Глава 33

Ян

Брат Ярославы и бета клана чёрных волков стояли около одного из внедорожников. Радости в первом светилось непомерно много…

И вот почему я не разделял того же оптимизма, который так и светился в его зелёных глазах?

– Да? И зачем? – настороженно поинтересовался у обоих, выходя из машины.

Девушка, тоже уже покинувшая салон автомобиля, своим видом выражая солидарность со мной.

– Какие недоверчивые, – фыркнул Кайл.

– Ну, хоть в чём-то они пришли к согласию, – хмыкнул в свою очередь Айом, вызывая во мне волну раздражения.

– Бесите! – рявкнул на них. – Так зачем вы нас ждали, хохмачи?

– О-у, кажется мне, что они поменялись местами, – громко прошептал парень, склонившись к плечу беты.

– Ну, да… Обычно так орёт твоя сестра на всех, – подыграл тот в ответ.

– А это не заразно, как думаешь? – оба еле сдерживали смех.

Нет, они меня доведут, и я точно кого-нибудь всё-таки придушу!

– Ну, хватит! – холодно оборвала Ярослава эти словесные игры.

Бросила на них испепеляющий взгляд, чуть дольше задержав его на брате, и исчезла за дверью выхода из ангара.

– Извини, перегнули, – покаялись одновременно они.

Переглянулись между собой и всё-таки расхохотались. Я же терпеливо пережидал эту вспышку безудержного веселья.

– Нет, вы уже реально начинаете пугать, – хмыкнул, прислоняясь к капоту BMW.

– Да всё нормально, – отозвался Айом. – Просто мы рады, что у вас всё хорошо. Вы не поругались, даже, наоборот, чувствую, провели его с пользой для души…

– Ты хотел сказать, для тела, да? – перебил его альфа клана белых волков.

– И это тоже, – согласился мой бета. – К тому же мы нашли того урода, который отравил Ярославу, и даже противоядие достали, – похлопал по багажнику внедорожника. – Впрочем, ничего сложного делать не пришлось. Придурок решил проследить, что мы предпримем. Сидел в своей тачке неподалёку от того переулка.

Из всего этого в моём сознании отложилось только, что девушку отравили.

Это, получается, я её таскал по городу больную?

– А если бы она откинулась там со мной? – произнёс я тихо с нескрываемой злостью. – Вы чем вообще думали?

– Ну-у… Мы… Хотели, как лучше? – Кайл сам не знал, то ли спрашивал, то ли просто констатировал факт.

Я готов был его придушить. Айом, заметив моё состояние, предпочёл дальше молчать. Меня же просто трясло, буквально разрывало от ярости.

Откуда в мозгах этой девчонки столько дури? И брат не лучше! Вот сразу видно, что родственнички, мать их! Но Айомхер?! Он мне казался довольно серьёзным мужиком, а тут… такое.

– С вами я позже договорю! – пообещал им и поспешил на поиски одной ненормальной.

Чёрт, а если бы она там умерла прямо на моих руках? Что за безалаберность? И, единственное, чего мне сейчас хотелось, – найти эту идиотку и выпороть так, чтобы сидеть долго ещё не могла. Жаль, ремня не оказалось под рукой.

А секс? Это она так прощалась, типа?

Нет, я её точно удавлю! Мы знакомы всего ничего, а у меня уже нервы ни к чёрту от этих выходок!

Девушка нашлась в самолёте рядом с учёным, который ей что-то втолковывал и расставлял колбы с кровью в металлической подставке. Она слушала его с видимым недовольством. В несколько быстрых шагов оказался рядом с ней. Ярослава, завидев меня, сначала неуверенно улыбнулась, а после, видимо заметив моё состояние, побледнела.

– О, привет… – начал было Мак, но я не стал даже выслушивать его.

– Она тебе ещё нужна? – спросил вместо этого.

– Да нет, в общем-то. Все нужные анализы я уже взял, – неуверенно переводя взгляд с одного на другого из нас.

– Отлично! – ответил с весёлым воодушевлением, хотя внутри уже множество раз открутил одну темноволосую головку, в которой вместо мозгов сквозит ветер.

Поднял девушку на ноги и перекинул через своё плечо.

– Э-э, Ян, а что… – попытался поинтересоваться Мак.

Но я даже слушать его не стал, взяв направление в нашу с ней спальню, где и сгрузил свою ношу прямо на кровать, после чего навис сверху, внимательно следя за тем, как зрачки глаз в ужасе расширяются.

– Ну, и как? Понравился прощальный секс? – со злой усмешкой поинтересовался у неё.

Девушка побледнела ещё больше.

– Я собиралась тебе сказать. Правда. Просто не успела, – со слезами на глазах тихо прошептала она.

– Ну, да, – продолжал я злорадствовать, – мы же вместе-то пробыли каких-то пару мгновений, а не пару часов. Выделить во всём этом времени момент, чтобы рассказать такую важную вещь, что ты при смерти, некогда было, да? Зато на секс с лихвой хватило и десяти минут.

– Я не при смерти! – возразила она, вздёрнув подбородок. – У меня ещё три дня есть… – добавила уже тише и не так твёрдо.

– А, ну тогда всё охренеть как хорошо, да? Три дня – это же целая жизнь, – яд так и сквозил в моих словах. – И можно не говорить одному глупому ничего не помнящему человеку о таком! Зачем? Это же сущая мелочь! Вот, скажи мне, милая, а если бы тебе там плохо стало? Если бы ты там подохла? – рявкнул под конец и уже спокойнее продолжил: – У тебя вообще инстинкт самосохранения работает? Или тебе плевать на своё здоровье и жизнь? И брат твой ещё… Два сапога пара. Ты хоть на минуту подумала о сыне? Ладно я, плевать! Отвёз бы твоё бездыханное тельце сюда, и всё! Но ты… Слов нет!

Я поднялся с неё и ушёл в ванну, где залез в душевую кабинку прямо в одежде и включил холодную воду. Мне срочно необходимо было хоть немного успокоиться.

– А что бы это изменило, а? – появилась она на пороге следом. – Скажи, что?! Ну, сказала бы раньше, и что потом? Скажи мне! Потому что лично я не понимаю! Я всего лишь хотела провести с тобой время, пока ты снова не… – она запнулась, разведя в воздухе рукой. – Не превратился вот в такого! Вечного доминирующего тирана, который готов контролировать даже то, сколько раз я вздохнула за целый день! Чёрт… – последнее прозвучало измученным стоном, – Ну почему ты вынуждаешь меня постоянно говорить тебе всю эту хрень? Почему я должна всё время оправдываться и защищаться от тебя? Ведь мы же можем разговаривать нормально… Тебе самому не надоело?

– Слов нет… – прошептал сам себе. – Это просто охренеть что такое!

Я закрыл вентиль с водой и стал снимать с себя мокрую одежду. Всё равно душ нисколько не помог успокоиться. А последние слова Ярославы лишь ещё больше взбесили. Со мной она хотела время провести…

Да на хрен мне нужна такая жертва?

Именно об этом я не замедлил сообщить по-прежнему стоящей в проходе брюнетке.

– Думаешь, от этого легче? Ты понимаешь, что я нёс за тебя ответственность, когда твой брат доверился мне и оставил тебя со мной? Ладно, хрен с ней, этой ответственностью. Но… Чёрт! – у меня действительно не хватало слов. – Ты хоть подумай, как бы я себя чувствовал, если бы ты там умерла? Ты хоть представляешь, как я испугался, когда Айом сообщил о том, что ты отравлена? Ты… – я стащил с себя последнюю вещь и бросил к остальному на полу, оставшись абсолютно голым. – Знаешь, я так не могу. Извини, но отношения, изначально построенные на лжи, кажутся мне бесперспективными. Ты играешь в одни ворота, Яр. Свои. А я так не могу. Я постоянно всё узнаю от других. У тебя нет ни желания, ни времени что-то мне объяснять. И других ты толкаешь на то же самое, – девушка молчала, кусая губы. – Я помогу вам с Советом, и что ещё нужно будет, но в остальном я пас, извини. Если мы и будем встречаться и общаться, то только по поводу сына. Я поселюсь неподалёку от вас. Найду работу и буду помогать, чем смогу. Обещаю, что не оставлю. Но нас я пока не вижу. Никак.

Оттолкнул Яру с прохода и направился к шкафу одеваться.

– Я тебе не врала. Умолчала – да. Но не врала, – донеслось мне в спину. – Согласись, это разные вещи… Ты сам мне когда-то сказал об этом. Просто… Видимо, это очередной твой тысячный способ найти повод избавиться от меня, не признавая при этом вслух, что просто не хочешь быть рядом, вот и всё… Держу пари, к Элейн ты таких завышенных критериев не предъявлял. Не думаю, что она настолько талантлива, чтобы обманывать тебя каждый день на протяжении целого года. Просто признайся – не нужно тебе всё это. Вот и главная причина: ты не хочешь даже пытаться пустить меня в свою жизнь, – и, развернувшись, выбежала в коридор.

– Какого хрена? – ошеломлённо переваривал сказанное ею.

Что вообще она имела в виду? Что ещё за фигня, связанная с Лейни? О каком обмане она говорила?

– Твою мать, Ярослава! – заорал на весь самолёт.

Быстро натянув первые попавшиеся штаны, забил на остальную одежду и направился на поиски этой психованной девицы. Впрочем, и сам не лучше.

Вот уж действительно – парочка!

Хмыкнул от этой мысли. По пути встретил Айома, которому велел готовить вылет к моему сыну, если он хочет, чтобы я продолжил помогать с Советом. Бета хотел что-то сказать, но счёл за нужное промолчать, чему я искренне обрадовался. Просто мои нервы были сейчас оголены настолько, что произнеси он хоть слово, сорвал бы на нём своё дерьмовое настроение. Тем более давно понял – не его вина, что одна чокнутая особа так любит обо всём умалчивать.

Прибил бы!

К слову говоря, нашёл я эту… Как бы помягче выразиться… В общем, обнаружилась она всё в том же ангаре рядом с братом. При виде меня брюнетка шагнула за спину родственника. Приподнял брови вверх, насмешливо глядя на неё. Кайл же посмотрел на сестру, устало вздохнул и покачал головой.

– Зачем пришёл? Или правильнее спросить, к кому? – не очень дружелюбно произнёс он.

Я восхитился! Нет, честно!

Ведь всё понимает, но сестру защищает. Вот только вряд ли меня сейчас хоть кто-то был способен остановить, когда цель находилась перед глазами.

– Уйди, Кайл. Сейчас я не настроен ещё и с тобой ругаться. Мне только нужно кое-что уточнить у твоей не совсем адекватной сестрицы, – спокойно проговорил ему.

– Прости, Джер, но нет! Я, конечно, с тобой полностью солидарен, но сам понимаешь… Сестру я в обиду не дам никому. Даже её мужу.

Склонил голову набок, раздумывая, как лучше поступить: с боем добраться до этой девчонки или всё же попробовать договориться. Пока размышлял, парень предложил свою помощь в решении нашей проблемы.

– Помнится, я обещал тебе правдивый рассказ о прошлом, – заметил он. – Так почему бы не сейчас? А Ярослава нам поможет с некоторыми деталями. Да, сестрёнка? – предложил с нажимом на последнее слово.

– Можно подумать, у меня есть выбор, – фыркнула она.

Прищурил глаза, глядя на неё, и кивнул Кайлу в знаке согласия его идеи. Тот заметно расслабился, взял девушку за руку и направился обратно к нам в комнату.

– Думаю, здесь нам никто не помешает, – сказал он, когда мы оказались внутри.

Близнецы уселись на диван, я же остался стоять у двери, засунув руки в карман и ожидая начала повествования.

– Может быть, присядешь? – уточнил парень.

– Даже не знаю, – протянул в ответ. – У твоей сестры имеется странная привычка сбегать от ответственности. Наговорит, а потом прячется.

Кайл закашлялся, стараясь скрыть смех, за что получил тычок в бок от Яры.

– Кто начнёт?

– Наверное, стоит мне, раз уж с меня началась эта заварушка, – вздохнул альфа клана белых волков.

Дальше последовал рассказ о том, как он жил с подачи собственной матери, которая лишила его волчьей сущности, как узнал о сестре и решил в очередной раз сбежать, чтобы найти её, и подставил нашу семью. Всё это я, честно говоря, слушал с тихим ужасом. У меня просто в голове не укладывалось, как такое возможно.

– Я признаю, что был не прав, заставляя сестру умалчивать обо мне. Но на тот момент мне казалось, что этого не стоит делать, пока на моих руках не будет доказательств. По сути, из-за меня вы – ты, Яра и ваш сын – оказались пойманными. Мои действия привели вас в ловушку.

– Я собиралась тебе всё рассказать именно в тот день. Познакомить с Кайлом, но… не вышло, – призналась девушка в свою очередь.

Она сухо объяснила, как всё произошло. Изложила об опытах с альфа-генами. И было во всём этом что-то дикое. Я с ужасом осознавал, что они могли сделать с ребёнком. Но Яра словно специально сторонилась этого в своём пересказе.

– Что они сделали с Эйданом? – перебил я её в итоге.

В данный момент мне было плевать на все опыты, что проводили над ними. Меня волновало, что с моим сыном. И в то же время ужасно боялся услышать ответ. Впрочем, Яра говорила, что он развивается согласно своему возрасту. Хотя могла и умолчать. В этом, как я теперь знаю, она мастер.

– Я сделала всё, что могла, чтобы его не трогали… – уклончиво отреагировала она. – Даже заключила сделку с местным начальством. Но… Он был под успокоительным… Постоянно спал.

– И? Дальше!

– А что дальше? Дальше Кайл устроил захват "А-зоны", а Айом забрал нас оттуда. С тех пор твой сын в твоём доме. Как я уже говорила, за ним присматривает Мейси. Мне, конечно, медаль «матери года» не дадут, но с сыном всё в порядке.

– Ты, как всегда, дорогая, всё умело объяснила, – съехидничал в ответ.

Прижал пальцы к переносице и попробовал снова дозваться волка. За это время я его так ни разу и не почувствовал, словно он и вовсе пропал из моего сознания. Как ни странно, без него мне уже даже было не по себе.

– Если на этом допрос моей персоны закончен, могу я идти? – не менее ехидно отозвалась девушка. – А то мне ещё вещи собрать надо…

– Ну, хватит вам! – одёрнул нас Кайл. – Мы здесь не для выяснения ваших отношений! Яр, хватит! К тому же тебе ещё кое-что Джеру рассказать надо…

Странно, что именно Кайл называет меня этим именем. На мой вопрос по этому поводу парень тяжело вздохнул и откинулся на спинку дивана.

– Скажем так, я тебя понимаю в этом плане. Почему ты не хочешь позиционироваться себя с прошлым. У меня тоже сейчас такое состояние, словно между прошлым мной и настоящим провели черту. Помню себя прежним – озлобленным одиночкой – и пытаюсь сопоставить с настоящим. Это в действительности ужасно сложно. И, честно сказать, даже не знаю, что хуже или лучше: помнить или забыть, как ты. Я не был знаком с Яном, но примерно представляю, каким он был. Ты на него не похож. Джереми другой. Уверен, да и мужики рассказывали, будь ты прежним, простил бы все выкрутасы моей сестре. Но ты – не он. А некоторые просто никак не хотят этого принять. Понимают умом, а на деле ничего не меняется. Да, сестричка?

Ярослава вымученно закатила глаза, шумно выдохнув. А после кинула долгий красноречивый взгляд брату. Он же прищурился ответно, одарив её не менее долгим взглядом, определённо несущим какой-то только им двоим понятный смысл…

Да что происходит?

– Да, сестричка? – с нажимом повторил Кайл.

Девушка поджала губы, добела сжав кулаки, а потом и вовсе подскочила с места в явном намерении удрать отсюда подальше.

– Раз такой умник, сам и рассказывай! – огрызнулась она. – Я даже вспоминать её не хочу, не то, что вдаваться в подробности того, какого хрена он в неё втюрился по уши, а меня теперь и знать не хочет!

– Эй, полегче! – осадил я девушку. – Я такого не говорил, что не хочу тебя знать. Я лишь сказал, что с твоим отношением ко мне мы не сможем даже нормально общаться, потому не стоит и начинать. И если ты всегда так переиначиваешь слова других, неудивительно, что в твоей голове такая хрень творится. Ты бы не просто слушала других, а хоть раз услышала, что ли. И кто-нибудь мне уже объяснит, что не так с Лейни?! – фактически потребовал под конец.

Девушка шумно вздохнула, задержав дыхание.

– Яр… Не вынуждай меня, – предостерегающе проговорил Кайл.

С пару секунд она так и не реагировала, но потом всё же сдалась.

– Из того, что мне удалось узнать от доктора Уилсон, подавление твоего зверя являлось частью эксперимента по внедрению альфа-генов обычным людям. Но если оборотни подчиняются альфе, а альфа зависит от своей стаи, то у человека нет подобного фактора, который мог бы установить их зависимость от кого-либо. А хладнокровные убийцы–одиночки, которым плевать на всё, сам понимаешь, не лучшая из перспектив. И в итоге, «А-зона» создала такой фактор: они взяли за аналог связь, которая возникает между оборотнями, которые в паре, – если быть точнее, нашу с тобой связь. И первый успешный опыт был проведён на тебе и Элейн. Она – твой персональный вариант сдерживания на эмоциональном уровне. Сыворотки, которые Элейн тебе колола, не только подавляли твою вторую сущность и продлевали эффект амнезии, но и каким-то образом воссоздавали зависимость между вами. Мак сказал, что сможет более подробно разобраться в этом, когда вернётся в свою лабораторию, так что деталей мы пока не знаем, – на одном дыхании выдала Ярослава и после недолгой паузы добавила: – Когда мы покидали лабораторию, то забрали с собой всех, кто там был. Среди них была и маленькая девочка. Тогда мы ещё не знали, что это дочь Элейн. Поняли, когда пришли к ней домой. И я поставила ей условие: она бросает тебя, а мы отвозим её к дочери. Та согласилась…

По мере того, как Ярослава говорила, мне казалось, что весь мой мир трещит по швам. В буквальном смысле этого слова. Я как наяву слышал этот звук рвущегося полотна. Весь год, что я провёл с Лейни, оказался ложью. Все её слова, действия – всё это было игрой: красивой и ненастоящей.

– Не стоит её винить. У неё не было выбора, – послышался, будто издали, голос рассказчицы.

Поднял на неё взгляд, но видел перед собой не её, а Элейн.

– Кто сказал, что я её виню? На её месте любая любящая мать сделала бы так же. Просто… Мне нужно побыть одному.

Как оказался на улице, сам не понял. Пришёл в себя лишь от порыва ветра, пронзающего своим холодом. Погода совсем испортилась. Моросил мелкий и неприятный дождик, как отражение моего состояния.

Добрая, милая, рыжая девушка оказалась волком в овечьей шкуре. И всё же мне не хотелось в это верить. Было велико желание вернуться и, схватив Яру за плечи, трясти её пока та не скажет обратное. Но понимал, что это ничего не изменит. От этого правда не перестанет быть другою, как и менее болезненной. Но, чёрт!..

– А-а-а!

Мой крик затерялся в серой дымке дождя. Упав на колени, стал кулаком молотить асфальтированную поверхность взлётной площадки.

– Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!

Я снова и снова повторял это слово, словно оно могло хоть что-то изменить. Хотелось сохранить нечто светлое и хорошее за прошедший год, но ощущение предательства перечеркнуло всё, казавшееся раньше самым лучшим. То, за что я цеплялся все эти дни. Господи, прошло всего ничего, а у меня такое чувство, будто несколько лет!

Правда накрывала волнами, как цунами. И с каждой приливной волной мне казалось, вот сейчас я уже точно не выберусь из всего этого – оно поглотит меня всего, не оставив даже памяти о моём существовании. У меня больше не было никого, за кого бы я мог уцепиться, чтобы вернуть себя. Все здесь находящиеся оборотни мне чужие, чтобы сами не говорили. Они не знали меня настоящего и видели другую личность.

Но я не хочу быть другим! Я не знаю, как быть тем Яном! И не уверен, что хочу им быть! Зачем? Только потому, что я должен по какому-то там статусу? Да и не нужен он мне!

– Ненавижу! – удар. – Ненавижу! – ещё один. – Не-на-ви-жу! – услышал хруст и отстранённо отметил боль в ладони.

– Хватит, Джер! – послышался чей-то голос. – Хватит!

Тон говорившего был спокоен и тих. Он звал, убеждал, что всё хорошо, но я не верил и не хотел слушать. На некоторое время меня оставили в покое, как мне и хотелось. Но, как только удалось снова погрузиться в себя, голос вернулся вновь. И на этот раз это была женщина. Но стоило услышать её, захотелось кричать, рвать и метать от ярости и безысходности ещё больше.

– Тише, любимый, тише… – ласковым умиротворяющим голосом повторяла она снова и снова. – Всё будет хорошо. Вот увидишь. Тише, любимый…

– Нет, нет, нет, – повторял то и дело. – Уйди… Хватит… Хватит… Хватит! – выкрикнул в последний раз, схватившись за голову.

– Ярослава, отойди от него! На него привязка к другой действует! Он тебя потому отторгает! – прокричал кто-то.

А дальше меня снова отшвырнуло в глубину сознания, чему, надо сказать, я был несказанно рад.