Глава 18

Глава 18

— Милая моя, что-то вы сегодня бледны… — матушка императрица произнесла эти слова так громко, что все сидящие за завтраком придворные, как по команде, обернулись на меня, заставив покраснеть под пристальными взглядами.

Мэсси, обычно тихонько сидевшая по левую руку и старавшаяся как можно меньше обращать на себя внимание, неосторожно звякнула ложечкой о чашку. В наступившей тишине этот звук показался неожиданно громким, я едва сдержалась, чтоб не вздрогнуть. И не начать проверять, надежно ли повязан шейный платок, хорошо ли он скрывает волчьи укусы…

— У меня… разыгралась мигрень, ваше величество… — едва слышно, с должным смущением и трепетом произнесла я, искренне надеясь, что после этой фразы ко мне потеряют интерес.

— О, милая моя… — матушка императрица покачала головой, — я прикажу лорду Волееру составить вам настойку… И для укрепления сил тоже, а то что-то вы совсем худенькая… И едите мало…

— Спасибо, ваше величество, — все так же тихо ответила я, — ваша щедрость не знает границ… Не стоит тратить на меня свое внимание… Это просто перемена погоды…

— О да, эта погода так ужасна… — матушка императрица начала жаловаться на перепады настроения из-за погоды, придворные дамы — хором поддакивать, а я выдыхать и унимать дрожание рук.

Мэсси, наклонившись к моему уху, пробормотала наставительно:

— А я предупреждала, что надо румяниться. Небольшое количество краски еще никому не вредило…

Я проигнорировала ее замечание, прекрасно понимая, что никакая краска тут не поможет. Тут ничего, пожалуй, не поможет.

Разве есть силы, способные остановить похотливого зверя?

Я вот вчера пыталась… И что в итоге? С утра еле смогла подняться с постели…

А как все начиналось, надо же… Я так обнадежилась… Ох, дурочка, такая дурочка…

Я припомнила, как стояла накануне вечером перед дверью в своей комнате, наблюдая, как открывается, казалось, надежно запертый замок… Не препятствовала, лишь посильнее запахнула полы халата, чтоб закрыться до самого горла, и собирала все силы для противостояния. Подыскивала правильные, нужные слова, и они находились! Неоспоримые доводы, благодаря которым я надеялась прекратить все происходящее. В конце концов, я не девка дворовая, которую можно пользовать просто так, когда заблагорассудится. Я — Иллария, из династии Иллиров, наследная принцесса Севера. Я имею право на трон, между прочим! Третья в очереди!

Он не смеет так со мной…

Но все слова, все намерения на защиту вылетели из головы, стоило возникнуть на пороге массивной и в то же время гибкой фигуре Волка императора.

Он на мгновение застыл, осматривая меня с ног до головы тягучим, невероятно нахальным взглядом, а затем, усмехнувшись, закрыл дверь. На ключ.

Подбросил его в руке, поймал, сунул в карман, широко оскалился:

— Принцесса желает говорить?

— Принцесса желает, чтоб вы оставили ее в покое, — стараясь сделать тон как можно более ледяным, ответила я.

— Вот как? — он поднял бровь в картинном удивлении, сделал шаг ко мне, но я только выпрямилась еще сильнее, не желая отступать больше. Хватит! Инстинно хватит уже! — А принцесса знает такие слова, как “долг”? “Честное слово”? Принцессе знакомы понятия “оплата труда”?

— Я… Не надо ерничать! — я все же покраснела. Проклятая светлая кожа! Слишком нежная, слишком восприимчивая! — С вашей стороны не были соблюдены договоренности! Вы… Вы забрали Лара!

— Интересно… — он сделал еще шаг, останавливаясь от меня на небольшом расстоянии и внимательно изучая выражение моего лица, нахмурился, взгляд его стал серьезным и даже злым, — может, принцесса напомнит, какая у нас была договоренность? И в каком пункте я ее нарушил?

— Вы… Не нарушили формально, — вынуждена была согласиться я, — но нарушили по сути. Вы должны были привести Лара и все. А вы его привезли и тут же забрали! Это… Это нечестно!

— Не стоит говорить о честности, принцесса, — покачал головой Волк, — из ваших уст это звучит, как минимум, странно… Вы врете на каждом шагу.

— Не смейте обвинять меня в обмане! — вспылила я, — если это намек на то, что я вам не рассказала про наше с Ларом происхождение, то это никакого отношения к вашей работе не имело! Я не была обязана это делать!

— Очень даже имело, — усмехнулся Волк, — одно дело искать вороватого недоросля, а другое — юного ведьмака с древней кровью в жилах и списком предков от земли до небес. Немного разные категории… И подготовка к работе тоже разная…

— Я не могла вам рассказать, я не знала вас совсем…

— Однако, это не помешало вам согласиться на мои… условия. — Последнее слово он произнес совсем мягко, словно мурлыча…

И неожиданно оказался совсем близко, так близко, что я почувствовала тяжелое дыхание на своей макушке.

Задрала подбородок, хотела с вызовом, а получилось жалко и смешно. По крайней мере, его это не смутило и не остановило.

Грубая лапа легко легла мне на плечо, плавно переместилась на беззащитное горло, чуть сжала, давая ощутить силу, власть надо мной, Волк наклонился и прохрипел в висок:

— Глупая, такая глупая принцесса… Ну кто же соглашается на условия сделки, не проверив перед этим честность партнера… Вам очень повезло…

— Вы считаете? — горько ввернула я, тяжко сглотнув. Пальцы на горле чутко дрогнули. Дыхание стало еще тяжелее.

— Вам повезло, — как ни в чем не бывало, продолжил Волк, — что я — честный партнер… Но и это имеет и свои минусы…

Вторая лапа прошлась по спине, властно прижала к твердому телу. Мне осталось только обреченно выдохнуть: ни о какой борьбе речи быть не могло. Он играл со мной, как кот с мышью, развлекался… Разнообразно… Вот сейчас ему угодно было развлечься разговорами… Почему бы и нет?

Я уже понимала, что скоро ему надоест играть, и я в полной мере почувствую на себе его ярость, его гнев, сейчас тщательно скрываемый за маской веселья.

— Я жду от своих партнеров такой же честности… И, если не получаю ее, разочаровываюсь… И наказываю нечестных партнеров… Вы же понимаете, принцесса, что сейчас, засматриваясь на посторонних мужчин, пусть и даже драконов, пытаясь оспорить результаты нашей с вами сделки, обвиняя меня в нечестности, вы меня разочаровываете?

Я ничего не ответила, смысла не было.

Все внутри дрожало от гнева и бессилия… И еще от чего-то, что я не хотела сейчас понимать, не хотела давать названия этому чувству. Слишком… Неправильно…

Большой палец сместился чуть выше по горлу, приподняв мой подбородок так, чтоб Волк мог посмотреть в глаза. Я завороженно, не моргая, тонула в его звериных зрачках, словно зачарованная, не в силах пошевелиться…

— Вы понимаете, что я теперь считаю себя вправе изменить условия нашей сделки? — прохрипел Волк мне в губы, все сильнее прижимая к каменной груди.

— О чем вы? О чем?..