Глава 27
Аминат сидела в своём кабинете, окружённая тишиной, настолько плотной, что можно было ощутить её вес. Этот кабинет — её крепость, её тронный зал, место, где она поднимала свою тёмную империю, раздавая приказы, от которых дрожали и умирали люди. Теперь этот зал казался ей пустым, как и всё, что она построила. Просторный кабинет, утопающий в роскоши, превратился в клетку, откуда ей не было выхода. Она уже чувствовала это. Новости приходили одна за другой. Сначала кто-то из мелких партнёров сообщил, что одна из сделок сорвалась. Ерунда, она могла бы решить этот вопрос в течение нескольких часов. Но потом оборвался ещё один контракт. Ещё один партнёр исчез. Ещё один бизнес-проект рухнул, словно карточный домик, на который обрушился ураган. И теперь этот ураган врывался в её жизнь с такой силой, что стены кабинета начали сжиматься вокруг неё, как в ловушке. Аминат могла дышать, но с каждым вдохом ощущала, как её контроль испаряется. Она всегда считала себя непробиваемой. Всё, что она создавала, было выстроено на манипуляциях, страхе и безжалостности. Это была её сила. Она рвала и грызла этот мир своими зубами, как дикая львица, отвоёвывая каждый клочок территории. Но теперь её зубы оказались бессильны перед тем, что создавала Алиса. Эта чёртова женщина разорвала её в клочья. Алиса знала, куда бить. И Аминат, несмотря на всю свою жестокость, не смогла этого предугадать. Телефон в её руке дрожал. Каждый звонок, каждый ответ разрушал её дальнейшие планы. Один за другим партнёры отказывались. Даже адвокаты, те, кого она покупала годами, прикрывая свою жуткую деятельность, теперь в один миг исчезли, словно никогда и не были её союзниками. Все, кто клялся ей в верности, теперь сбежали, как крысы с тонущего корабля.
«Ты таки проиграла, Аминат», — пронеслось в её голове. Слова Алисы, произнесённые когда-то давно, эхом отдавались в её сознании, рвя нервы, как натянутые струны, готовые вот-вот лопнуть.
Аминат ещё раз пыталась дозвониться своему главному адвокату, мужчине, который вытаскивал её из самых грязных передряг. Но вместо уверенного голоса на том конце раздавался короткий сигнал отбоя. Он даже не удосужился ответить. Никто больше не хотел иметь с ней дела. Страх перед тюрьмой был сильнее денег, которые она предлагала. Её руки дрожали от гнева, но она сдерживала себя, стараясь не показывать слабость. Даже если в кабинете не было никого, кроме неё самой, она не могла позволить себе пасть. Слабость — это слабость, даже когда тебя никто не видит.
— Твари, — прошипела она сквозь зубы, бросив телефон на стол с такой силой, что он отлетел в сторону. — Все вы — жалкие, мелочные твари.
Её голос дрожал от ярости, но даже эта ярость была пустой. Она не могла контролировать ситуацию. Она чувствовала, как её жизнь разваливается на части. Каждая её попытка остановить этот крах только ускоряла падение. Она, Аминат, та, кто держала этот город в своих руках, теперь была загнана в угол. Паника начала медленно заполнять её разум, как вода в затопленную комнату. Она никогда не испытывала этого раньше. Никогда не позволяла себе думать о возможном крахе. Это было недопустимо. Но теперь крах был не просто возможным — он был неизбежным. Он уже начался, и Аминат была бессильна его остановить.
Тюрьма. Это слово обжигало её, как раскалённое железо. Она всегда жила в роскоши, всегда была наверху, всегда диктовала условия. И теперь… тюрьма. Двадцать пять лет, минимум. Адвокаты, которые могли бы снизить срок, уже отказались работать с ней. Аминат знала, что её ждёт — годы среди тех женщин, которыми она манипулировала, которых использовала в своих играх. Тех, кого она предавала и ломала. Ее не пощадят… а у нее не будет ни власти, ни денег противостоять.
Она видела перед собой жуткие картинки — как эти падшие, грязные зечки с презрением смотрят на неё, как они смеются над её падением, как насилуют ее, бьют, заставляют в прямом смысле жрать дерьмо с параши. Она знала, что в тюрьме её ждёт ад. Она не выживет там. Её кожа покрылась мелкими каплями пота, когда перед глазами возникли образы её возможного будущего. Тюрьма с её тёмными коридорами, холодные стены камеры, и смех, этот чёртов смех, который будет преследовать её каждую ночь. Смех Алисы. Аминат содрогнулась от этой мысли.
«Я не смогу,» — пронеслось в её голове. Это не было слабостью. Это было пониманием неизбежного. Она не выдержит тюрьму. Её сломают за несколько дней. Слова Алисы в её голове продолжали эхом отдавать в ушах: «Ты никогда не вернёшься туда, где была раньше. Ты уже сдохла, Аминат! Ты разлагаешься и черви жрут твое тело!». И это было правдой. Алиса не оставила ей ни единого шанса на возрождение. Все связи, весь бизнес, всё, что она строила годами, было уничтожено в одночасье.
Она посмотрела на пистолет, лежащий на столе перед ней. Его холодная сталь сверкала в свете тусклой лампы, отбрасывая мрачные тени. Этот пистолет был её последней линией защиты, последним символом власти.
Её мысли перенесли её назад, в те времена, когда она только начинала свой путь вместе с мужем. Когда она ещё была молодой, голодной, готовой на всё ради достижения своих целей. Аминат всегда знала, чего хочет. Она всегда знала, как получить желаемое. Вспомнилась первая сделка, первое убийство, которое она заказала, первый крупный контракт по торговле оружием. Тогда она чувствовала себя непобедимой. Тогда ей казалось, что её сила будет вечной. Но всё это оказалось иллюзией. Её жизнь, её успех, её власть — всё это теперь рушилось на её глазах. «Сколько жизней я сломала, чтобы добиться этого?» — подумала она. Сотни? Она не могла вспомнить всех тех, кого предала, кого использовала как ступеньки на своём пути к вершине. Но теперь это не имело значения. Её собственная жизнь оказалась разрушенной.
В какой-то момент Аминат всё же решилась на последний звонок. Это был её последний шанс. Она набрала номер одного из самых влиятельных людей в своей жизни — человека, который всегда был её тайным козырем, её теневым покровителем. Он всегда спасал её в трудные моменты, всегда давал ей новый шанс. Несколько длинных гудков, а затем раздался знакомый голос.
— Аминат? — в нем не было ни дружелюбия, ни сочувствия. Он знал, что она звонит не просто так. — Что тебе нужно?
Она замерла, с трудом подавляя дрожь во всем теле.
— Ты должен помочь мне, — сказала она, и её голос прозвучал более умоляющим, чем она ожидала.
На том конце линии наступило долгое молчание. А затем ответ, который резанул её как нож.
— Я не могу. Смирись. Это конец. Уйди достойно…
Линия оборвалась. Аминат уронила телефон на стол. Этот ответ был последним гвоздём в крышку её гроба. Даже тот, кто всегда поддерживал её, теперь бросил её на произвол судьбы.
Аминат поняла, что у неё больше нет выхода. Её мир рухнул. Её жизнь, которую она строила на лжи, манипуляциях и крови, теперь не стоила ничего. Перед ней остались только два пути: либо она встретит неизбежную смерть в тюрьме, либо сделает шаг навстречу своей судьбе сейчас, по своей воле. Её взгляд снова упал на пистолет. Он манил её, как последний шанс избежать мучений. Это было всё, что у неё осталось — контроль над собственной смертью. Руки дрожали, когда она взяла оружие. Холодная сталь приятно обожгла пальцы. Она медленно подняла его к виску, и перед глазами замелькали образы — прошлое, которое она когда-то считала вечным, и будущее, которого она больше не увидит.
Аминат закрыла глаза. Вся её жизнь пронеслась перед глазами, как старый, тусклый фильм. Она видела лица людей, которых предала, слышала их голоса, чувствовала их боль. Но это больше не имело значения. Она знала, что заслужила это. Она знала, что за всё приходится платить. Дыхание стало рваным. Пот медленно стекал по вискам. Она знала, что вот-вот нажмёт на курок. Страшно не было. Было только чувство полного опустошения, как будто жизнь уже покинула её. Её пальцы сжались на спусковом крючке, и она нажала.