Глава 18

Новак прибыл в офис на час раньше, чтобы… чтобы просто собраться с мыслями. Голова трещала от выпитого вчера виски, а душу, так и вовсе рвало на части. Причём и одна, и другая часть явно рвались вон из тела. Было тошно и муторно. Было… никак, по-дурацки! И, вообще, последние сутки просто не вписывались в представления о нормальности!

Приключения начались вчера, после его появления в офисе. Он планировал закончить пораньше, чтобы, как и обещал Мире, отметить её восемнадцатилетние. Нужно было поговорить, обсудить кое-что, нужно было обнять её, в конце-то концов!.. такой день раз в жизни бывает…

Планы пошли насмарку, когда в офисе появилась Аня. Встречались они недолго и бесперспективно, но хороший секс неплохо заменял отсутствие каких-либо привязанностей. Вот только у девушки оказались «планы» на совместное будущее, а Новак их не разделял. Смысла тянуть не было, и они расстались. Оборвались все связи, прекратились звонки. Он поступал так всегда и просто не видел смысла тянуть на поверхность то, что давно протухло. Анечка же сопротивлялась. То тут, то там, она появлялась в состоянии боеготовности, и Рома отмахивался от назойливого внимания, не особо стесняясь в выражениях. Её рвения понятны: как жених и будущий супруг он был кандидатурой многообещающей. Вот только характер подкачал. Мерзкий характер. Пожалуй, скоро при знакомстве он будет в открытую заявлять, что по гороскопу «скорпион» – в какой-то статье Рома читал, что эта информация сразу ставит партнёра в определённые рамки. Не мешало бы проверить…

Но Анечка явилась не для того, чтобы разговаривать разговоры. Она пришла с обвинениями и в истерике называла его уродом, предателем, извращенцем. Были громкие риторические вопросы вроде «Да как ты мог..?», были слезливые признания в том, насколько сильно она разочаровалась в людях. В общем, до прихода охраны она успела выдать достаточно.

Грязь полилась позднее. Как раз в тот момент, когда в бессвязном женском бреду он разобрал то, что привлекло интерес. Имя Миры бывшая произносила с не меньшим омерзением, чем его собственное, и вот это реально задело. Новак в один момент решился и смял её острый подбородок ладонью. Охрана оттащила вовремя – задевать границы личного Рома не позволял никому. Почему эта бешеная фурия назвала Миру малолетней шлюхой и подстилкой, стало понятно чуть позже, но верить в это он отказывался до последнего. Верить отказывался, а вот разузнать подробности захотелось немедленно.

Рома только вошёл и уже с порога расслышал звуки возни. Сбросить напряг сейчас казалось просто необходимым и очередной «парень» его маленькой подопечной пришёлся как раз кстати. Бугай с него ростом успел стянуть свою майку и светил внушительным стояком в расстёгнутых джинсах. Хотелось затолкать ему этот член в глотку, но обошлось банальным мордобоем. Всё же осознавать, что твою маленькую девочку, на которую дышать боялся, вот так просто, практически на ходу наклоняют и имеют в произвольной форме, так себе удовольствие. Мира неприятно удивила.

Дальше – больше. Ни о каком раскаянии и речи не шло. Только обвинения, упрёки и укор в её словах. По глазам можно было понять, что в реальности Мира так не считает, но эмоции… Эмоции не позволили ей вовремя заткнуться, а ему прочитать между строк. Звонкая пощёчина поставила в этом споре жирную точку.

Наверно, ему нужно было время, чтобы отойти, успокоиться… Скорее всего, нужна была передышка, чтобы переждать бурю. Да его и отпустило! Не сразу, но отпустило. И даже появилось желание разобраться во всём спокойно. Возможно… за что-то пришлось бы извиниться. Вот только Мира не стала этого дожидаться и свалила. Потом до Ромы дошло, что сбежала она сразу после их разговора на высоких тонах. И вот это точно стало ошибкой!

Искать глупую девчонку он не собирался, куда возвращаться – она знала. А, даст бог, ещё и догадается, с какими словами стоит это сделать. Новак хотел от неё даже не смирения, а… совсем немного понимания. Именно понимание дало бы реальный шанс держаться друг от друга на расстоянии вытянутой руки, а не разбегаться по полюсам. Мира захотела иначе.

Рома накатил. Бокал, потом ещё один. Коньяк оказался не в тему. Коньяк не давал быстрого результата и за это был отставлен в сторону. Выпить водки оказалось вернее, после пришла очередь виски. Но успокоения по-прежнему не было. Только злость, которая лишь нарастала. Злость на Миру и на себя самого: не смог поставить зарвавшуюся девчонку на место. А потом раздался звонок, который… да, пожалуй, именно звонок перечеркнул все пути к отступлению, ведь Мира не придумала ничего умнее, как спрятаться у бывшего партнёра по постельным игрищам. Ревность спеленала разум практически мгновенно.

– Я просто решил предупредить… Мира… она у меня. Сейчас спит, не хочет ни с кем разговаривать, – с деловым тоном вещал этот перец!

Новак оскалился:

– Да много чести!

А потом он бросил трубку. Не хотел ничего знать. Всё решилось в одну секунду и не предусматривало вариантов или хитрых манёвров по отступлению.

Вещи Миры Новак сгрёб в охапку и затолкнул в чемодан. Подготовленные папки с документами распотрошил. Основное нужно отдать в руки, с деталями, если захочет – разберётся сама.

На совершеннолетие Рома подарил ей квартиру. Жаль, увидеть реакцию и обязательный восторг не придётся. В планах было лично провести экскурсию, подсмотреть за тем, как она наслаждается шикарным видом из окна на реку. Не срослось. Бывает. Деньги с продажи дома трогать не стал – ей ещё пригодятся. Хотелось, чтобы был именно подарок. От него.

Мира появилась ближе к ночи, а он, здорово заряженный алкоголем, даже разбираться не стал, что и как. Просто привёл в исполнение принятое и, казалось, хорошо обдуманное решение. А чтобы не слышать её истерики, ушёл в глухую оборону – за дверью кабинета терялись не то что звуки, а даже реальность! И всё равно он сдался первым. Вышел убедиться, что информация до Миры всё же дошла, и увидел её на камерах. Она сидела на ступенях, сгорбившись и прижимая колени к груди. Выйти самому – значит дать слабину. Алкоголь в крови нашёптывал что-то о характере, о гордости и о крепком мужском слове. И он вызвал охрану, дав вполне чёткие распоряжения насчёт девчонки. Мира исчезла из его жизни так же быстро, как и появилась.

Уже глубокой ночью, вдоволь измучившись от так не вовремя накрывших его переживаний, Рома всё же сорвался с места и отправился к ней. Вот только квартира оказалась пуста, а консьерж на входе не смог выдать ничего вразумительного. Ну, или Рома ни хрена не понял! Вернуться пришлось ни с чем.

И вот сейчас он сидел, мучаясь от дикой жажды, распирающей боли в голове и с замиранием сердца ждал её появления. Точно… с замиранием сердца. А в памяти, будто по заказу, кадр за кадром прыгали события за последние два года, заполнившие его до отказа. Чувства делали его слабым, но эта слабость приносила удовольствие. Мира делала его целым, а он размахнулся и отрубил всё то, что считал лишним. А ещё Рома чётко осознавал, что стало началом конца: одна встреча изменила ход событий. Эта самая встреча напомнила, кто есть кто.

Незадолго до Нового года они с Мирой выбирали подарки. Девчонка с затаённым дыханием разглядывала предметы декора, с особым азартом перебирала яркие ленты, с увлечением расспрашивала про диковинные интерьерные ароматы. Рома даже вникать не хотел, стоял в стороне. Ему нравилось за ней наблюдать. Этим он, собственно, и занимался, оказавшись за стеклянной витриной очередного магазинчика. Мира виновато вздыхала и разводила руками, но с выбором не спешила – этот день он целиком и полностью обещал ей.

– Новак! – совсем близко раздался самодовольный голос. Ему даже поворачивать голову было не нужно, чтобы узнать, что это Багдасаров не преминул напомнить о своём присутствии. – Что, сам в себе в зеркале не улыбаешься, настолько серьёзен? – глупо пошутил он, и Рома всё же изволил обратить на мужчину внимание.

– Что надо?

– Да не мешало бы рассчитаться по долгам, – хитро прищурился тот и потёр пальцами кончик носа.

Рома передёрнул плечами.

– Я тебе ничего не должен.

– Разве? А подать стакан воды? – вскинул тот руки.

– Массажистку попросишь. Если будешь достаточно щедр, она не откажет.

– И в кого ты такая язва, а? Мама бы не оценила, – поцокал он языком, но Рома на это давно не реагировал.

Багдасаров не отставал и проследил за его взглядом. Облокотившись на перила парапета, он оценивающе хмыкнул.

– Красивая девчонка…

Рома чувствовал его жадный и цепкий взгляд, но уговаривал себя не отзываться на него.

– Жаришь её уже? Нет? – раздался насмешливый голос. Чтобы не ответить, пришлось напряжённо сглотнуть. – А по глазам вижу, что хочется… – провоцировал Багдасаров, ловко нащупав болевую точку.

– Послушай, ты…

– Нет, это ты послушай, щенок! – рыкнул мужчина и дёрнул Рому за шею на себя, больно стиснув ладонь на затылке. – Ты что творишь, Новак?! Страх совсем потерял?.. Она ребёнок, а ты кобель! И просто не имеешь права на такие взгляды, ясно тебе?!

– Ясно! – рыкнул Рома и сбросил чужую хватку. В башке пульсировала злость, в глазах плескалась ярость.

– Бывай, – махнул ему Багдасаров на прощание и отправился по своим делам, едва слышно насвистывая что-то лёгкое и незамысловатое.

«Она ребёнок, а ты кобель!» – именно эти слова Рома мысленно выговаривал себе, пока целовал Миру под бой курантов. Пьяный и возбуждённый мозг откликнулся не сразу, а как откликнулся, было уже поздно. Мира выкрикнула своё «ненавижу», а он остался один.

Новак тряхнул головой – зал постепенно наполнялся людьми. Кто-то подходил, чтобы лично пожать ему руку, кто-то кивал издалека или просто по-деловому вежливо улыбался.

– Мирослава Давидовна задерживается? – уточнил управляющий, который и должен был открывать собрание.

Рома глянул на наручные часы.

– Ещё пять минут, – нервно сглотнул он и всё же открыл бутылочку воды, что стояла напротив, и отпил прямо из неё, напрочь забывая про стакан.

Мира вошла в зал заседаний без одной минуты девять и достаточно громко поздоровалась. Владелицу ожидало кресло во главе стола, но занять его она в первый момент смутилась. Сила воли перекрыла смущение практически сразу, и заминка для многих оказалась незаметна. Перед всеми участниками на столе лежали одинаковые чёрные папки, управляющий начал доклад с представления главного акционера компании. Мира едва заметно кивнула и сосредоточенно улыбнулась.

– Давайте всё-таки приступим, – попросила она плохо поставленным голосом.

Доклад Рома бессовестно пропустил. Впрочем, как шли дела, он знал наверняка, потому что лично курировал фабрику последние два года. Управляющего тоже нашёл он. Толкового и в меру честного. Тот должен был натаскать Миру после института и во всём помогать ей первое время. О том, что это время наступит так скоро, присутствующие узнали накануне.

Новак смотрел на Миру, не понимая, что в ней так неуловимо изменилось. Строгий деловой костюм вместо «джинсы» ей необыкновенно шёл. Волосы были собраны в высокий хвост, отчего казались чуточку темнее. На бледном лице разливался нездоровый румянец – Мира нервничала. Доказательством тому служили и подрагивающие руки, когда она тянула папку к себе или переворачивала страницу с диаграммой. О том, что дело в глазах, которые вдруг потухли, Рома догадался далеко не сразу, ведь на него Мира старалась не смотреть. Именно старалась. Заставляла себя, намеренно уводила взгляд в сторону. Она обводила языком напряжённые губы и порой теряла такую необходимую сейчас концентрацию. По завершении доклада ей предложили поделиться мнением или замечаниями, и Мира, обтягивая и без того идеально сидящий пиджак, встала из-за стола.

– Думаю, всем присутствующим хорошо понятно, что я, как председатель совета директоров мало что из себя представляю, в вопросе ориентируюсь крайне плохо, да и вообще являюсь зависимым лицом. Единственное, что я могу гарантировать, так это то, что в ближайшее время в концепции компании ничего не изменится, никаких кадровых перестановок не ожидается, – тараторила она как по заученному, глядя куда-то перед собой. – Всем большое спасибо за то, что пока я толкала заранее заготовленную речь, вы изобразили внимание, – бросила она шутку, которую все и запомнят. – На этом, думаю, можно считать совет состоявшимся, а собрание закрытым?.. – чуть неуверенно закончила Мира, и управляющий натянуто улыбнулся.

Суровые мужские лица украсила ироничная усмешка.

– Да… Да. Всем большое спасибо, – крайне признательно кивнул управляющий и дождался, пока «галстуки и костюмы» займут место у фуршетного стола.

– Можно просто Мирослава? – на всякий случай уточнил он, прежде чем обратиться, но Мира, будто нехотя, покачала головой.

– Для вас Мирослава Давидовна, – крайне осторожно заметила она.

Управляющего этот факт покоробил, но он старался виду не подавать.

– Ну а меня зовут Владимир Степанович, – вспомнил представиться он и уже тогда перешёл к сути. – Я прошу прощения, ваше появление стало для меня лёгкой неожиданностью, поэтому большую часть информации вы получите в ближайшее время на адрес электронной почты.

Роман Борисович кратко проинструктировал меня. Как я понял, вы будете постепенно входить в курс дела. Я назову пока ориентировочные цифры, если что-то будет неудобно, вы меня потом исправите, – предупредил он. – Итак, рабочий день с четырёх до шести, с понедельника по пятницу. Я уже сбросил на почту расписание встреч, на которых вам следует присутствовать. Ближе к событиям отправлю и примерный текст. Пары придётся немного сдвинуть, но в целом не критично, вы везде успеваете. Я на связи двадцать четыре часа в сутки, по всем вопросам, касающимся рабочих моментов, можете смело обращаться. Мой номер телефона, – управляющий услужливо кивнул, и перед Мирой оказалась стильная визитка с тиснёными буквами.

– Спасибо, мне бы переварить уже имеющуюся информацию… – с неохотой пояснила она, а затем сложила ладони домиком и приняла жутко деловой вид. – Сегодня пятница и я позволю себе пропустить первый рабочий день. Зато до понедельника у меня будет время, чтобы поверхностно разобраться, чем мы тут вообще занимаемся.

– Конечно.

– К понедельнику я подготовлю вопросы, которые непременно возникнут в процессе изучения, а пока вы можете приступить к своим прямым обязанностям. Экскурсия по производству, если такая и планировалась, переносится на неопределённое время.

– Всего хорошего, Мирослава Давидовна, – с облегчением выдохнул управляющий, и Мира торопливо кивнула.

Всё это время Рома сидел напротив. Всё это время он не сводил с неё взгляда. А, вдруг оставшись наедине, оказалось, что сказать друг другу нечего. Мира грустно улыбнулась и первой покинула зал заседаний.

Какого чёрта с ней произошло, Новак не мог объяснить даже самому себе. Будто за одну ночь она выморозила все чувства, все эмоции, все переживания. У неё, оказывается, была заготовлена какая-то там речь, а выходные Мира посвятит изучению вопросов производства! Даже звучало дико, зная, насколько та неусидчива и легкомысленна. Основу знаний ей ещё предстояло получить в ближайшие пять лет обучения. Чтобы набраться опыта для самостоятельного плавания, понадобилось бы ещё лет сколько. Одним своим поступком Новак умудрился вставить палку в колесо истории и изменить очаровательную девчонку до неузнаваемости. А ещё неплохо было бы разобраться, где Мира провела сегодняшнюю ночь.

Разбираться Рома начал с самого утра, когда вместо офиса отправился к себе домой. Вискарь для этих дел подошёл особенно. Уже сейчас Новак готов был признать, что допустил ошибку, правда, до конца не определился, в каком моменте из множества эта ошибка произошла. К обеду он уснул, а до вечера успел набраться ещё больше. Короче, для встречи с любимой воспитанницей подготовился основательно.

Злость и досада выдавили алкоголь за недолгий путь к её дому. Захотелось курить, и с немалым удивлением Новак обнаружил пачку сигарет в кармане пиджака. На улице заметно похолодало, но свежий воздух и стылый ветер значительно освободили голову от обилия мыслей. Рома с тоской посмотрел на тусклый свет в окнах двенадцатого этажа и всё же решился подняться.