сказка!

Потерявшись в своих мыслях и эмоциях, нежась в солнечных лучах, слушая шелест листвы, птиц и насекомых, пропустила момент, когда моё уединение было нарушено.

— Смотрю, ты почти освоилась, — донеслось задумчиво тихое от Рафаэля.

Оборотень остановился за моей спиной в полушаге, сложив руки на груди.

Не стала зацикливаться на его эмоциях, просто улыбнулась, на мгновение зажмурившись, и кивнула.

— Удивительно волшебное место, словно в иное измерение попала, — проговорила, вновь и вновь вдыхая ароматы сада. — Столько цветов… В жизни ничего подобного не видела. Я даже не все их знаю. Точнее, только розы и знаю, — уточнила с весельем.

Наверное, сейчас мне ничто не могло испортить настроения. Хотелось радоваться и смеяться. А ещё стоять так вечно. И даже оборотень за спиной не смущал, как прежде. Наоборот, он как последний штрих завершал эту дивную картину, раскинувшуюся перед нами. Впрочем, кое-чего хотелось ещё больше…

— А можно… — начала, но тут же замялась и обернулась к нему. — Погулять по саду? — всё же решилась попросить его о прогулке. — Или работа не ждёт? — вспомнила о насущном, кинув взор на видневшийся в дверном проёме кусочек интерьера гостиной.

— Немного времени у нас есть, — тепло улыбнулся Рафаэль.

Едва сдержала порыв запрыгать и с радостным визгом захлопать в ладоши. Лишь ещё шире улыбнулась ему, а после вовсе нагло скинула с себя обувь, с блаженным стоном ощутив под ногами ровную поверхность, и сбежала вниз по лестнице, осторожно ступая на траву. Мягкая, пружинистая, она приятно щекотала кожу, а тёплая земля согревала всю меня изнутри. Подошла к первому цветку и вдохнула его аромат. Необычный. Ярко-синие мелкие соцветия неожиданно напомнили глаза моего начальника.

— Это генциана.

— Угу, — промычала довольно, тут же переключившись на разглядывание других растений.

— Это, кстати, тоже роза. Альпийская, — кивнул в сторону густого раскидистого кустарника с нежно-розовыми цветами. — А это — аквилегия, — продолжил перечислять, когда мы поравнялись с хрупкими белыми соцветиями с жёлтой сердцевиной.

— Вы что же, прям все-все названия цветов знаете? — не могла не удивиться, погладив по лепесткам очередной бутон, и переключилась на небольшое деревце с яркими эффектными алыми листьями.

— Бересклет, — пояснил Рафаэль, через короткую паузу вернувшись к моему вопросу. — Не все, но большинство, — по новой улыбнулся, правда вышло с оттенком грусти. — Моя мама очень любила садовые цветы. Когда я был маленьким, как привязанный за ней таскался повсюду, пока она занималась ими… вот и запомнил.

— В жизни бы не подумала, — хмыкнула я, а после по какому-то наитию взяла его за руку и потянула дальше вглубь сада.

Наверное, просто захотелось его поддержать, уж слишком грустным он выглядел, и мне отчего-то это не понравилось. Вряд ли я смогу его развеселить, но, может, отвлечь получится.

— Канна — цветок без запаха, — продолжал рассказывать Рафаэль. — Это гейхера, — кивнул в сторону растения с крупными листьями, различной комбинации кремовых и серебристых оттенков. — Лаватера, — дал название кустарнику с травянистыми стеблями и крупными желтыми цветками, собранными по несколько штук в соцветия.

Он снова и снова называл каждое из растений, пока я поражалась его памяти. Вот я бы в жизни не запомнила их все — точно. Тут же их целая туча!

— А я в океане постоянно пропадала, — заговорила немного погодя, так и не выпустив его руки, продолжая осматриваться с искренним восторгом. — Мне нравится наблюдать за жизнью на дне. На суше всё-таки не так интересно, да и изучила я дома всё довольно быстро. А вот морские жители… Они всегда передвигаются, сменяя друг друга. За ними интересно наблюдать. А ещё многие актинии и кораллы красивей любого цветка. Но это надо видеть, на самом деле. А ещё меня ни животные, ни птицы, ни насекомые, ни рыбы не боятся, — похвасталась. — А хотите в следующий раз, если вдруг доведётся вместе искупаться, поплаваем на глубине? — обернулась к нему, мысленно поражаясь собственной смелости.

Рафаэль тоже удивился. Правда, эмоция, промелькнувшая в его глазах, быстро пропала, а на смену ей поселилась неподдельная заинтересованность.

— Очень… хочу, — чужая ладонь в моей руке сжалась чуть крепче.

— Договорились, — кивнула радостно и направилась дальше, правда, ладонь всё же забрала.

Слишком личным вдруг показался этот жест. Доверительным. Я и сама не понимала, почему захотелось увеличить дистанцию. Не из-за опасений или страха. Нет. Скорее, наоборот. Я вдруг поймала себя на мысли, что мне приятно с ним вот так идти, словно это уже было много раз. Слишком естественным показалось чувствовать тепло его прикосновения.

Или уже привычка выработалась?

Отвлекло меня от самокопаний внезапное появление беседки, увитой цветущими лозами. Внутри оказалось просторно, а скамейка, обитая подушками, так и манила присесть на неё. Правда, я не стала заходить внутрь, остановившись у входа. А дальше… Это не я. Это мой переработавший мозг, видимо, решил, что ему пора немного отдохнуть. Иначе бы я точно никогда не задала подобного вопроса своему спутнику.

— Скажите, а вы никогда не думали о том, что ваша невеста может быть в вас влюблена?

Внимание я сосредоточила на розовых бутонах, пристально разглядывая каждую прожилку на каждом лепестке.

— Скорее, был уверен, что ей глубоко плевать на моё существование, — отозвался, спустя небольшую паузу Оливейра.

Невольно хмыкнула на его слова, вспомнив вырезку из журнала, которую в своё время хранила под подушкой.

— Как одна моя родственница не скажет, маленькие девочки склонны придумывать себе много чего ненужного, — обернулась к нему, прижавшись спиной к деревянной балке, и посмотрела в бирюзовые глаза стоящего рядом. — Особенно, когда им постоянно читают сказки про всяких принцев, — не удержалась от ухмылки, надеясь, что вышла она не слишком горькой. — Ей ведь наверняка говорили, что у неё есть жених? Лично я бы, наверное, олицетворяла его как раз с тем самым принцем.

А у самой внутри всё замерло в ожидании ответа.

И зачем я завела этот разговор?

Решила вспомнить детство?

Глупость какая!

— Знаешь, — альфа шагнул ближе, ухватившись за ту же балку, к которой прислонилась и я сама. — Я не очень силён в том, что может твориться в голове у маленьких девочек, — склонил голову, пристально рассматривая меня, будто впервые видел. — Но, если бы моя невеста была здесь, обязательно бы поинтересовался на этот счёт. Как думаешь, познакомившись со мной в реальной жизни, по-прежнему бы считала также?

— А ещё маленькие девочки имеют привычку вырастать и израстать свои иллюзии, — постаралась сдержать дрожь в голосе.

Сердце никак не хотело успокаиваться и, казалось, наоборот, ещё быстрее забилось, стоило мужчине приблизиться ко мне вплотную. Хотя куда уж быстрее. И без того готово было вот-вот выпрыгнуть из груди. И снова не получалось отвести от его взора своего.

— А на мой вопрос ты так и не ответила, — склонился он ближе, приподняв бровь в явном ожидании.

Принц?

Нет. Скорее уж, Цербер!

Но ведь так даже интереснее, да?

Наверное…

— Я ответила, — криво ухмыльнулась своим мыслям. — На мой взгляд, иллюзии рано или поздно развеиваются, а детская влюблённость не слишком долговечна. Но я сужу по себе. Кто знает, может, вам повезло, и ваша невеста всё ещё пребывает в плену своих детских фантазий и надежд, — деланно безразлично пожала плечами, шагнув прочь от беседки и оборотня, чтобы скрыть своё смятение.

Не стоило задавать ему эти вопросы. Но меня будто кто-то дёрнул, вернув на двенадцать лет назад. А может, это солнце виновато, в лучах которого Рафаэль внезапно показался тем самым принцем из моих снов, который надевает мне туфельку на ногу.

М-да… глупо получилось.

Ещё надумает себе чего… ненужного. Для меня.

Так и не призналась ведь в обмане. Да и Рафаэль, похоже, не понял намёка.

— Повезло или нет, то всё равно ни черта не изменит, — донеслось мне в спину приглушённое.

Кто бы сомневался…

Грустно улыбнулась, раз уж он всё равно не видит моего лица, а после нацепила выражение отстранённой доброжелательности, тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли, и только тогда обернулась к нему.

— Нам пора работать, синьор Оливейра, — произнесла деланно ровным и даже деловым тоном. — Да и это всё меня никоим образом не касается. Извините, что завела этот никому ненужный разговор. Сама не знаю, что на меня нашло. Такого больше не повторится.

На деле же готова была разрыдаться, как когда-то в прошлом, когда поняла, что моему жениху и дело нет до меня. А ведь я долго ждала, что он всё-таки приедет ко мне, представляла нашу встречу. В какой-то момент в итоге вдруг всё перегорело. Тем нелепее вся эта ситуация и моя реакция. Захотелось повторить любимое папино выражение, очень хорошо вмещающее в себя описание всей ситуации, но не стала. Вслух не стала, а вот мысленно от души так выругалась.

— Пора нам работать или нет — я сам решу, — неожиданно резко отреагировал оборотень, взглянув на свои часы. — Обед уже подали. На террасе. Иди, — закончил приказным тоном.

— Как скажете, — отозвалась глухим голосом и чуть ли не бегом отправилась в указанном направлении.

Вот только обедать совсем не хотелось. Обулась и спросила у первой проходящей служащей, где уборная, а после заперлась там, и уже там дала волю беззвучным слезам, сидя прямо на кафельном полу, прислонившись спиной к двери. Смотрела в стену напротив, не видя той, а перед глазами стоял бирюзовый взор Рафаэля и его резкий голос. Да и что говорить, чувствовала вину за свою несдержанность.

— Вот же… дура, — отругала себя шёпотом.

И почему-то всё своё разочарование от этого разговора перенесла на свою сестру и его пару. Не привези они меня сюда, жила бы себе и дальше спокойно, бед не знала. Глупо, конечно, обвинять их за собственные поступки.

Стукнула раскрытой ладонью по холодному кафелю, а следом до кучи ещё и затылком о дверь побилась. Только никакого облегчения эти действия не принесли. В итоге, тяжко вздохнув, поднялась обратно на ноги и решительно вытерла слёзы со щёк.

— Так, ладно, — проговорила сама себе приободряюще, глядя в зеркало, — ничего страшного не произошло, чтобы реветь. Просто нервы. Новое место, встреча с Рафаэлем, этот обман, сегодняшнее убийство… Вот и переклинило.

Да, точно. Так и есть.

Собравшись с мыслями, умылась и, пару раз вдохнув и выдохнув, вернулась на террасу.

Моего жениха на ней не обнаружилось, а на вопрос, где он, всё та же девушка, которая показала уборную, сообщила, что Рафаэль просил его не беспокоить. И снова я ощутила себя виноватой перед ним. Ясное же дело, что наш разговор ему не понравился. Точно, дура. Захотелось найти его и извиниться, но сейчас я сама только себя собрала, не хотелось бы снова всё испортить тем, что эмоционально нестабильна. В конце концов, он ни в чём не виноват.

Правда, солнце стало уже клониться к закату, а Рафаэль так и не появлялся. Я по-прежнему сидела на террасе, глядя на постепенно темнеющее небо, думая, что, кажется, я загостилась, и раз уж работы сегодня не предвидится, то можно смело отправиться в отель.

— Покидать периметр запрещено, — возник на пути здоровенный оборотень, даже не дав подойти к воротам, остановив меня чуть ли не у самого крыльца парадного входа.

Помимо него, поблизости было ещё таких же — не меньше двенадцати. Куда больше, чем днём.

С тоской посмотрела на виднеющийся впереди высокий забор.

— Совсем запрещено? — уточнила, склонив голову набок.

— Совсем, — кивнул охранник.

— А если всё-таки уйду? — продолжила прощупывать почву.

С чего мне вообще запрещено уходить?

Стоящий напротив окинул меня обречённым взглядом.

— Не советую, — отрезал холодно. — Вернитесь в дом, синьорита.

Мне стало так весело, захотелось подразнить этого сурового волка. Уж слишком он серьёзный.

— И что будет? — сделала шаг вперёд.

Тот тяжело вздохнул.

— Вернитесь в дом, синьорита, — с нажимом повторил охранник.

Те, что были неподалёку от него, заметно напряглись.

— А если не вернусь? — сделала ещё один шаг.

Мой немногословный собеседник поджал губы, явно сдерживая напрашивающиеся ругательства. Судя по его физиономии, ни о чём другом он уже и не думал. Тяжко вздохнула и перестала строить из себя дурочку.

— Что, и с вами тоже нельзя? — уже без надежды на положительный ответ поинтересовалась.

— С ними — тем более, — раздалось сбоку насмешливое. — Дави, расслабься, я сам, — обратился к охраннику подошедший Николас. — Пожалей несчастных, наш Альфа с них три шкуры потом спустит в случае чего, — обратился вновь ко мне.

Только сейчас обратила внимание на припаркованный неподалёку мотоцикл. Судя по тому, что в руках оборотень держал шлем, на нём он и приехал незадолго до моего появления.

— За что? За то, что не бросили одну и проводили до… дома? — хмыкнула недоверчиво, с интересом рассматривая его транспорт.

На мой вопрос мужчина слегка поморщился.

— С каких это пор отель стал считаться домом? — задал встречный вопрос, самым наглым образом подхватив под локоть и увлекая за собой в сторону виллы.

— Жизнь зла, — заявила бездумно, с тоской глядя на мотоцикл. — Николас, а прокати, а? — попросила, затормозив уже на входе в дом.

— Не могу, драгоценная, — виновато улыбнулся оборотень. — В другой раз, ладно? А то периметр виллы, и правда, закрыт. По приказу нашего Альфы. Слишком уж за своего любимого племянника беспокоится. Всем, кто ослушается, скорее голову снимут, чем помилуют, — хмыкнул, поднимая голову, рассматривая тёмные стёкла дома. — А где Рафаэль? — перевёл тему.

И вот тут более-менее выровненное настроение скатилось обратно до отметки минус.

— Не знаю, — виновато опустила голову. — Кажется, я его расстроила, — схватила себя правой рукой за левое плечо.

— Ты? — удивился оборотень. — Это чем же?

— Разговор неудачный затеяла, — призналась со вздохом. — По поводу его невесты. Кто же знал, что он настолько дорожит своей свободой, что ему даже упоминание о возможной влюблённости той не понравится, — буркнула единственно пришедший в голову вывод странной реакции Рафаэля.

— По поводу влюблённости его невесты? — переспросил Ник, явно озадаченный подобным раскладом. — Ничего себе у вас разговорчики… — по-новой оглядел окна виллы, болезненно скривившись. — А свобода тут точно не причём. Уверен, ты его неправильно поняла, — дополнил рассеянно, прислушиваясь к чему-то.

— Да я просто спросила… — задумалась над его последними словами. — В любом случае, неудачный вышел разговор. Да и ты же сам говорил, что он убеждённый холостяк, а если прибавить к этому тот факт, что с невестой он до сих пор не знаком, то напрашивается соответствующий вывод. В общем, я бы извинилась, но с тех пор так и не видела его. Он ушёл куда-то и не вернулся. Служащие ваши тоже мне не сообщили о его месте нахождения. А мне надоело торчать на террасе.

— Ну-у-у… — протянул ответно Николас. — Дальше этого места он всё равно не денется никуда, так что найти его не так уж и трудно. Было бы желание, — подмигнул мне и потащил за собой в дом.

— Желание, может, и есть, но я же не могу просто пойти и искать его по всему дому? — проговорила с укором ему. — Как-то это… не знаю. Мне это показалось слишком наглым. Не дома же. А ты знаешь, где он, да? — посмотрела на него с подозрением.

Отвечать мне на этот раз ничего не стали. Вместо этого Николас улыбнулся и потащил за собой вглубь дома.