Глава 3

Ангелина

— Вот же… коз-зёл! — прорычала, громко захлопнув дверь номера за собой. — Не угрожает он, видите ли! Ага, как же! Просто так, можно подумать, намёки кидает! — направилась в сторону ванной.

По пути стянула с себя платье и отшвырнула в сторону. За ним последовал верх купальника. Трусы я уже бросила на кафель возле душевой кабины, куда и залезла тут же, настроив ледяной поток. В последний момент вытащила линзы из глаз, убрав их в специальную коробочку.

В венах будто жидкий огонь тёк вместо обычной крови. Эмоции кипели, требуя выхода. И даже холодная вода не помогала остудить разум. Чем больше вспоминала его слова, тем сильнее заводилась. Сейчас бы лучше как раз в океан окунуться или в волчьем обличье пробежаться, но ни того, ни другого сделать, увы, не могла. И это бесило ещё больше.

Зачем я только согласилась на это всё?!

Мы вместе пробыли всего часа два, не больше, а уже вывели друг друга из себя. Зато лишний раз убедилась, что замуж за этого напыщенного индюка, не понимающего шуток, — точно не хочу! Пусть катится лесом-полем и ищет себе другую невесту! Тем более, у него, уверена, в телефоне целый список тех, кто желает занять моё место. С удовольствием уступлю!

— Скотина! — снова зарычала, ударив ладонью по стене.

Чтобы хоть как-то отвлечься от обуреваемых чувств решила позвонить сестре.

Сейчас… Сейчас я ей всё выскажу, что думаю о её др-рагоценном друге!

— Ты же с ним даже никогда не встречалась, не общалась. Поверь, он не так уж и плох, — передразнила Селену тоненьким голосом, смывая с себя этот день. — Как же… Само очарование, — продолжала бесноваться.

Закончив с водными процедурами, обернулась полотенцем, и направилась в спальню, где пару часов назад оставила заряжаться телефон. Нужный контакт нашла довольно быстро. Не так уж у меня много номеров в записной книжке, чтобы мучиться поиском.

— Привет. Это я. Не отвлекаю? — выдохнула, как только услышала голос сестры.

Упала на кровать и уставилась в потолок.

Устала…

И это только первый день!

А завтра ещё на работу идти, и ещё потом месяц видеть и слышать Оливейра.

Не хочу-у…

— В общем, сворачивать надо нашу игру, думаю, — сказала как есть, даже не дожидаясь её ответа на предыдущий вопрос. — Ничего путного из этого не выйдет.

— Ммм… — промычала Селена. — А что случилось?

— А я говорил, нечего связываться с этим конфетным, — послышался на заднем фоне голос Доминика.

— Да этот Рафаэль даже юмора не понимает! — рыкнула в бешенстве. — Мы с ним всего пару часов пообщались, а уже готовы друг друга поубивать! Говорила же, что затея идиотская! Не умею я общаться с посторонними! А этот ещё и угрожать вздумал! — прошипела с яростью.

— Угрожать? — удивилась Селена. — Уверена, что всё так было?

— Да мне всё равно! — поднялась с кровати и подошла к окну, усевшись на подоконник. — Я не смогу, Лен, — жалобно призналась в собственном бессилии. — Это трудно. Приходится всё время контролировать речь и поведение. А у меня не всегда получается удержаться от подколок, ты же знаешь, а он на них реагирует излишне остро. Так и тянет "добить" его этим.

— Наша с Деем школа! — гордо отметил Доминик, вызвав у меня желание улыбнуться.

— Только Оливейра этого не оценил, а при упоминании невесты, кстати, вовсе растерял остатки адекватности. Начал мне плести про конфиденциальность наших разговоров и работы. Можно подумать, я дура такая тут же побегу всем передавать. Да было бы что рассказывать! — снова начала заводиться. — Мы вообще больше мою личную жизнь обсуждали.

— Твою? Личную жизнь? — кажется, я снова смогла удивить сестру.

— Угу, — прислонилась лбом к стеклу, изучая с высоты второго этажа улицу внизу. — Я ему сказала, что у меня жених есть. Он с ним познакомиться захотел, — рассмеялась.

— А ты? — хмыкнула Селена.

— Согласилась. При условии, если он будет хорошим мальчиком, — совсем повеселела, вспомнив обескураженное лицо Рафаэля на это моё заявление.

— Так и сказала?

— Да! — возвестила гордо.

На заднем фоне громко захохотал Доминик.

— Зачёт, мелкая! — крикнул.

— Так из-за чего поругались-то? — вернулась к главному старшая сестра.

— Так из-за этой конфиденциальности, — вздохнула устало, повторив свой ответ ему для Селены и его последующий за этим.

— Ну, ты даёшь, — пробормотала та. — Перегнула ты, конечно. И сильно.

— Ничего, рафаэллке полезно, — снова подал голос Доминик. — Привык, что все бабы ему в рот заглядывают.

— Возможно, — не стала я отрицать своей вины, проигнорировав слова мужчины. — Но у меня прям инстинкты взметнулись резко, требуя от него равенства в общении. Не сдержалась. И это только один вечер, Лен. Да мы же поубиваем друг друга уже в следующий раз, вот точно. Я привыкла говорить прямо, так, как есть, что думаю. А тут… Мне трудно подстраиваться под других. Ещё эта толпа народа — дезориентирует. Здесь всё не так! И я теряюсь… — заговорила совсем тихо. — Лучше уж просто прийти к нему и сказать, как есть, всё. Не выйдет из твоей затеи ничего хорошего, сестрёнка. Зря я согласилась. Не умею я улыбаться, когда мне паршиво, и делать вид, что мне всё равно, если это не так. Сами все всегда говорили, что я как открытая книга с бурлящими через край эмоциями.

Тишина в трубке длилась довольно долго.

— Ты просто ещё не поняла какой он, — тяжело вздохнула в итоге Селена. — Вот когда поймёшь, тогда легче станет, поверь.

— Какой он бабник я уже поняла и наслушалась, — буркнула я недовольно, рисуя на стекле разбитое сердце. — А ещё жестокий тиран и злодей, которого боятся все без исключения в офисе. И веселиться явно не умеет.

Прям как папа…

От подобного сравнения невольно вздрогнула.

Не, точно не похож на папу. Папа себя не стал бы так вести ни с кем, слишком закрытый и суровый. А этот, скорее, самонадеянный придурок!

— И мне в принципе не хочется его узнавать. Если бы не ты… — вздохнула я тяжко. — Вот что ты так вцепилась в нас с ним? Не нужна я ему. И это видят и понимают все, кроме тебя. Да и я давно уже не маленькая девочка, которая восторгалась лишь глядя на его фотографию. К тому же, он точно не моя истинная пара.

Сестра в очередной раз тяжело вздохнула.

— Сдалась тебе эта фишка с истинной парой, — проворчала тихонько. — А если вообще никогда её не встретишь, что тогда? — бросила встречно. — Я же не прошу тебя в любви ему признаваться! Просто проведи с ним некоторое время… — помолчала немного, а после продолжила уже в виде откровенной мольбы: — Ну, ты же мне обещала, Ангелина! Чего ты заднюю сдаёшь при первых же трудностях? Не такой уж он и плохой. Поверь, Раф совсем не такой, каким ты его себе представила. Приглядись получше. Пожалуйста, — добавила уже с нажимом.

— Сказала та, которая состоит в паре с истинной половинкой, — съехидничала в ответ. — И, если помнишь, однажды я на твои речи о нём уже повелась. Ничего хорошего из этого не вышло, как видишь, — поморщилась. — Вот с чего ты вообще взяла, что я могу ему понравиться? А если и смогу, то явно только на одну ночь, как и все остальные. Он мне сам сказал, что любовь — это не про него. Я никогда не была ему нужна, как Ангелина Рязанова, и уж вряд ли заинтересую, как обыкновенная Микаэла Мартинс, — закусила губу в досаде на собственное расстройство по поводу сказанного. — Так что не вижу в этом смысла, Лен.

Не хочу снова страдать из-за надуманных иллюзий…

Да и союз наш всё равно никогда не будет полноценным, как ни крути.

— Потому что ты не можешь ему не понравиться, — заявила Селена с непробиваемой уверенностью. — Ты его уже заинтересовала, раз он из всей толпы выделил тебя и даже на ужин пригласил, — пояснила свою точку зрения. — Поверь мне, такие приглашения не всем подряд раздаются. Точнее, почти никому. Просто позволь ему себя узнать, и всё. Не надо притворяться кем-то другим. Будь собой. Рафаэль больше всего ценит искренность…

— О да, — хмыкнула на последние слова сестры. — Моя искренность не знает границ, учитывая, что я на протяжении всего месяца буду его обманывать.

— Это не обман! — возмутилась та. — Это недоговорённость. Ты же не виновата, что он в тебе не узнал тебя? Сам виноват! — заявила важным тоном, а я заулыбалась, представив её лицо в данную минуту. — Ну, правда, Ангелин, Рафаэль очень хороший. Ты это поймёшь, если перестанешь так враждебно реагировать на его присутствие.

— Это не моя враждебность мешает, — парировала я мрачно. — Это он самовлюблённый придурок.

— Да я давно говорю, убить эту рафаэллку надо, и всё, — заметил флегматично Доминик. — Нам бы вот с мелкой точно дышалось легче, да, мелочь? — в трубке раздалось тихое ворчливое сестринское рычание. — А ты, девочка-лапочка вообще уже раздражать начинаешь своей заботой об этом рафинированном. Молчи! — гневно рыкнул, явно обрывая будущую тираду своей пары, а затем последовал звук звонкого шлепка.

— Кхм… — покашляла, напоминая им себе на всякий случай. — Ну… До созвона, — быстренько свернула наш разговор и первая отключила вызов.

Всё равно им уже не до меня.

Вот же сестрёнка, сама живёт и радуется своей парности, а я, значит, должна довольствоваться суррогатом.

Ага, как же!

Но раз уж пообещала…

Обречённо вздохнув, отложила телефон на подоконник, рядом с собой, оставшись пребывать на прежнем месте. Так и просидела, глядя в окно до самого утра. Спать совершенно не хотелось. Слишком сильно внутри кипели эмоции и легче отчего-то не становилось.

А рассветы в Рио де Жанейро очень красивые. Когда небо начинает едва светлеть, а горизонт окрашивается багрянцем, постепенно сменяющийся на золото. В этот момент я на мгновение ощутила себя на семейном острове.

Скучала ли я по нему и стремилась вернуться? Несомненно.

Хотела бы я воспользоваться предоставленной сестрой и её парой возможностью и хоть немного пожить в ином месте? Конечно.

А вот желала ли я, чтобы это происходило с участием Рафаэля Оливейра… определённо, нет! Не теперь. Это в пятнадцать я ещё мечтала, что у нас с Огонёчком будет всё, как в сказке, а сейчас отлично понимала, что это были лишь глупые наивные детские фантазии, намерено подкрепляемые убеждениями Селены о том, что мы с ним судьбой предназначены друг другу.

Сидя на подоконнике и глядя на восход солнца, я то и дело крутила в руках мобильник. Правда, позвонить родителям так и не решилась. Просто не знала, что сказать. Единственное, на что сподобилась, — ответить на сообщения беспокоящихся родственников. Да и то обтекаемыми фразами.

Как только горизонт посветлел, спрыгнула с подоконника и направилась в душ, после чего приступила к выбору одежды. Пакеты с новым гардеробом мне принесли ещё вчера. Даже нижнее бельё и то новое. Про обувь на шпильке вообще лучше ничего не говорить. Тут вспоминалось только любимое папино ругательство.

Вот на этом моменте я снова с тоской вспомнила остров, где не надо было заморачиваться с тем, что надеть. Достаточно было купальника и шорт. Но делать нечего, пришлось облачаться в то, что есть.

Из всего количества вещей я выбрала бордового оттенка комбинезон. Строгого покроя и коротким рукавом — он вполне подходил для работы в офисе и стоявшей за окном жаре. На глубокий, как по мне, V-образный вырез спереди и сзади я старалась не смотреть. Тем более, остальное было в том же стиле, а некоторые и вовсе провокационней некуда. Вот сразу понятно, кто отвечал за обновление моего гардероба.

Ну, Доминик! Хорошо, я только сейчас решилась конкретно уже рассмотреть сделанные им покупки, а то бы на эмоциях отправила их все в мусорку. Но от сообщения не удержалась.

"Демон — ты… такой демон!" — отправила и рассмеялась.

Ну, глупейшая же ситуация!

"Всё для тебя, мелкая", — стало мне ответом.

А ещё представила проказливую улыбку этого негодяя и поняла, что не могу на него обижаться. Только не на него. В этом весь он. Тут либо привыкаешь, либо не общаешься вовсе с ним. Последнее, к слову, почти не выполнимо, если этого не хочет сам Доминик.

Вздохнув, собрала в небрежный пучок свои окрашенные в непривычно золотистый цвет волосы, выпустив из него четыре волнистые пряди. Две — у висков, и ещё две — из причёски, которые кокетливо легли на плечи.

Босоножки на высокой шпильке стали дополнением к моему внешнему виду, прибавив мне роста и изящности. И всё равно мне не нравилось, как я выгляжу. Хотелось снять с себя это всё и одеться в привычное и удобное. Просто моё детское личико никак не вязалось с деловым стилем. Вздохнув, решилась на ещё один маразм — макияж. Не яркий, но достаточно заметный, что прибавило и возраста и солидности, что ли.

Вообще, с этим лучше справилась бы Анька — пара моих братьев-близнецов. Она в этом мастер. Но кое-что я запомнила, когда та, приезжая на остров, творила свои художества мне и маме.

Правда, спроси меня кто, зачем я вообще так заморачиваюсь, сама бы задумалась. Уж точно не для того, чтобы понравиться Рафаэлю.

— Что я творю? — пробормотала, усевшись обратно на кровать в спальне.

Почему я до сих пор не пожаловалась отцу на происходящее?

Ведь достаточно всего одного звонка, чтобы тот приехал и забрал меня домой. Вместо этого я сижу тут и собираюсь идти на работу к собственному жениху, который даже не узнал во мне меня. Хотя если бы интересовался тем, как выглядит его невеста, и изменённый цвет волос и глаз не обманул. Рафаэль не заметил даже моего сходства с отцом, не понял. С другой стороны — мне это играет на руку. Не хочу, чтобы он знал. Да и месяц не такой уж большой срок. Как всё это закончится, улечу домой, предварительно разорвав помолвку. А это всё буду просто считать небольшим приключением.

Надо же знать, кого бросаю!

Посмотрев на наручные часы, браслет которых был оформлен в виде ангельских крыльев, подхватила небольшую сумку в тон к наряду и поспешила на выход. Паола говорила, что на рабочем месте нужно быть раньше "большого босса". Что ж, не будем заставлять его ждать. Хорошо, хоть идти почти не надо, а то на этих каблуках того и гляди рухну кому-нибудь в ноги.

Вот весело будет…

В офисе уже царило оживление. Все спешили занять свои рабочие места. На меня посматривали с любопытством, но заговаривать пока не спешили. Да и мой хмурый вид мало располагал к этому. Ну, что поделать, если я пока не привыкла к такому количеству народа вокруг себя. Мне не нравилось, что на меня смотрят, обсуждают за спиной, а в глазах некоторых мужчин так и вовсе зачастую появляется желание. Так обычно папа смотрит на маму. Но если в случае родителей — это воспринималось мной чем-то естественным, то по отношению к себе я ощущала лишь чувство неприятия.

Чёрт! Да я уже согласна запереться в одном кабинете с Оливейра! Он, по крайней мере, адекватно ко мне относится, без всякого подтекста в поведении. Вроде бы.

Докатилась, уже самый известный бабник Рио кажется котёнком по сравнению с остальными!

Смешно…

Правда, оказавшись на своём рабочем месте невольно замерла с открытым ртом, глядя на несколько букетов различных цветов, коробок явно дорогущего шоколада и упаковок элитного вина.

Не поняла…

Записки с пожеланиями лёгкой рабочей деятельности добили. Покачала головой и рассмеялась.

Кажется, меня пытаются купить…

Забавно.

Неужели, все настолько боятся господина начальника?!