Глава 27

Ангелина

Сидеть и ждать Рафаэля было… тяжко. Если к Рио-де-Жанейро я уже более-менее привыкла, то Лондон казался невероятно чужим. А без Оливейра и вовсе. Ощущение одиночества давило на плечи, вынуждая горбиться и прятать взгляд от окружающих. Пару раз ко мне подходили познакомиться, но тут же выраставшая как из-под земли охрана пресекала любые действия со стороны незнакомцев. Этот факт помог немного расслабиться, и я даже смогла по-изучать окружающую обстановку.

Большой зал с двухсветным пространством был разделён с помощью различных посадочных зон: столиков на двоих, диванов у высоких стрельчатых окон, лаунжа вокруг панорамного камина и обеденных групп для больших компаний. Белые стены и прозрачные фасады подчёркивали простор ресторана, а парящий под потолком атриум с живой растительностью служил великолепным акцентом, разбавляя скупость присущих интерьеру блеклых оттенков.

Однако я, вместо того, чтобы оценить всё великолепие обстановки думала об одном единственном…

Рафаэль.

Если я раньше считала, что не знаю, что к нему чувствую, то теперь вовсе запуталась. То, с какой силой меня тянуло к нему, больше походило на наваждение. Или приворот. И ведь точно знала — он не моя истинная половинка, но ничего не могла с собой поделать будучи рядом с ним. Хотелось дотронуться до него, провести по огненным волосам, "утонуть" в бирюзовом взоре и сгореть в жаре его тела. При всём при этом я по-прежнему не желала этого брака и отношений с ним. Слишком хорошо помнила, насколько это больно — любить его. Повторения не хотелось. Несмотря на все его слова о том, что он меня не отпустит…

А если, и правда, не отпустит?

Нет! Нельзя себе позволять надеяться на подобное!

И вопрос с истинной половинкой по-прежнему остаётся открытым.

Как же сложно…

На одной чаше весов настоящая пара. На другой — тот, к кому с самого детства непреодолимо тянет, словно магнитом.

Впрочем, вторая чаша больше наполнена надуманными фантазиями, чем здравым смыслом.

Ну, глупо же любить того, кто никогда не будет твоим в полном смысле этого слова. Точно так же, как любить фотографию.

Вот же… попала.

Невольно рассмеялась, поставив локти на стол и закрыв лицо ладонями.

Вот тебе и расторгла помолвку и вернулась на остров, где никаких проблем…

Сама же себе их и создала.

От мыслей отвлёк громкий шум со стороны входа в ресторан. Компания каких-то агрессивных личностей попыталась прорваться внутрь, но их не пускали. Судя по внешности, оборотни клана чёрных волков. Рядом со мной тут же оказалась охрана Оливейра. Чуть ли в круг не взяли.

О да, совсем не привлекая внимания…

Неизвестно бы, сколько это продолжилось, но в какой-то момент в мою сторону что-то полетело, упав неподалёку, и почти сразу помещение стало заполняться едким белым туманом, от которого заслезились глаза, и запершило в горле.

Кто-то из охраны тут же вздёрнул меня на ноги и потащил в противоположную от выхода сторону. Я даже спорить не стала. Всё равно им всяко виднее, как поступать в подобных ситуациях. Просто послушно бежала позади. Но, оказавшись на кухне, пришлось притормозить. В отличие от зала, здесь царила рабочая атмосфера, все сновали туда-сюда, мешая передвижению, да и узкие коридорчики не позволяли двигаться на полной скорости.

Мы как раз прошли один зал кухни, перейдя в другой, когда перед нами вырос какой-то официант, выливший в лицо держащего меня за руку охранника непонятную жидкость, отчего тот взвыл, отпустив меня.

Всё произошло так быстро, что я и не поняла толком. А в следующую минуту за спиной раздался взрыв. Пол под ногами дрогнул, и я устояла лишь чудом. Да и то потому, что меня поддержали за локоть. Хотела уже было поблагодарить, но незнакомец уж слишком довольно скалился, отчего на моём волчьем загривке шерсть дыбом встала. Мысленно, конечно, но факт.

— Тебе, красотка, придётся проехать с нами, — постановил он. — Будь хорошей девочкой, не заставляй причинять тебе боль, — схватил за руку, притянув к себе вплотную.

Беспомощно огляделась по сторонам в поисках спасения, но все, кто охранял меня, лежали на полу то ли мёртвые, то ли просто без сознания. Так и не поняла. В воздухе стоял едкий запах химикатов, в котором ощущались металлические отголоски крови. Вокруг застыли неподвижными фигурами подельники напавшего. Одетые как официанты, с неброскими разной тональности русыми волосами и внешностью в целом, они явно умели не выделяться из толпы.

— Так что? Будешь хорошей девочкой? — продолжил насмешливо говорить всё тот же незнакомец.

— Хорошей девочкой? — переспросила бестолково, пока мозг лихорадочно пытался придумать выход из сложившейся ситуации.

Жаль, перевес не в мою сторону. Да и кем бы эти волки ни были, с десятком мне не справиться. Драться я тоже не умею, чтобы защитить себя в достаточной мере. Не буду же я в них ножи метать или из лука стрелять? У меня в руках и нет ничего подобного.

— Буду, — закончила мысль вслух.

— Умная девочка, — похвалили меня и потянули дальше прочь от ресторанного зала.

Не сопротивлялась. Ждала подходящего случая. Может, на улице получится вырваться и сбежать от них. Рафаэль по-любому уже спешит вниз.

Оказались мы в боковом проулке между зданиями, где нас ждал серый фургон доставки продуктов, куда меня и попытались запихнуть. И вот тут во мне родился протест. Упёрлась ногами в задний бампер и резко оттолкнулась, отчего мы вместе с тем, кто меня держал, упали на асфальт. Я приземлилась сверху, чем и воспользовалась, тут же вскочив на ноги. Правда, ненадолго. От одного из нападающих удалось уклониться, а вот второй удачно перехватил за талию и швырнул в фургон. Не успела толком прийти в себя, как мои похитители тоже запрыгнули внутрь, а машина тронулась с места.

Впрочем, проехать мы успели всего ничего, когда автомобиль резко затормозил, из-за чего меня откинуло в другой угол фургона. Бедро пронзила боль, от удара о железную скамью, на которой сидели оборотни.

— Зараза, — прошипела себе под нос.

Вместе с тем, задние дверцы транспорта оказались буквально сорваны с петель, а в приёме показался Рафаэль. На мужском лице не отражалось ни единой эмоции, лишь в бирюзовом взоре полыхало пламя. И вот вроде умом понимала, что не та ситуация, но невольно залюбовалась Огонёчком. Моя волчица и вовсе пришла в восторг, радостно заскулив, когда пространство наполнил удушающий всплеск силы альфы. Учитывая, что из присутствующих — бет всего было два, остальные гаммы — труда осадить их попытку вмешаться ему не составило.

И чем только думали, когда планировали всё это?

— Солнечная моя, — неожиданно мягко проговорил оборотень, протянув мне ладонь, хотя бирюзовый взор, до сих пор сконцентрированный на непутёвых похитителях, по-прежнему был наполнен лишь ледяной яростью, — ручку подай.

Впервые не возникло желания с ним спорить. Подползла к краю и с долей пафоса выполнила его веление. Ну, что сказать… Каждый со страхом борется по-своему. Я вот шутками.

— Синьор начальник, — поприветствовала со всей важностью и ухватилась за протянутую ладонь. — Вы как никогда вовремя, — спрыгнула на землю, чуть поморщившись от боли в бедре.

Посмотрела на место предполагаемой раны и заметила кровь на шортах, джинсовая ткань которых порвалась об угол железной скамьи.

— У меня на ваши развлечения, синьор Оливейра, скоро гардероба не хватит, — ещё раз отшутилась.

— Значит, пора его обновить, — только и сказал.

Альфа-волн, наполняющих воздух, меньше так и не стало. Рафаэль, будто невидимым поводком удерживал остальных присутствующих. И явно ждал чего-то. Впрочем, появление господина Верховного стало самым лучшим ответом.

— Уводи её, мы сами здесь закончим, — приказал огненному волку.

Сам же подошёл ближе к проёму фургона, глядя на моих несостоявшихся похитителей с нескрываемым предвкушением. Даже жаль тех стало на мгновение. Явно же умолять о смерти будут…

Оливейра между тем отреагировал на слова сильнейшего из нас далеко не сразу. Сначала прикрыл глаза и глубоко вдохнул, и только после этого пространство стало постепенно освобождаться от его силы.

— М-м-м… А новую одежду мне сам выбирать будешь? — поспешила отвлечь Рафаэля от несостоявшейся мести.

При этом едва сдержала порыв волчицы применить наше обаяние. Хотя тут, наверное, правильней сказать дар сирены, как его называют мои старшие братья. Всё же дело больше в интонациях, чем в ауре или чём-то подобном. Намучилась я с этим в свои тринадцать. Ну, или не совсем я. Папа даже на какое-то время запретил всем посещать наш остров. Слишком однозначно мой голос действовал на мужскую часть населения. Я тогда даже старалась меньше говорить. Правда, родители стали заставлять, по итогу, чтобы я училась себя контролировать. С тех пор посещение внешнего мира для меня стало совсем закрыто. Тем удивительнее было согласие папы на мою поездку в Эмираты.

— Сам? — прищурился мужчина, потянув за собой. — Пожалуй, в лучшем случае могу выступить в качестве сопровождающего, — замолчал ненадолго, смерив меня оценивающим взглядом. — Хотя… Смотря какую одежду… — добавил задумчиво.

Обратно внутрь здания, где произошёл взрыв, он явно не собирался возвращаться. Мы направились к другому концу переулка.

— Не знаешь, почему ты мне сейчас очень сильно напоминаешь Доминика? — задала риторический вопрос. — И какую же одежду мой синьор начальник предпочитает на мне видеть? — игривых, немного томных ноток всё же сдержать не удалось.

Уж не знаю, то ли последнее сработало, то ли суть разговора, а может и то и другое, но на губах альфы расцвела довольная ухмылка.

— Я предпочитаю, чтобы на тебе никакой одежды не было вовсе, — отозвался охотно, приобняв меня одной рукой за талию. — Но в этом случае ты можешь гулять только на вилле Оливейра, — дополнил вкрадчиво, притянув к себе ближе.

Висок опалило чужое дыхание. Мы остановились почти у самого конца переулка. Объятия, удерживающие меня, стали крепче в считанные мгновения. Рафаэль снова прикрыл глаза и медленно втянул в себя воздух, подозреваю, настолько глубоко, как только было возможно. Выдыхать не спешил. Просто стоял и прижимал меня к себе, даже не думая ослаблять хватку. Наоборот.

— Всё хорошо? — негромко уточнила у него, стараясь как можно реже вдыхать наполненный возбуждением кислород.

Кажется, зря я всё же использовала смену интонаций.

И ответа на свой вопрос так и не получила.

Затянувшуюся паузу нарушило появление того же автомобиля, на котором мы прибыли сюда. Правда, водитель был другой, так что оставалось лишь надеяться, что с теми, кто защищал меня до этого, всё хорошо.

— Альфа, — позвал осторожно вновь прибывший, озадаченно наблюдая за развернувшейся картиной. — Мы готовы к отъезду, — обозначил очевидное.

Глава огненного клана шумно выдохнул, переведя на оборотня тяжёлый взор. Явно ничего положительного по отношению к стоящему неподалёку в голове Оливейра сейчас и отдалённо не было.

Новый водитель даже отступил на шаг.

Похоже, не зря папочка запрещал мне пользоваться своими способностями…

На человеческих парней, к слову, так не действовало это. Хотя я там совсем чуть-чуть меняла интонации.

Хорошо, что не додумалась использовать на похитителях. Кто знает, чем бы это тогда закончилось. Если уж Оливейра, являясь альфой, едва сейчас себя контролировал…

Обхватила лицо Рафаэля ладонями, вынуждая смотреть исключительно на меня, а после прижалась к его губам в не смелом поцелуе, попутно махнув нашему сопровождающему рукой, чтобы тот уходил.

О том, что своими действиями сделала лишь хуже, спровоцировав огненного волка на далеко идущие последствия, поняла не сразу. Только когда меня с рычанием вжали в стену здания, буквально распластав, как бабочку, задумалась над этим. И то ненадолго. Стоило только почуять желание Рафаэля, как моё ответное не заставило себя ждать. Я снова как искра вспыхнула ярким пламенем от обжигающих даже сквозь ткань жадных, нетерпеливых прикосновений, очень быстро переросших в откровенные. Со стоном выгнулась Огонёчку навстречу, при этом крепче прижав его к себе за плечи. И даже уже неважным стало, что мы, вроде как, далеко не одни в переулке. Данная мысль как возникла, так и исчезла, не успев толком сформироваться.

— Прости, солнечная, по-другому никак, — пробормотал мало разборчиво оборотень и подхватил под ягодицы, приподнимая выше.

Остановить бы наметившееся безумие, но мне не хотелось. Всё-таки близость этого оборотня очень странно на меня действовала — напрочь лишала всех адекватных мыслей. Лишь бы только чувствовать его ещё больше и дольше. Запрокинув голову, я просто наслаждалась чуть болезненными жалящими поцелуями, которые наверняка оставляли следы на нежной коже.

— Ещё… — сорвалось с губ едва слышно.

И сама не была уверена, вслух сказала или про себя подумала о том. А ещё дико захотелось укусить Оливейра. Чтобы все знали, кому он принадлежит. Отметить его, как свою пару.

Наверное, будь я в себе, обязательно бы задумалась о своих желаниях.

Да обо всём!

Но сейчас действовала по наитию волчьей натуры, впившись клыками в мужское надплечье.

И если пиджак я, как оказалось, успела с него когда-то стащить, то вот рубашку испортила, так как отметку ставила прямо сквозь ткань. Оборотень на мои действия зарычал громче. Переулок буквально затопило пронизывающим воздух возбуждением, смешанным с новым выбросом силы альфы огненного клана. А ещё послышался треск джинсовой ткани и…

— Кхм… Я, конечно, всё понимаю, — раздался весёлый голос Верховного рядом с нами, — но вы бы хоть в машину, что ли, сели. Оливейра, ладно, ты, но на девочку же тоже смотрят.

В общем-то, я от замечания родственника резко пришла в себя и покраснела. А вот Рафаэля нисколько не проняло. Словно и не слышал.

— Рафаэль… — позвала его, шумно втянув в себя воздух от ощущения его горячих ладоней на моих обнажённых ягодицах.

Мозги снова понемногу стали наполняться туманом, затмевая реальность.

В тот же момент вокруг разлилась очередная волна альфы. На этот раз от Верховного. Буквально пригвоздила к месту, отчего я вся сжалась и заскулила, признавая силу главнейшего из нас. Оливейра же лишь слегка отстранился, продолжив удерживать меня в прежнем положении. Спустя несколько секунд он шумно сглотнул, уткнувшись лбом в кирпичную кладку. Так и не отпустил. Какое-то время не шевелился вовсе. И только по истечению минуты вернулся в реальность.

— Спасибо, — произнёс глухо в адрес чёрного волка.

А я всё это время неотрывно смотрела на его плечо, думая о том, что, кажется, вот теперь уже точно попала. Не отвертеться. Не уйти.

— В своём уме? — поинтересовался тем временем Верховный, силой альфы притянул упавший пиджак огненного волка и подал нам.

Вещь Рафаэль взял, предварительно поставив меня на ноги. Правда, так и не отпустил, придерживая за талию одной рукой, а другой заботливо укутал в одежду.

— Почти. Да, — неопределённо отозвался он на слова О`Двайера.

Ага… Он-то да… А вот я…

А я только сейчас начала понимать, что сотворила.

— Вот же мра-ак, — протянула с обречённым стоном, прикрыв глаза.

Хотела разорвать помолвку? Вышла замуж.

Хотела держаться от Оливейра как можно дальше? Отметила его как пару.

Страшно представить, что будет дальше!

— Кстати, помимо переулков, ещё на колесе обозрения можно прокатиться, — бросил насмешливо Верховный, уходя. — Хотя переулки — это уже как классика, — добавил мечтательно, сказала бы.

По сути, кроме нас троих, да водителя, ждущего в автомобиле, никого и не было больше. И всё равно я снова покраснела от откровенных намёков родственника и опустила взор к ногам, кутаясь в пиджак… своей пары.

Луна!

Оливейра теперь моя пара!

И не знала, как к этому относиться…

— Отвезу Ангелину в отель, потом вернусь, — невозмутимо отозвался тем временем Рафаэль, наконец, сдвинувшись с места.

И меня за собой к машине потащил.

— Сдался ты мне тут, — фыркнул чёрный волк. — Без тебя разберусь. Только время потеряешь здесь. Лучше жене внимание удели. Одежду вон сходите, купите, — махнул рукой и направился ко входу в офисное здание.

— Но это моя проблема. Не ваша, — остановился и открыл заднюю пассажирскую дверцу, банально запихнув меня в салон, а сам остался на улице, глядя вслед уходящему оборотню.

— Да-да, конечно, твоя, — нисколько не проникся словами Рафаэля О'Двайер. — Считай, я дал тебе великое дозволение свалить, и всё такое, раз тебя это так заботит, — скрылся внутри здания, не дожидаясь ответа.

Послышался тяжёлый вздох. Огненному волку такой расклад был явно не по душе. Он простоял снаружи ещё не меньше минуты, определённо размышляя о том, как поступить дальше. Но в итоге всё же уселся рядом со мной, приказав водителю ехать в отель. На некоторое время между нами воцарилось молчание. Я искоса то и дело поглядывала на Рафаэля, но заговаривать первой не решалась.

Интересно всё же, что он думает по поводу моей выходки. Вряд ли ожидал с моей стороны такого поступка. Да я и сама не ожидала от себя подобного. А ещё… надо бы, наверное, признаться о сути своей силы. Только вот с чего начать, не знала.

— Я постараюсь так больше не делать, — проговорила по итогу виновато. — Я не собиралась… просто… оно как-то само собой получилось, — вздохнула уныло. — Обычно я лучше себя контролирую.

— Глупости не говори, — неожиданно сурово произнёс Оливейра.

Вопреки тону, притянул к себе довольно бережно. Обнял и уткнулся носом мне в макушку, глубоко вдыхая.

— Ты только папе не говори, ладно? — попросила совсем тихо. — Он ругаться будет, — прижалась к нему ближе уже сама, облизнув украдкой губы, пропитанные кофейной горчинкой, смягчённой апельсиновой ноткой. — Мне не разрешают пользоваться этой особенностью.

— Особенностью? — удивлённо переспросил Рафаэль.

— Да, — ответила осторожно, мысленно подбирая дальнейшие слова для пояснения. — Что-то вроде дара, как у мамы. Братья называют его даром Сирены, — хмыкнула, вспомнив тех, о ком упомянула. — Я умею соблазнять голосом. От обычного расположения к себе до вот такого… как сегодня. Правда, я не думала, что так выйдет. Я вообще не собиралась применять. Оно само собой вышло, — тяжело вздохнула. — Я планировала тебя только подразнить.

Ох, надеюсь, он не обидится…

Не обиделся. Хотя и отреагировал спустя долгую паузу.

— Отцу твоему, так и быть, не скажу, — хмыкнул, отстранившись от меня, и обхватил пальцами за подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза. — Но при одном условии, — показательно замолчал, ожидая от меня ответной реакции.

— Каком? — насторожилась тут же.

Вот не умеет он без условий жить!

— Ты пообещаешь мне больше никогда и ни к кому не применять свой дар в подобном ключе, — снова замолчал, а на губах расплылась лукавая усмешка. — Ну, за исключением меня. Да и то, желательно не в общественных местах.

— Я и не собиралась, — укорила его. — Даже к тебе.

— А мне понравилось, — странно задумчиво протянул, отвернувшись к окну.

— Оно всем нравится, — хмыкнула, вспомнив, как родственников плющило.

— Об этом я уже и сам догадался, — мрачно отозвался оборотень.

А объятия, из которых меня так никто и не выпустил, усилились в разы.

Вздохнув, мысленно выругалась на саму себя за слабость, но перелезла на колени к Огонёчку.

— Он открылся в мои тринадцать, — приступила к рассказу, попутно запустив пальцы в его волосы. — Я тогда, уже не помню, что выпрашивала у папы. Кажется, поездку в Москву, — стала припоминать события того дня, перебирая огненные пряди. — Да, в гости к дедушке с бабушкой. Папа отказывался. И вдруг такая подстава. У нас тогда ещё гостили близнецы с Анькой. Аня — это пара моих братьев, если ты не знаешь, — внесла уточнение. — В общем, пробрало всех, — фыркнула насмешливо. — Знаешь, такая минутная пауза, когда они все переваривали произошедшее… — снова рассмеялась. — Братья сбежали первыми. Родители продержались ещё мгновение, пока я снова не заговорила, — тут я поморщилась. — В общем, папа тогда долго к нам на остров вообще никого не пускал. Даже когда я научилась контролировать голос, не сразу позволил мне общаться с братьями. Ещё б Доминика это остановило, — припомнила былое с улыбкой. — Ему по приколу было заставлять меня на нём отрабатывать эти возможности. Тогда он мне показал силу своего очарования, кстати, — уткнулась носом в плечо Рафаэля, чтобы тот не видел, как я смутилась. — Эх, и досталось ему от папы за это… — протянула с весельем, обняв оборотня за шею.

Оливейра и на этот раз не спешил выказывать то, как относится к моему откровению. Явно переваривал. Или выводы делал. Кто ж поймёт, что творилось в его голове?

— Расскажешь потом подробнее, хорошо? — сказал по итогу.

Автомобиль между тем остановился перед входом в отель. Водитель сразу же покинул салон. А вот мы остались.

— Что именно? — посмотрела на него с интересом.

Не про мои же ощущения на дар Доминика спрашивал?

— Всё, солнечная моя, — улыбнулся ответно Рафаэль. — Я хочу знать о тебе всё.

— Ну, могу сказать одно, — задумалась. — Наши с Домиником возможности довольно схожи. Его очарование действует примерно так же, как мой голос. В общем-то, он потому и мучил меня с этим даром. Сравнивал. А в остальном мне нечего рассказывать. Что на острове может быть такого? — хмыкнула. — Знай себе: спи, ешь, плавай, да учись. Вот и вся жизнь.

— Хм… — последовало скептическое.

Но если оборотень и собирался добавить что-либо, то всё равно бы не успел. Дверца машины открылась, а вернувшийся водитель быстренько затараторил в докладе о том, что периметр взят под контроль.

Ещё один перестраховщик на мою голову.

Хотя на этот раз действия не лишены логики, после произошедшего в ресторане.

А ещё зря я, наверное, рассказала Огонёчку о своём даре. Мало было попытки похищения, теперь, узнав об этом, вообще никуда одну не пустит…

— Ты же меня не запрёшь на каком-нибудь острове, как папа, да? — поинтересовалась настороженно у Оливейра, отстранившись.

— Ммм… ты знакома с женой Верховного? — зачем-то задал встречный вопрос, вместо того, чтобы ответить на мой.

— Не очень хорошо, — сказала как есть. — А что?

— Как часто она разгуливает отдельно от Йена О`Двайера? Или, например, та же Селена без Дем… Доминика? Или мама твоя без своей пары?

Так вот к чему всё.

— Ну, ясно… — протянула немного язвительно. — Может, я тогда и дальше продолжу жить на нашем семейном острове? Разницы никакой. А мама вообще никуда не ходит. Её папа тоже не больно в мир выпускает с острова, — сложила руки на груди, отвернувшись.

Далее дверца автомобиля вновь закрылась. Уже с подачи самого Рафаэля.

— Я не говорил о том, что запру тебя, — мягко проговорил оборотень. — Но и… Ты же понимаешь, что отпустить тебя одну куда-либо я тоже не могу? Не могу и не хочу, если уж быть честным. Такой уж я, какой есть, — развернул меня к себе лицом. — Не повезло тебе, — закончил с фальшиво прискорбным вздохом.

И даже умудрился состроить виноватую физиономию!

Я прям восхитилась! Честно!

— А вот брат Доминика — Александр свою пару отпускает одну! — вспомнила младшую дочь Верховного. — Она даже работает в посольстве!

Альфа снисходительно улыбнулся.

— Отпускает? — передразнил насмешливо. — Совсем-совсем одну, без какого-либо присмотра? — уточнил, едва сдерживая смех.

И смеялся он сейчас явно над моими умственными способностями.

— Ну, с ней было сопровождение. Двое волков, — припомнила приход Алексии в гости к Доминику и Селене, перед тем, как мы отправились в Рио.

— Сопровождение — это уже не одна, — подметил огненный волк. — А трое — это уже почти толпа, — в который раз усмехнулся.

И вот тут я вдруг осознала, что мне не нравится в нашем разговоре…

Эта его пассивность.

И я всё-таки дура!

Мечтала избежать отношений с Огонёчком, но при этом сейчас банально обижалась и расстраивалась, что он не собирался меня запирать где-нибудь.

А-а-а! Кто-нибудь остановите планету — я сойду! А иначе я так точно умом тронусь в скором времени!

— Знаешь что… — разозлилась на саму себя. — Да идите вы, синьор Оливейра… Да вот хотя бы в отель! — с шумом выдохнула, ударив его по плечу.

Альфа подобного явно не ожидал. Уставился на меня в полнейшем недоумении, а после тяжело вздохнул, проворчав что-то о “некоторых особах, которые никак не в силах определиться”, а после самым наглым образом сгрёб в охапку и толкнул дверцу автомобиля, вместе со мной выбираясь наружу.

— Сначала ванна, потом ужин, потом спать, — постановил безапелляционным тоном, вместе со мной на руках направившись внутрь отеля.

— И мне отдельный номер! — отзеркалила его тон, сложив руки на груди.

Мне срочно нужно свободное пространство и единение с собой, иначе я точно что-нибудь сломаю на эмоциях.

— Даже не мечтай! — послужило ответом без всякого промедления.

— Я на тебя папе пожалуюсь, — пробурчала недовольно.

— Жалуйся, — нисколько не проникся оборотень.

Нет, ну какой всё же гад!

— Ты… Да ты… — так и не нашлась со словами. — Хочу много мяса! — заявила по итогу, стараясь не рассмеяться собственной непоследовательности.

Определённо, мне пора лечиться!

— Всё, что ты можешь хотеть отныне — это я, — отозвался всё так же невозмутимо Рафаэль. — А всё остальное… у тебя и так будет.

Мы дошли до зоны лифтов, поэтому пришлось притормозить в ожидании свободной кабины. Вокруг сновали люди, поглядывая на нас довольно странно. Да и, учитывая моё одеяние, было бы удивительно, если бы не смотрели. Впрочем, это меня волновало… вообще никак! А вот кое-кто рыжий и бесстыжий — очень!

— Как же меня бесит это твоё деланное безразличие! — заявила как есть. — Так бы и стукнула чем-нибудь тяжёлым по голове! — а после опомнилась. — Прям всё-всё будет? — прищурилась. — И даже цербер домашний? — закусила губу, старательно сдерживая напрашивающуюся улыбку.

— Ммм… домашний цербер? — задумчиво протянул Рафаэль, придирчиво оглядывая меня с головы до ног. — Какие ещё странные запросы у вас будут, синьора Оливейра?

Лифт приехал, и уже через пару секунд мы остались наедине.

— Я бы попросила вот мою фамилию со своей не путать, — парировала я важно. — Не припомню, чтобы я что-то подписывала и на что-то соглашалась. А потому…

Дальше договорить не удалось. Наряду с тихим рычанием, меня бесцеремонно впечатали в стену движущейся вверх кабины, заткнув глубоким жадным поцелуем.

— Давно бы так, — только и успела промямлить.

И плевать, что ещё минуту назад, я была против даже ужинать вместе с ним.