Глава 26

Рафаэль

Несмотря на то, что официально территорией Рио заправлял огненный клан, существовало несколько отдельных групп оборотней. В основном они кучковались по фавелам. И это были довольно опасные группировки. Дядя, да и я сам, бывало, часто проводили зачистки особо обнаглевших, но криминала меньше не становилось, а потому список тех, кто мог бы желать смерти роду Оливейра, был длинным. Очень-очень длинным.

О том и думал, глядя сквозь иллюминатор на дождливую погоду Лондона, не спеша покидать самолёт. Несмотря на то, что я всё-таки сдался под напором своего братца и пустынного волка, являться на ковёр к Верховному желания так и не прибавилось. Впрочем, не сказать, что я был к этому не готов. Да и собственное отрицание накануне вечером было больше порывом слабости, нежели настоящим отказом от возложенных на меня чуть ли не с рождения обязанностей. Хотелось просто забить на всё и получить хоть ненадолго столь желаемое ощущение свободы. От всего и сразу. Забыться. Слишком уж тяжёлым стал ощущаться груз реальности, пока смотрел на пылающий костёр, в котором остался прах последнего вожака огненного клана.

Родители погибли, когда мне было шесть. Всё те же проклятые фавелы стали тому виной. Тогда дядя и стал Альфой нашей стаи. Своих детей у него не было, да и не стремился он никогда к тому, чтобы обзавестись собственной семьёй. Наверное, после смерти обоих братьев (родители Николаса погибли за два года, до того, как и мои, отправились в Грани), больше не хотел испытывать это чувство потери близких. И я его очень даже понимал. Потому и терпел в силу возможностей все его притязания на то, чтобы обеспечить продолжение нашего рода через мою персону. А ведь мог бы послать его куда подальше, но вместо этого просто тянул время.

Дотянул…

И еле-еле собрался с мыслями по итогу.

Даже свою солнечную девочку умудрился обидеть, пока барахтался в эмоциональном хаосе. Не был я готов к тому, что останусь совсем один со всем этим вот так сразу, в одночасье. Конечно, был ещё Николас. Но, пусть мы и братья, оборотень совершенно не интересовался ни делами семьи Оливейра, ни тем, что положено по праву рождения. Спасибо, согласился отправиться в Колумбию. Хотя, как раз такие “приключения” очень даже в его духе.

Родственник особо не афишировал, да что там — скрывал от старших Оливейра, но я точно знал: в том мире, куда его взял с собой Демон, Ник чувствовал себя очень даже комфортно и привычно. С наркотой, процветающей во многих фавелах, не связывался, но всё же… “хорошим” моего брата точно не назвать. Впрочем, теперь это даже на пользу придётся. В конце концов, кража груза — единственная ниточка, которая могла бы привести к тем, кто настолько обнаглел. Расследование недавнего убийства оказалось в тупике. Вероятнее всего, последнего — ждёт тоже самое. Оставалось надеяться, что Демон выполнит своё обещание. Впрочем, за ним не заржавеет. Раз сказал, значит, точно сделает.

Вот уж не подумал бы раньше, на кого рассчитывать придётся!

С другой стороны, то, что сейчас рядом со мной тихо-мирно спала младшая дочь альфы клана серых волков, на которой по собственной воле женился ещё вчера, тоже из разряда “не зарекайся — жизнь полна сюрпризов”.

Та, о ком только подумал, будто в отклик на мои мысли, тихонько завозилась. А после вовсе открыла глаза, сонно глядя на меня стальным взором.

— Снова хмуришься, — произнесла негромко, проводя пальцами по моему лбу, и тоже нахмурилась.

— Если только совсем немного, — улыбнулся, перехватив тонкие пальчики.

Удивительно, но не улыбаться ей в ответ просто не получалось. Не зря назвал солнечной девочкой. И не в цвете волос вовсе было дело. Даже теперь, когда роскошные длинные пряди вернули себе оттенок серебристого инея, меньше тепла исходить от Ангелины не стало. Как ещё одно открытие — оно согревало мою душу, а всё плохое казалось не столь безнадёжным в её присутствии.

И правда, драгоценность.

Нежная.

Красавица моя…

— Я не сказала тебе этого раньше. Даже не знаю, что обычно говорят в таких ситуациях, если честно. Но мне очень жаль, что твоего дядю убили, — проговорила всё так же негромко и с виноватыми нотками, слабо улыбнувшись, а затем неуверенно прикоснулась к моим губам своими.

Прижал её к себе крепче, усиливая поцелуй.

— Я тоже не знаю, — признался негромко.

Наверное, настолько привык к тому, что вокруг постоянно кто-то умирает, что уже давно перестал что-либо чувствовать по этому поводу. Да и когда постоянно живёшь с напоминанием о том, что смерть у порога… становится банально плевать.

— Спасибо, — дополнил ещё тише, по-новой сдавливая девчонку в объятиях.

Быть может, проявлял чрезмерно много силы, но чувствовать её было слишком необходимо. Как можно ближе.

— Альфа, пора выдвигаться, — прервал минутную идиллию появившийся оборотень из числа приставленной дядей охраны.

Теперь уже единолично моей охраны.

Вспомнив о последнем, невольно поморщился. Но срываться на оборотне не стал. Просто кивнул ему, а тот убрался из салона.

— Идём? — предложила Ангелина, отстраняясь.

— Ага, — вздохнул устало.

И дело было не в том, что за весь полёт так и не смог уснуть, ровно, как и в последнюю ночь. Просто близилось время, когда мне придётся её отпустить.

У трапа выстроилось всё наше сопровождение. На этот раз охраны было даже больше, нежели когда я был в Колумбии. И инициатива была уже моя. Не для себя, конечно. Для Ангелины. Лондон — не Рио, но всё же…

— Мне нужно поговорить с Верховным, — заговорил снова, обратившись к своей спутнице, взглянув в хмурое небо. — Могу отвезти тебя сначала в отель, могу взять с собой. Как сама думаешь?

— Я не знаю, — пожала плечами, с любопытством рассматривая взлётную полосу с припаркованными неподалёку тонированными автомобилям. — На встрече с Верховным я, наверное, лишней буду.

— Подождёшь меня где-нибудь неподалёку, — усмехнулся такой наивности.

Неужели, и правда, решила, что притащу её с собой прямиком “на ковёр”?

— Хорошо, — согласно кивнула.

— Там, на первом этаже, есть ресторан, а ты ничего не ела уже давненько, — продолжил, открывая для своей пары дверцу автомобиля.

Пара…

Хм.

Не стоит отпускать девчонку без метки. Впрочем, и не уверен вовсе, что младшая Рязанова её примет, так что особо вариантов всё равно не было.

— Раф, — потянула та меня за рукав пиджака, — а ты меня сразу родителям сдашь? Или позже? — замялась, покусывая губы, но всё же продолжила: — Просто если позже… И если ты не будешь занят… — снова замолчала, прежде чем сказать, что хотела.

Правда, по итогу лишь тряхнула головой и залезла в автомобиль.

— Насколько я знаю, твоего отца, как и матери, ещё нет в Лондоне, — не стал отвечать на вопрос, хотя временные рамки для нас двоих всё же обозначил, усаживаясь рядом с девушкой. — Поговорю с Верховным, а остальное уже потом будет видно. Но на сегодня точно больше никаких дел нет, — дополнил в явном намёке.

Водитель тронул автомобиль с места. Остальные сопровождающие нас оборотни последовали примеру.

— Тогда экскурсия! — просияла Ангелина. — И аттракционы! Хочу в парк развлечений! Пойдём? — уставилась на меня ожидающе с широкой улыбкой на лице.

Ну, как можно не улыбнуться ей в ответ? Снова.

— Любишь аттракционы? — уточнил, прищурившись. — Никогда не посещал подобные места, — признался следом.

— Не поверишь, я сама там один раз только была! Папа на моё десятилетие снимал весь парк, — рассмеялась. — Значит, пойдём? А то потом меня не пустят, — тяжко вздохнула.

Я же взглянул на циферблат наручных часов. Время близилось к ночи.

— Придумаем что-нибудь, — заново улыбнулся девушке.

— Ну, можно и завтра, — заметила она на мой жест.

— То есть ты до сих пор сомневаешься во мне, да? — усмехнулся встречно.

Вроде уже должна понять, что я всегда получаю желаемое.

Так или иначе. Независимо от обстоятельств.

— Я сомневаюсь в вашей бессонной выносливости, синьор Оливейра. Вы четвёртые сутки без сна. Заснёте мне там, и что я с вами делать буду? — сложила руки на груди, глядя на меня заинтересованно.

— Можешь укрыть одеялом и пожелать сладких снов, синьорита референт, — хмыкнул на такое заявление, передразнив её тон. — Ещё и референта себе нового искать придётся, — вздохнул, вспомнив о насущном.

— Что? Как это нового?! Сам сказал, что ни через месяц, ни через год не уволишь! — возмутилась тут же серая волчица. — Да я тебя за это… — замолчала, с серьёзным выражением личика придумывая для меня месть. — Я тебя засниму и Доминику отошлю фотографию, — заявила важно. — А уж он с близнецами что-нибудь точно придумает! — вздёрнула подбородок.

— Насчёт увольнения, скажем так… — протянул задумчиво. — Это было больше провокацией для одной маленькой обманщицы, нежели тем, что я действительно собирался сделать, — пояснил, обхватив её лицо, вынуждая вновь смотреть исключительно на меня. — Тем более, на тот момент я не собирался на тебе жениться. К тому же, личные взаимоотношения в моём офисе не приветствуются, ты же помнишь? — склонился к ней ближе, почти касаясь сладких чужих губ своими. — А будешь угрожать… — невольно ухмыльнулся. — Придётся принять меры.

— А я и не просила на мне жениться, — пробурчала недовольно Ангелина. — И неуставные отношения со мной заводить — тоже. И вообще, ты же меня скоро папе вернёшь, — съехидничала. — Так что… — замолчала, улыбнувшись многозначительно. — Ты прав, нового референта тебе точно надо будет искать. Как и жену, — припечатала невозмутимым тоном.

Вопреки словам, её сердечко с каждым мгновением билось всё громче и быстрее.

— Вот уж не думал, что тебе действительно нравится на меня работать, — отозвался, не скрывая удивления.

Новую жену искать, значит — не только референта…

Мечтай, девочка, дальше, если тебе так нравится жить иллюзиями.

Не отпущу!

Даже если весь мир перевернётся.

Мой — уже давно перевернулся, в конце концов, так что терять нечего.

— Да какая теперь разница, — вздохнула в очередной раз, нахмурившись, и дёрнула головой в сторону в желании разорвать прикосновение.

Только кто бы ей позволил.

— А знаешь, лгунья из тебя действительно никудышная, — хмыкнул, притягивая её к себе ещё ближе, одаривая коротким поцелуем в уголок губ, после чего и вовсе перетащил к себе на колени, крепко прижав за бёдра. — После того, как разберусь с проблемой, ты вернёшься в Рио. И твой отец тебя не спасёт от этой незавидной участи, если ещё не поняла. А насчёт референта… Если будешь очень убедительна, может, и не придётся другую искать, — пообещал, смягчив собственный ультиматум. — По крайней мере, в ближайшее время, — поправил сам себя, не сдержав предвкушающей улыбки.

— Между прочим, не спои ты меня, не скоро бы узнал, кто я такая, — парировала Ангелина. — Я же тогда проболталась, да? — уточнила больше для проформы. — И я с удовольствием посмотрю, как ты заберёшь меня у родителей и с острова, — совсем радостно заулыбалась.

— Тогда проболталась, да, — не стал отрицать, через короткую паузу добавив с ласковой улыбкой: — А ещё у тебя удивительно прекрасный цвет глаз. Не спутаешь ни с каким другим. И про океан, и свою семью ты, даже будучи трезвой, слишком много болтаешь. А семья у тебя… Хм… Довольно своеобразная.

Обо всём остальном…

Не сейчас.

— Да, но ты почему-то ни разу не задумался над моими словами, — ухмыльнулась. — Я вот всё ждала-ждала…

— Ну, если тебя это успокоит, скажу, что ничего прям конкретного, ты мне так и не сказала тогда, — отозвался снисходительно. — Правда, считаешь, ни разу не задумался? — хмыкнул в довершение, не спеша уточнять истинный посыл и сжал объятия крепче, с наслаждением вдыхая присущий волчице аромат цветущего сада с яблочным привкусом.

— То есть у меня ещё есть надежда, вырасти достойным партизаном? — отшутилась она, запустив руки в мои волосы. — И, конечно, ты задумался. Я ж столько интересовалась твоей невестой. Сложно было не задуматься. Кстати, ответы как-то вот с реальностью не вяжутся. Говорил, нет никаких отношений, и не будет, а сам… женился. И кто из нас больший обманщик, синьор Оливейра? — зажала волосы на макушке в кулак, чуть натянув, вынуждая посмотреть на неё. — И это была жестокая месть тем утром, между прочим, — прищурилась, задумчиво глядя на меня. — И ты так и не рассказал мне о той ночи. Что было.

— Жестокая месть? — переспросил насмешливо. — Поверь, солнечная моя, я был очень-очень мягок и великодушен, — проговорил снисходительно. — А на той Ангелине Рязановой, с которой я не должен был никогда знакомиться, я, и правда, никогда бы не женился, — дополнил уже серьёзнее. — Это тебе к твоему вопросу о том, что было бы, если б ты действительно являлась просто моим референтом и ничего больше, синьора Оливейра, — показательно выделил обращение.

— Вот я так и знала, что не стоило соглашаться на уговоры Селены, — вздохнула наигранно грустно. — На будущее, Огонёчек, — протянула самодовольно, — если я когда-нибудь и стану твоей синьорой Оливейра, то только потому, что сама этого захочу, — одарила серьёзным взглядом. — Поцелуй меня, — внезапно попросила негромко следом.

— Что за нравы пошли? Замуж она не хочет, а поцелуй хочет… — покачал головой, удручённо вздохнув.

— Ты прав, — покивала Ангелина с важным видом. — Совсем меня испортил. И, раз я теперь вся такая плохая… — весело улыбнулась, прежде чем самой впиться в мои губы жадным поцелуем.

Внутри в одно мгновение настоящий пожар разродился. Едва сдержался, чтобы не зайти дальше. Мне стоило огромных усилий ограничиться одними лишь поцелуями и банально не выпроводить из машины третьего присутствующего, который старательно делал вид, что не замечает происходящего, концентрируясь исключительно на дороге и вождении. Так и прошло всё оставшееся время до момента, как весь наш многочисленный эскорт прибыл в пункт назначения.

Ангелину я оставил в том ресторане, о котором упоминал прежде. Всех сопровождающих — также с ней, так что поднимался на нужный этаж в одиночестве.

Верховный уже ждал в зале Совета. Сидел в кресле у самого окна и задумчиво смотрел на открывающийся городской пейзаж. Ещё одно кресло стояло напротив него. Одетый во всё чёрное подстать собственной внешности, с взъерошенными волосами и небритый. Ещё и курил. Вишнёвый ароматный дымок поднимался наверх, утягиваемый вентиляцией под самым потолком. Заметив меня, он стряхнул пепел в пепельницу, которую держал в другой руке, а после и вовсе затушил сигарету.

— Присаживайся, — опустил всяческие приветствия, отставив пепельницу на стол, и вперился в меня непроницаемым взглядом.

Прежде видеть самого старшего по рангу среди всех оборотней приходилось лишь пару раз, да и то недолго, а о том, какой он, ходило слишком много слухов, так что решил с собственными выводами не торопиться. Просто последовал его предложению и уселся в одно из кресел напротив стола, кивнув вместо приветствия.

— Йен О'Двайер, — вздохнул он устало. — Можно просто Йен. Ну, или Верховный. Тут уж как тебе удобнее, — продолжил изучать внимательным взглядом мою персону. — Ладно, рассказывай, что у вас конкретно происходит в Рио, — сложил рук на груди, вытянув ноги.

— В последнее время дядя не особо посвящал меня в местные разборки, изолировав от текучки, а разобраться, что к чему, толком ещё не успел, — сказал, как есть. — Расследование убийства ещё не завершено. Но тут однозначно какая-то своеобразная месть лично мне. Скорее всего, один из прилежащих районов снова бунтует, как уже бывало не раз. Я им частенько дорогу перехожу, — поморщился, вспомнив окровавленные трупы с посланиями. — Как закончу дела в Лондоне, уже тогда смогу заняться вплотную. Сейчас пока лишь жду новостей от младшего альфы пустынного клана. Он вызвался помочь с… уточнением личности виновного, — обрисовал ситуацию вкратце.

А ещё почувствовал себя каким-то долбанным школьником, плохо выучившим домашнее задание. По крайней мере, встречный взор так и навевал подобные ощущения.

— Бунтует? — усмехнулся чёрный волк. — Я бы назвал это хорошо спланированной акцией с далеко идущими последствиями, учитывая, что они умудрились убить не самого слабого волка вашего клана, — нахмурился и отвернулся к окну. — Младший Аль-'Азиз, говоришь… Интересная картина вырисовывается… — последнее сказал больше своим мыслям, чем мне.

— Понятно, что спланировано, — отозвался, подавив внутреннее раздражение, вызванное в первую очередь собственной беспомощностью в сложившейся ситуации. — Сначала украли груз, ударив по бюджету, потом бросили публичное предупреждение вместе с неизвестным трупом, чью личность так и не установили. Но… зачем тогда убивать вожака стаи, если счёты лично со мной? Сразу бы пришли ко мне, и всё. Со мной расправиться было бы даже проще, по идее.

Сам себе задавал эти вопросы уже не раз, но даже к приблизительно более-менее вразумительному ответу так и не приблизился. Может, хоть он поможет чем-нибудь?

— Им нужно было твоё Восхождение, — на этот раз меня одарили тяжёлым взором, будто к месту придавило бетонной плитой. — Я даже не уверен, что тебя хотят убить. Скорее, дискредитировать в глазах других как альфу. Но это лишь предположение, сделанное из доносов моих ищеек. Сам понимаешь, ваш город — закрытая территория даже для меня, так что особо накопать тоже ничего не вышло. Так что советую не отказываться от помощи Демонёнка. С его связями проще выяснить, что и как.

Демонёнка, значит.

Занятно!

— Я и не отказывался, — вздохнул. — А насчёт Восхождения: это обязательно делать в ближайшее время? Можно и отложить ведь. До выяснения всех обстоятельств, так сказать. К тому же, у меня есть старший брат по линии отца. Тоже альфа, — повторно поморщился, но уже от непонятно откуда взявшейся головной боли. — Вдруг, если вы правы, мы только сыграем на руку тому, кто всё это затеял?

— Сыграем на руку, это ты верно подметил, — оскалился сидящий передо мной в предвкушении. — Или у тебя есть другой план, как выявить участников этого переворота? — выгнул брови и устало вздохнул. — Когда только угомонятся? Что ни десятилетие, то обязательно вылезает кто-то с маниакальными наклонностями к самоубийству, — брезгливо скривился.

Тут пришлось немного поразмыслить…

— Другого пока нет, — признал, усмехнувшись. — К тому же, как я и сказал, у меня есть старший брат. Он, конечно, тот ещё раздолбай, но далеко не робкого десятка. В случае чего, вполне может взяться за голову и возглавить огненный клан вместо меня. Да и терять мне больше нечего, — сначала сказал, а потом мысленно чертыхнулся, потому что перед глазами как наяву возник образ солнечной девочки. — Особо, — закончил мрачно.

Максимум к утру родители Ангелины всё равно заберут своё чадо, так что… да. Никаких меток она не признавала и не собирается даже. Да и кроме симпатии ко мне всё равно больше ничего не испытывает. Как говорится, служить панихиду некому.

— Ах да… это, — широко улыбнулся О'Двайер. — Вот не знаю, поздравить тебя или же посочувствовать, — коротко рассмеялся, но тут же посерьёзнел. — Ладно, давай сделаем так… — постучал пальцами по подлокотнику.

Правда, договорить не смог. Здание неожиданно тряхнуло, наравне с раздавшимся закладывающим уши гулом. По окнам пронеслась звенящая дрожь, хотя стёкла уцелели. Помимо этого, вибрация прошлась по всем стенам.

— Первый этаж, — мрачно постановил Верховный, первым бросившись в коридор, попутно набирая чей-то номер.

Впрочем, если бы он не сказал ничего, я бы и так сорвался с места, ведомый лишь одним единственным…

Ангелина.