Глава 34

– И чего ты не орешь? Мне, кстати, нравится когда…

– Еще одно слово и я вас, вам…

– Что ты меня? – черт, у меня мурашки по всему телу бегут. Судя по ощущению они с кулак и похожи на шерстистых мамонтов. И в руках у него… Твою мать, это что гитара что ли?

– Вы, надеюсь, не собрались музицировать? – сдавленно прохрипела я, борясь с тошнотой, которая стала просто мучительной.

– Ага… Петь хочу, – хмыкнул этот мерзавец. Боже, он пил что ли? Ну точно, как же я сразу не догадалась?

– Вы еще и алкаш, – вздохнула я. – Послушайте, уходите. Сергей сейчас услышит, что вы тут и…

– И что сделает? Может опять с копьем наперевес будет бегать, как при первых наших посиделках. Я тогда был прямо на пол шага от смертоубийства в бане. Или может он снова будет прожигать меня взглядом? Твой муж слабак, Пупсятина. Слабак и трус. А ты… Ты просто бабенка, у которой нет ни гордости, ни какого-то минимального чувства собственного достоинства.

– То есть вы перелезли через забор моего дома только для того, чтобы меня в очередной раз смешать с грязью? – зло прошептала я, борясь с желанием выдрать у этого чертова хмыря из рук гитару и огреть его ее по нахальной румяной физиономии.

– Нет, я пришел тебе спеть «Гори, гори, моя звезда», а потом по ситуации. В моих алкогольных фантазиях, ты должна была растечься ртутной лужицей в моих объятиях, поцеловать меня взасос, сказать, «Вася, я ваша навеки». А я бы на коня вскочил, с тобой на руках, ну и там, в звенящую снежную даль.

– У вас нет коня, – хныкнула я.

– Ты глубоко ошибаешься Пупс, – оскалился этот несносный тип. И у меня появилось острое желание, чтобы все было вот так, как он рассказал. И я замерла на месте. Прикрыв глаза, ожидая поцелуя, или… Что он меня схватит на руки. закинет на коня и упрет в пещеру свою дикарскую.

– Риита, – голос Сережи, несущийся из окна спальни заставил меня вздрогнуть. И все фантазии этого чертяки с гитарой испарились, как туман на солнце. Боже, я совсем сошла с ума, если поддалась безумию пьяного олигарха, лазающего через заборы приличных домов по ночам.

– Это ты там?

– Да. Вышла воздухом подышать. Все в порядке. Сереж, – я поежилась, плечами повела, закутанными в шаль. – Отдыхай.

– Ты одна? Мне показалось, я слышал два голоса, – черт, и что ему не спится? Совесть что ли не дает козлячья? Слух, блин, как у питона.

– Одна. Все в порядке. Пою просто. Малыш спит. Вот я и решила…

– Ну, не гуляй долго холодно на улице.

Я выдохнула, услышав щелчок. Закрыл окно мой муж неверный. Уставилась на Горячева, нахально рассевшегося на ступенях чужого дома. Смотрит на меня, как на мышь глупую. Наверное я и есть такая, как он обо мне думает.

– Заботливый он у тебя, – хмыкнул мой мучитель. – Слушай, неужели тебе нравится, что об тебя вытирают ноги? Я то думал ты мстительница амазонка, а ты…

– Уходите. Пожалуйста. Вы все равно не поймете…

– Я постараюсь, – хмыкнул он, и взгляд его стал пронзительным, словно клинки смертоносные в меня впились. Куда делаясь разухабистая, пьяная глупость. Он снова стал хищником. Страшным, опасным. И мне захотелось, просто до одури, просто до умопомрачения… Все рассказать ему. Ну не совсем рассказать. Не важно. Уткнуться носом в чертову каменную грудь и почувствовать себя слабой и глупой по-настоящему. Может и права Валька? Он сильный и всемогущий. Он сможет мне помочь…

– Уходите…

– А если нет?

– Я приду завтра. Обещаю, – выдохнула я. Он вскочил на ноги легко, подошел почти вплотную. Мамонты превратились в марширующих диплодоков. В животе свилась тугая пружина огненного возбуждения. Ну не может посторонний мужик так действовать на мой организс. Это что-то из разряда сказочных историй. Или может? Тогда это совсем уж ненормально. Если только… да ну нет. Я уже немолодая, не самая прекрасная из принцесс, и совсем не знаю, что значит… Тошнота превратилась в раскалённую лаву, стекающую по горлу к пищеводу. Перед глазами полетели радужные мухи, когда этот наглый захватчик, без предупреждения ужалил меня яростным поцелуем. Слишком горячим. Аж губы зажгло, как от ожога. – Пусти.

– Что? Почему? Пупсятина…

– Меня сейчас вырвет, – рявкнула я, вывернулась из медвежьего захвата Горячева. Боже. Да что происходит?

– Что, прям настолько я тебе противен?

И я хотела сказать, что нет. Что даже все наоборот совсем.

Но не смогла. Метнулась к кустам, которые так любовно обхаживала и удобряла. Садовника думала нанять. Теперь придется их выкорчевать потому что… Мне показалось, что меня наизнанку выворачивает. Боже. Позор какой. Ужас.

Когда я наконец смогла разогнуться, Горячева уже не было. Он исчез, словно испарился. Да и черт с ним. Тоже мне. Принц, блин, на скакуне. Наездник, оооо. Я не пойду к нему завтра, хоть и пообещала. Или пойду? Нет, все таки не буду униджаться. Он прав, я должна быть сильной и независимой. а веду себя как клуша.

Я вошла в дом только спустя полчаса и поняла, что я ненавижу тут все. Все чужое. Хоть и создано мной. Все будто грязное.

Проверила малыша. Он намучился так, что спит без задних ног. Даже кормление проспал. Я свалилась на диван, рядом с импровизированным младенческим ложем, прикрыла глаза. Думала засну сразу, но не смогла.

Мысли не позволили. Притворяться женой любящей я не смогу. Просто потому, что не умею. И потому, что совсем уже не понимаю, что со мной происходит. Ко врачу надо записаться. Наверное гастрит у меня, или желчный шалит. А что, в моем возрасте это нормально, наверное? Главное, чтобы не что-то серьезное. Машка еще совсем ребенок. Хоть и ростом выше меня. Ну и надо успеть обелить себя и отомстить вруну и подонку Райкову. Дел выше крыши. Выше самого высокого небоскреба. И этот Горячев…

Я проваливаюсь в тяжелый сон с мыслями о мужчине, которому просто скучно. И от скуки он явно сходит с ума. Иначе чем его визит сегодняшний объяснить? И сейчас он на меня страшно зол. В этом я уверена абсолютно. И от чего-то этот факт меня страшно бесит и веселит одновременно.