Глава 11

Проснулась я отдохнувшая и свежая. Вот что зелье животворящее со мной сделало. Сразу же вспомнила про Маришку. В кресле дремал Валентин. Вот кого-кого, а его я ожидала увидеть меньше всего.

Попыталась осторожно спуститься с кровати, но половица скрипнула, и мужчина открыл глаза.

— Я не хотела тебя будить, – стало неудобно перед мужчиной. Они тоже устали. Хоть мы и не обсудили все, что произошло, но я так поняла, что они отправились на мои поиски. Так что у них тоже ночка была не сахар.

— Ты мало поспала, – мужчина выпрямился и размял шею.

— Выспалась, – пожала плечами. – Я хотела вам что-то рассказать, вот мысль была перед тем, как уснуть. Но сейчас не помню.

— Ничего, вспомнишь, – утешил лорд Дармонд. – Может, про Маришку что? – предположил мужчина.

— Не помню, – мысль, которую хотела сказать, обязательно нужно вспомнить. Что-то очень важное меня терзало.

В комнату заглянул Мортон и, увидев, что я сижу на постели, обрадованно улыбнулся.

— Пора обедать. Там Алар решил закатить праздничный обед, – произносит мужчина. – Слушай, угомони Кешу. Он никого не слушает. Гоняет эту девочку, – замечает мужчина, а у меня внутри, где-то в районе солнечного сплетения, что-то кольнуло. Неприятно так, что я даже скривилась. Я знаю это чувство. И оно мне не понравилось. Это ревность.

— А тебе девочка понравилась? Заступаешься? – налетела я на мужчину, а у него даже глаза удивленно расширились.

— Нет, – растерянно ответил Мартон.

— Кажется, кто-то ревнует, – усмехнулся Дармонд и встал с кресла.

— И вовсе я не ревную! – возмутилась, но, раздосадованная, что меня так легко раскусили, схватила подушку и швырнула в мужчину.

— Ревнуешь-ревнуешь, – продолжает дразнить Валентин, и в него летит следующая подушка. Мужчины выскакивают из комнаты, а я пораженно смотрю на валяющиеся посреди комнаты подушки. Валентин прав. Я приревновала Мортона. И стоило мне представить Алара рядом с какой-то девушкой… или Валентина с Абелардом, как я готова рвать и метать. Неужели я не заметила, как влюбилась? Встряхнула головой и вспоминаю, что меня вообще-то позвали обедать. Нашла в шкафу платье и, переодевшись, заплела косу. Спускалась я тихо, ожидая чего угодно, но только не того, что увидела. Алар хозяйничал на кухне, а ему помогал Абелард. В лавке шла вовсю торговля, и дочь трактирщика оказалась способной ученицей. Кеша из-под полы подсказывал ей, а когда оставались одни, все рассказывал и учил уму-разуму. Маришка сидела за столом и играла с куклой. Валентин подпирал косяк двери, что вела на внутренний двор, и смотрел за тем, как Мортон что-то делает неподалеку с колодцем.

— Я здесь, – все были настолько поглощены своими делами, что моего появления сразу и не заметили.

— О, ты вовремя! – ко мне подскочил Кеша. – Идем, – я поражалась его кипучей энергии. Он как маленький двигатель. Хотя почему маленький? Он довольно крупный для кота, заряжал всех энергией и заставлял шевелиться, придумывая всем дело. Я послушно прошла за котярой в лавку, которая как раз опустела.

— Чем ты здесь торгуешь? У нас же было совсем мало запасов настоек и снадобий, – я удивленно смотрела на полные витрины со склянками и баночками. – Откуда это все?

— Пока там кто-то пытался стать жертвой в темном обряде, я волновался и не мог уснуть. И потому варил самые простые настойки всю ночь. Кстати, я приготовил и зелье для Маришки. Но в нем не хватает одного очень важного ингредиента, – отзывается ворчливый кот.

— Какого? – насторожилась. Мужчины же сказали, что у Кеши все готово, а сейчас выясняется, что чего-то не хватает.

— Магии и любви, – и на хитрой мордочке кота появляется усмешка. Он велит запереть дверь лавки и закрыть занавесками окна. Затем на стол ложится тяжелая книга, уже открытая на нужной странице, и мне велят взять в руки зелье и начать начитывать заклинание. Выполняю все строго по инструкции, и от рук полился свет, который заставил жидкость в склянке засветиться.

На все про все ушло не больше десяти минут, и вот уже я на кухне прошу ребенка выпить горькую настойку.

— Давай, моя хорошая, пей, – придерживаю флакончик и слежу, чтобы она все выпила. Ребенок морщится, но пьет. И тут я вспоминаю, что же такого важного хотела рассказать лордам.

Мужчины уже накрыли на стол, а я, резко развернувшись, роняю пустую склянку.

— О`Мелл! – произносим с Маришкой одновременно и удивленно смотрим друг на друга. Мужчины же уставились на нас, не понимая, что сейчас было.

— Маришенька, ты заговорила! – я радостно обнимаю ребенка. – Что ты сказала?

— Человек, который убил моих родителей, – это Генри О`Мелл, – говорит малышка. – Отец этих мальчишек. И это не они, а он наложил на меня заклинание молчания, – рассказывает ребенок. – Он стоял в стороне, и я его увидела. Я узнала его, он часто приезжал к отцу, – рассказывает ребенок.

— Но зачем ему убивать твоих родителей? – мужчины явно не верили ребенку.

— Потому что он виновен в том, что у оборотней больше не рождаются дети, – до меня вдруг все доходит. Все складывается в одну картину. Нет пробелов, нет несоответствий. – Это он был тем, кто приказал меня призвать и пытался убить в особняке. Я была в таком состоянии, что не могла вспомнить, кому же принадлежал этот голос. А сейчас вспомнила, – все смотрят на меня и ждут продолжения.

— Ты уверена? – Алар ждет объяснений. – Это серьезные обвинения. Надеюсь, в тебе не обида играет, что его женушка устроила эту всю свару сегодня утром на улице?

— Да при чем здесь его дура-жена! Скорее всего, она и понятия не имеет о его проделках, – отмахиваюсь я от слов лорда. – Чем занимается О`Мелл?

— Ну, у него всякие женские штучки, – отзывается Мортон.

— Для поддержания женской красоты и молодости. Он так, кажется, говорил, когда продлевал лицензию. Но у него лицензия досталась от отца, у них и дед занимался тем же, – вспоминает Алар.

— Вот и мне он сказал то же самое. Мариш, а чем занимался твой отец? – я помнила, что мне рассказывала девочка. Но, как обычно, мы не воспринимает детское жужжание на ухо как что-то серьезное, и оно у нас звучит скорее фоном.

— Он ученый был, – отзывается девочка с гордостью.

— Ее отец и мать были довольно известными травниками и алхимиками, хоть я и не поддерживаю эту науку, но она стала популярна последнее время, – поправляет ребенка Алар. Видимо, они все же занимались расследованием гибели ее родителей.

— Не знаю, как ее родители и О`Мелл связались. Могу только предположить, что родители Маришки что-то изготавливали для О`Мелла. И во время этих разработок они и поняли, в чем причина снижения рождаемости у оборотней, – я рассказывала свои предположения, а на лицах мужчин сомнение сменилось удивлением, а затем и решимостью. – Практически все женщины, от придворной до лавочницы, пользуются каким-то средством для красоты. Заметьте, он должен был стать мегабогатым, так как у него нет конкуренции, но живет здесь по соседству. А все потому, что не хочет привлекать к себе излишнего внимания. Уверена, если вы проверите, то тот особняк принадлежит ему. Просто он в нем не живет, а проворачивает свои темные делишки. Не при детях же проводить собрания фанатиков. К нему ходят женщины, а они народ болтливый. Кухарки, прачки, горничные – все у него бывают и все что-то да рассказывают. Он в курсе всего и у него везде есть глаза и уши. При этом эти шпионы даже и не подозревают, что они шпионы, – я сама только сейчас осознала весь масштаб происходящего. – А чем это у нас пахнет? Мясо сгорело, что ли? – за болтовней я не поняла, что в кухне как-то незаметно появился дым.

— Нет, я его давно выключил, – отозвался Алар, и все заозирались в поисках источника дыма. Но он словно шел из окон, дверей.

— Все на улицу, живо! – скомандовал Дармонд, подхватив Маришку на руки.

— Мы ринулись к дверям, но она оказалась заперта. Алар рванул к двери лавки, но и та не поддавалась.

— Мы в ловушке, – я отодвинула занавеску и показала мужчинам, что происходит на улице. Перед домом стоял О`Мелл и еще несколько незнакомых мужчин. Они протягивали руки к дому и что-то говорили, но нам не было слышно. Уверена, они произносили заклинание.

— Да щаззз! — отозвался котяра, и мы все перевели взгляд на Кешу.

Котяра метнулся на кухню и велел лордам отодвинуть шкаф с посудой, который удивительно сдвинулся с места. За ним была лестница, ведущая вниз.

— Ты откуда узнал? – я не могла поверить в то, что вижу.

— А ты думала, что матушка Василина просто так именно эту лавку хотела арендовать и даже задаток внесла, чтобы ее никто не перекупил? – Кеша смотрел на меня с сарказмом. – Книгу не забудь! – командует котяра. Я сбегала в лавку, схватила книгу и бросила взгляд в окно. Маги-фанатики вызвали что-то вроде смерча, а лавка была внутри него. С мостовой поднялась пыль и мелкий мусор, что был. И все это закручивается по спирали, а едкий запах, похожий на дым, все больше и больше наполнял комнату.

— Ты что мешкаешь? – меня подхватили на руки и вмиг отнесли на кухню.

— Маришка, где Маришка? – я заволновалась о ребенке.

— Она уже с Кешей внизу. Одна ты тут пытаешься героически задохнуться, – ворчит Валентин, который и тащил меня вниз по лестнице. Было темно, и я вцепилась в мужчину, боясь упасть. Замыкал нашу процессию Алар, который, скажем так, защищал тыл. Ну мало ли, вдруг маги решат, что хватит нас выкуривать, и надумают ворваться в дом.

— Куда ведет этот ход? – спросила громко в надежде, что Кеша меня услышит, так как я даже его не видела.

— К реке, – отзывается котяра откуда-то спереди.

Мы шли довольно долго, и я уже устала. Почувствовав это, Валентин снова подхватил меня на руки.

— Смотри, привыкну и на шею переберусь, – пошутила, смутившись, что меня снова таскают на руках. Мужчина лишь рассмеялся и даже не ответил ни шуткой, ни колкостью. Здесь два вывода: или ему тяжело и не до шуток, или он сам будет рад, если я переберусь к нему на шею.

Вот вдалеке забрезжил свет и показалась неприметная калиточка. Кто бы мог подумать, что эта калитка ведет к дому аптекаря. А он не прост был, как я погляжу.

— А почему О`Мелл не знал об этом ходе? – меня спустили с рук, и я, прижимая к груди книгу, стояла, прислонившись к мужчине. Маришка же так и сидела на руках у Абеларда, вцепившись ручонками ему в шею.

— Потому что он ее просто разорил и купил за гроши, – ответил Алар вместо кота. – Оставайтесь здесь. Абелард и Виктор, присмотрите за ними, а мы с Мортоном разберемся с О`Меллом и его приспешниками, – командует Алар.

— Я с вами, – я боюсь отпускать мужчин. Потом перевожу взгляд на испуганных Маришку и дочь трактирщика и понимаю, что за них я боюсь не меньше.

— Не бойся, мы справимся, – Алар целует меня в лоб, а у меня слезы на глазах. – Мы бы давно от них избавились, но они слишком хорошо прятались, – пытается меня успокоить мужчина.

— Таша, не пугай ребенка, – шепчет мне на ухо Мортон, когда подходит и тоже целует. Правда, уже в щеку. – Мы быстро прихлопнем их и вернемся за вами.

— Может, лучше отвести их в более безопасное место? – предлагает Валентин.

— Ты прав, здесь оставаться не стоит, – соглашается Алар. – Отправляйтесь в храм, – предлагает лорд, и мужчины согласно кивают. – Мы найдем вас там.

Мы впятером, ой, вшестером, если считать и Кешу, хотя как его можно не считать, отправились в храм в центре города, а два лорда обернулись волками и рванули обратно к лавке аптекаря. Где-то внутри чувствую, что это неправильно, что мы разделились. Все вместе мы сильнее, но я понимаю, что в настоящее время я скорее обуза, чем помощь в битве с магами-фанатиками.

До храма мы добираемся без проблем. В нем пусто, и лишь у алтаря горит огонь.

— А здесь нет никого? – я удивленно огляделась. Величественное здание, а внутри пустота, и звук от шагов раздается эхом.

— Только смотритель, – объясняет мне Валентин. – Жрецы служат в храмах, которые вне города. А в городских только смотрители. Люди приходят, когда им нужно.

— А зачем приходят в храм? – я и в своем мире была не особо религиозной, а здесь и подавно.

— В основном просят о чем-то, – отзывается Валентин. – В этот храм приходят в основном, чтобы попросить о малыше. Вот, смотри, – и мужчина показал мне алтарь, у которого было много цветов, детских вещичек, угощений. – Женщины верят, что если оставить здесь подарок, то боги сжалятся и пошлют им малыша. Ты же знаешь, что творится с рождаемостью.

— Это все из-за этого фанатика! – я зла как не знаю кто. Одновременно с моими словами раздался визг Маришки, которая осталась в основном зале. Что случилось? С ней же остались Кеша и Абелард. Да и дочка трактирщика тоже там была. Мы рванули в главный зал. Абелард лежал на полу у алтаря, а из головы мужчины текла кровь. К нему подскочила девушка и упала на колени перед ним. Подняла его голову на колени и с испугом посмотрела на нас.

— Где Маришка? – я искала глазами девочку.

— Ты не ее, случаем, ищешь? – раздалось позади алтаря, и я увидела О`Мелла, который держал девочку за волосы, запрокидывая ее голову. А к горлу ребенка был приставлен нож.

— Придурок! Отдай ребенка, – я пытаюсь рвануть к девочке, но Валентин загородил меня, задвинув за спину.

— О! Лорд, ты правильно понял все. Мне нужна именно она, – коротышка смотрит на нас с такой ненавистью, словно мы его заклятые враги. В глазах лихорадочный блеск и становится страшно. Он же сумасшедший. – Меняю жизнь этой шавки, – и мужчина тычет девочку в спину, отчего нож прикасается к нежной коже ребенка сильнее и появляется порез. – На тебя! – обращается ко мне фанатик.

— Отпусти девочку! – требую, стараясь, чтобы голос звучал решительнее, но все равно получается очень жалко.

— А то что? Ты меня убьешь? Или твои шакалы меня разорвут? – и мужчина смеется, прижимая нож к горлу ребенка все сильнее.

— Ты же сам отец! Как ты можешь такое делать с ребенком? – я выхожу из-за спины Валентина, но он хватает меня за руку и отрицательно качает головой.

— Ты не пойдешь к нему, – шепчет он одними губами. – Он убьет тебя.

— А так он убьет Маришку, – огрызаюсь и выдергиваю руку из захвата. – Я жить не смогу, если буду знать, что не смогла помочь ей, а стояла и смотрела, пока он убивает ее.

— Ну что вы там шепчетесь? – прерывает нашу перепалку О`Мелл. – Ты готова на обмен?

— Готова, – я иду в сторону коротышки и вижу, как в храм вбегают Алар и Мортон. Они что-то кричат, бегут к нам, но я не слышу. Оказавшись у алтаря, я словно попадаю в какое-то силовое поле, и уши закладывает. О`Мелл выпускает Маришку и отталкивает ее, а меня хватает за руки и прижимает к себе.

— Не будем долго тянуть. У нас ведь нет времени, – шепчет мужчина мне на ухо. – Моя магия и так на исходе, – продолжает он. – Я еле смог выманить вас из лавки и обхитрить лордов, чтобы оказаться здесь раньше них.

— Зачем тебе это нужно? Что оборотни тебе сделали плохого? – моя попытка заболтать мужчину ничего не дала.

— Потому что они правят здесь по праву сильнейшего, а не по законам магии, – огрызается он. – Мой прадед должен был стать правителем, а затем мой дед, мой отец, я, – прошипел мужчина на ухо. И вдруг пузырь, что сдерживал лордов на расстоянии и не давал подойти, схлопнулся, и мужчины рванули к нам.

— Ну вот и все, – мужчина вонзил мне в живот нож. Боли не было, а вот слабость появилась в теле. Неожиданно из раны хлынул свет и озарил весь храм. Он не причинял вреда лордам, девочкам и невесть откуда взявшемуся Кеше, который довольно смотрел на меня, словно это было его лап дело. Видимо это было наследие матушки Василины и магия меня защитила. О`Мелл лежал позади меня и корчился в судорогах. Свет, что лился уже от всего моего тела, причинял ему боль и страдания. Он словно обжигал его, как кислота. И в какой-то момент горе-фанатик исчез. Его не стало, словно и не было. Правда, на полу храма осталась горстка пепла. Я посмотрела на место, куда он ударил ножом. Но лишь порванная ткань говорила о том, что мне это ранение не показалось. Я непонимающе, неверяще огляделась по сторонам. Абелард поднялся с пола, сделал несколько шагов ко мне. Остальные лорды тоже шагнули в мою сторону. Но именно в этот момент свет схлопнулся, и я потеряла сознание.