Глава 17
Глава 17
— Принцесса Иллария, баронесса, рад представить вам своего названного брата, лорда Зарриха, он по счастливому стечению обстоятельств оказался в столице и готов оказать вам помощь…
Голос императора звучал величественно, как и положено правителю великой страны, единственной, сумевшей заключить мирный договор с драконами, но я его практически не слышала, во все глаза разглядывая лорда Зарриха.
И, надо сказать, там было, на что посмотреть.
Высокий, выше всех в этом зале, с волной темных, чуть вьющихся волос, смуглой кожей и золотистыми глазами, в которых, казалось, навсегда застыло выражение холодного высокомерия, лорд был невозможно, просто нечеловечески привлекателен. Именно так я и предствляла себе драконов.
Величественными, огромными и невероятно красивыми.
Настолько, что невольно сердце сбоило при одном только взгляде.
Я задержала дыхание, ощущая, как щеки заливает предательской краской смущения. Рядом с таким существом сама себе кажешься чем-то простым, а, возможно, даже убогим. И это ощущение не кажется ужасным, оно правильно, закономерно. Разве может быть по-другому? Это же дракон…
Лорд развернулся к нам с Мэсси, величественно и вместе с тем грациозно поклонился, но ни слова не сказал.
И, наверно, только это, а еще продолжающий разглагольствовать император Анджеер, немного привели меня в чувство.
Я покосилась на Мэсси, отмечая румянец на всегда бледных щеках. Лорд Заррих действовал на всех женщин без исключения, похоже.
Стоящий с другой стороны Лар немного дергался, судя по всему, желая подойти поближе и рассмотреть дракона во всех деталях. А, может, даже и потрогать.
Шутка ли: живой дракон! Чистокровный, говорили! Это такая редкость! К нам на Север драконы не залетали, отец искренне считал их колдовскими тварями, а служители Единого предавали анафеме любого, кто даже заговаривал о том, что эти существа разумны и человечны, и называли драконов отродьями Темного.
Эта в корне неверная политика длилась в нашей бедной стране сотнями лет и, разумеется, ни к чему хорошему не привела.
Предки императора Анджеера поступили разумно, заключив мирный договор с драконами, и теперь там, где другим странам приходилось содержать дорогостоящую армию и постоянно опасаться нападения соседей, Империи достаточно было напомнить драконам о договоре и запустить тех из них, что находились на службе императора, на границу с возможным неприятелем.
Драконы немного баловались на виду у войск противника, и конфликт рассасывался сам собой. Потому что только полные самоубийцы будут всерьез задумывать нападение на страну, границы которой охраняют огромные огнедыдшащие твари…
Но, кроме неоспоримых боевых качеств, драконы славились еще и своими богатствами, умением работать с редкими и крайне ценными металлами, а еще в их горах находились богатейшие залежи этих металлов…
Проще говоря, очень дальновидные были предки у императора Анджеера… Чего не скажешь о моих, к сожалению…
— Лорд Заррих любезно согласился сопровождать юного Иллария в Академию Драконов…
— Куда? — задушенно хрипнул Лар, но тут же опомнился и замолчал.
— В Академию Драконов, мой юный друг, — великодушно не заметил нарушения этикета император, — вы же не думали, что ваши…м-м-м… некоторые особенности пройдут мимо нашего взгляда?
Лар молчал, бледнея все больше и больше.
И я с ним за компанию, синхронно. Хотя, умом понимала, что нам опасаться нечего здесь, что к таким, как мы с Ларом, должны отнестись с интересом и уважением… Но многолетняя привычка скрывать свою суть, прятаться, не могла исчезнуть во мгновение ока.
— У нас, как вы уже успели понять, мои друзья, немного другое отношение к… одаренным. Мы стараемся разивать дар Матушки в каждом человеке… И затем пускать его на благо страны. Лорд как раз занимается обучением таких молодых людей…
Император говорил про Лара, только про Лара… Я моргнула, осознавая происходящее. И невольно отыскивая взглядом темную фигуру Волка императора, как обычно, неприметно стоящего чуть в стороне.
Жадно блеснули звериные отблески в темных глазах, твердые губы искривила усмешка.
Он не сказал ничего про меня! Доложил про Лара, а про мои особенности… Нет! Но почему?
Ответ был на поверхности.
Потому что в таком случае была велика вероятность, что меня отправят в Академию вместе с Ларом. И я бы не отказалсь, честное слово! Находиться среди тех, кто мало чем отличается от тебя, среди людей, оказавшихся в такой же ситуации, что и ты… Возможно, найти друзей, потому что кто тебя поймет лучше, чем человек с такой же особенностью? Это ли не счастье?
Но Волк не захотел рассказывать… Не захотел, чтоб я уезжала…
Глубинный смысл его поступка предстал передо мной во всей своей грязной простоте: Волку явно недостаточно сегодняшней ночи! Он рассчитывал на большее! На другие ночи!
Сухой ком в горле удалось сглотнуть с трудом.
Сколько я ему обещала ночей, о, Единый? Неделю? Он что, рассчитывал… Он планировал… О, нет… Нет же!
В низу живота все загорелось пошлым, жутким в своей определённости предвкушением, за которое я себя возненавидела тут же.
Я должна это презирать, должна каяться в грехах! А не… Хотеть! Тем более, этого зверя!
Император, между тем, закончив с Ларом, перешел к планам на мою персону, и я с трудом заставила себя сосредоточиться.
С возрастающим удивлением услышала, что меня хотят оставить во дворце, в свите матушки императрицы. И что ближайший месяц мы с Ларом проведем порознь. Он — в Академии, а я… Я тут. Под присмотром лорда Вулфа.
Я даже не повернулась к нему, чтоб подтвердить свои подозрения: этого не требовалось, волна довольства ситуацией не могла скрыться от некоторых из присутствующих…
В частности, лорд Заррих глянул на своего названного брата, чуть поднял смоляную бровь, затем резанул меня взглядом… И едва заметно дернул уголком рта, скрывая ироничную усмешку…
Я снова покраснела, но взяла себя в руки, потому что Лар, осознав, что нас разлучают, мгновенно потерял достоинство наследника престола Севера и принялся возражать и отказываться от поездки.
Император прямо посмотрел на меня, и в его глазах читалось приглашение к беседе и намек на желание помощи. Он явно понимал, что я в нашем тандеме — разум и хладнокровие.
Я попросила пару минут наедине с Ларом, увела его в другую залу, и там, не сдерживаясь, надавала по щекам, вымещая свою ярость, обиду и гнев на глупого мальчишку, поведение которого и привело нас к этой ситуации.
— Лари, не смей! — рявкнул он, перехватывая руку и не давая нанести четвертый удар, — я, все-таки, наследник!
— Ты — дурак! — у нас впервые появилась возможность разговаривать наедине после его идиотского побега и попытки исполнить свой глупый план по возвращению на родину. И да, мне было, что ему сказать! — Ты поставил нас с Мэсси в жуткую ситуацию! И мне пришлось на многое пойти, чтоб спасти твою тупую голову! И сейчас, когда у нас есть покровитель, ты не посмеешь опять все испортить!
— Да я не хочу тебя оставлять! Одну! И вообще! Я сам тебя смогу защитить!
— Глупый мальчишка! Да ты уже меня оставил, когда отправился применять наш проклятый дар! Ты уже все испортил! Если бы не ты, мы бы спокойно сели на корабль до островов!
— И что бы мы там делали? А? Влачили жалкое существование? В то время, как эта змея…
— Мы были бы живы! А ты нас чуть не убил! Опять! Тебе мало Дона? Хочешь еще гибели Мэсси? Или моей?
— Лари… — как всегда, упоминание о гибели его наставника, Дона Сордо, привело брата в чувство. Он дрогнул губами, сразу превращаясь из заносчивого засранца в маленького моего братишку, которого я нянчила с пеленок, — Лари… Ну я же как лучше хотел… Мы с тобой наследники, мы достойны… А эта тварь и ее выродок… Он даже не наш брат!
— Служители Единого подтвердили родство…
— Да их купили! Это же понятно!
— Но родовой венец…
— А ты его видела вообще? В последние годы отец и не носил его, может, его тоже давно подменили!
— В любом случае, Лар, у нас нет выхода! Император нам помогает… Пока. Конечно, у него свои цели и они, наверняка, далеки от… Но не важно. Важно, что нам по пути пока. Ты уедешь в Академию, посмотришь, как тут обучают таких, как мы… Подучишься, возможно, найдешь друзей, а это связи, Лар… Нам нужны союзники, тебе, как будущему императору Севера, это должно быть понятно…
— А ты, Лари? — жалко дрогнул он голосом, внимательно глядя на меня, и я собрала все силы, чтоб выглядеть довольной своим положением и спокойной, — как ты тут?..
— Я не одна, я с Мэсси, это первое… И второе, я буду в свите матушки императрицы… И буду заниматься ровно тем же, что и ты, наводить мосты… Мы будем действовать порознь, но все равно вместе. Брат… Мы выберемся. И, если правильно себя поведем, то будут шансы на корону отца. В конце концов, мы — чистокровные наследники. Мы — Иллиры. Это много значит…
Не помню, что еще я несла, чтоб убедить брата поступить правильно и не протестовать против Академии и разлуки со мной, но в итоге мне это удалось.
Лар вернулся обратно и заявил императору, что принимает его предложение.
Я, разумеется, тоже согласилась.
Нам дали час на прощание, а затем Лар должен был лететь. Именно так, лететь. На драконе. Разумеется, не на лорде Заррихе, а на его подчиненном, разноцветном, очень красивом драконе, которого мне не удалось увидеть в человеческом обличье.
Лар, узнав, каким образом предстоит добираться до Академии, порядочно побледнел, но больше ничем своего волнения не выдал.
На площадке перед дворцом, прощаясь с братом, я получила возможность перекинуться парой фраз с его сопровождающим, лордом Заррихом.
Он учтиво пообещал следить за братом, а я нашла в себе силы улыбнуться и даже что-то пошутить насчет того, что жена лорда, миледи Заррих, должно быть счастлива, что муж скоро прибудет. Лорд покивал, поддержал разговор на эту тему, после чего попрощался и попросил отойти на безопасное расстояние.
И я, послушавшись, имела счастье наблюдать превращение лорда в дракона. И это невероятное зрелище!
Лорд на мгновение словно окутался мраком, а затем этот мрак разросся в большой шар, пронизываемый молниями, развеялся… И передо мной предстал черный дракон!
Полностью черный, с глянцевым отливом и желтыми глазами, огромный и невозможно красивый.
Я невольно ахнула и прижала руки к груди, не в силах отвести взгляда от чуда наяву. И сдается мне, что если б служители Единого хотя бы раз увидели , как человек превращается в дракона, они поняли бы, что такое чудо не может исходить от Темного… Драконы — явно посланники Единого!
Мое благоговение прервал вкрадчивый рык за спиной, от которого мгновенно по коже пронеслись мурашки:
— Понравился дракон, принцесса?
Я вздрогнула, но не повернулась. Много лишних глаз. Да и много чести.
Но проклятому Волку было плевать на зрителей и мою холодность, он приблизился на совершенно недопустимое расстояние, потому что я почувствовала, как горячее дыхание ворошит локоны на затылке, и продолжил:
— Красивый, да? Всем женщинам нравится… Похотливым сучкам… Ты тоже такая? Расстроилась, что женат? Я видел, как ты на него смотрела…
— Прекратите, — не выдержала я пошлостей, — я не собираюсь… Выслушивать…
— Вот как? — теплая усмешка мне в шею заставила поежиться, — а придется, принцесса…
К коже на мгновение приникли горячие губы, и я вздрогнула от ужаса, стыда и какого-то тайного восторга из-за творящегося безумия.
— Придется… — прохрипел Волк, — я зайду… Попозже…
И столько мстительного обещания было в его тоне, что меня из дрожи бросило в жар.
Я вытянулась в струнку, вздернула подбородок, повернулась, собираясь высказать Волку все, что я думаю о таких провокациях, но за спиной уже никого не было…
Волк растворился в воздухе, оставив после себя только острый, будоражащий запах зверя и пошлое, горячее обещание сумасшедшего наказания…
И хотела бы я сказать, что испугалась…