Глава тринадцатая

Не знаю, что подумала про нас Наира, когда мы выбрались из кабинета ее мужа малость растрепанные и запыхавшиеся. Глеб-то вел себя как ни в чем не бывало, отправился тренироваться с Назаром, а я, раскрасневшаяся и смущенная, принялась расспрашивать жену вожака, какая помощь ведьмы от меня требуется.

Дом оказался больше, чем был у Глеба. Мы медленно обходили его, осматривая, и я ворожила.

Ренар вернулся через два часа, коротко сообщил, что наши подозрения насчет Лоры подтвердились. Она созналась, что заказала у одного мага на ярмарке редкий травяной сбор, попросила наложить сильные заклинания отвода глаз, но об оборотнях не обмолвилась ни словом.

Все-таки оказалась не настолько беспечна, и чувства к Глебу, какими бы они не были, не заставили перейти черту. Я выдохнула с облегчением, услышав это от Ренара. В том, что клятва вожаку, защищенная магией, не даст ей солгать, я не сомневалась.

Отец Глеба и еще пара волков обыскали ее дом, но, к счастью, больше не нашли никаких пакостей.

Пожалуй, именно ряд случайностей, – на Глеба не подействовала магия и травы, Лора не рассказала никому о волках, не сделала еще больше глупостей, – все это и позволило Ренару не поменять своего решения. Девушка несколько дней будет находиться под стражей волков, пока не перейдет в другую стаю.

– Отправишься со мной прочесывать следующую часть леса? – спросил Ренар, смотря на сына.

– Я останусь у Наиры. Мы разобрались с бытовыми чарами только на верхнем этаже, – нашлась я, едва поймала вопросительный взгляд Глеба. – Работы еще предстоит много.

– Отлично. Мы вернемся к вечеру.

– Ренар, я должна вам рассказать про ритуал и зелье, – напомнила отцу моего оборотня.

– Вот после ужина и займемся, – кивнул он.

Мужчины ушли, а мы с мамой Глеба снова принялись за работу. За те несколько часов, что я ворожила, к Наире под самыми разными предлогами заглянули едва ли не все оборотни поселения. Конечно, их интересовала я, и многие даже не пытались это скрыть.

– Готовься, Дана. Завтра с утра к тебе точно заявится большая часть стаи, желая сделать заказ на заклинания для дома, – посмеиваясь, предупредила Наира.

– Да я не против, – улыбнулась в ответ, заканчивая ворожбу на кухне. – Было бы странно, если бы они не проявили любопытства.

– Это верно. В нашем поселении не так часто появляется кто-то новенький. А учитывая, что ты еще и живешь в доме Глеба…

Наира принялась вытаскивать посуду и продукты, чтобы приготовить ужин, и я предложила свою помощь. Пока занимались готовкой, разговаривали об оборотнях, поселении, моих зельях.

Единственная тема, которую Наира почему-то старательно обходила, – это мои отношения с ее сыном. Даже странно как-то. А когда я заметила, что Наира не желает говорить и про связь в парах, почуяла подвох.

Глеб с отцом вернулись, когда приготовился ужин. Ренар ласково поцеловал зардевшуюся Наиру, что-то рыкнул ей на ухо и принялся накрывать на стол. Глеб же коснулся губами моей щеки, потерся носом о мою шею, явно вдыхая запах, и какое-то время просто стоял, приобнимая меня.

– Устал? – спросила осторожно.

Он удивленно сверкнул глазами, хмыкнул.

– Никто еще ни разу не задавал мне подобный вопрос. Волнуешься? – промурлыкал так, что по телу пошла дрожь.

– В лесу может быть опасно, – напомнила я.

– Справлюсь. А твоя забота очень приятна, – улыбнулся он.

– Угу.

– Что-то не так?

Глеб всегда чутко улавливал перемену в моем настроении.

– У нас сейчас такая идиллия в отношениях, что становится страшно.

Оборотень открыто рассмеялся и чмокнул меня в нос.

В этот момент на кухне появились Наира и Ренар, и я вспомнила, что, вообще-то, мы собирались ужинать.

Назара пока не было, и мы ели вчетвером.

После ужина я, Глеб и Ренар расположились в кабинете. Я осторожно расспросила их про вылазку.

– Ищем, – ответил вожак стаи. – Дело это небыстрое. Мы, конечно, волки, перемещаемся стремительно, но сейчас главное ничего не упустить, поэтому скорость уходит на задний план.

Я кивнула, покосилась на молчаливого Глеба, сидевшего в кресле и размышлявшего о чем-то своем, вытащила из кармана лист с рецептом зелья для проведения ритуала.

– Мне не хватает нескольких редких ингредиентов. Вот список, – протянула Ренару.

Он вчитался, явно что-то прикинул.

– Добудем в течение нескольких дней. Потребуется только эти травы и зелья, ничего больше?

– Вы, главное, найдите место, а с остальным я справлюсь.

На этом мы распрощались и покинули дом родителей моего оборотня.

Снаружи похолодало, дул сильный ветер, и собирались темные тучи. Вдали слышались грозовые раскаты, сверкали молнии. Ливень хлынул, когда мы оказались дома, и Глеб сразу же принялся разжигать огонь в камине.

– Ты подумала насчет того, какую лавочку хочешь поставить? – спросил он, вскоре присаживаясь рядом на диван.

– Не успела.

– Сейчас принесу бумагу и карандаши, прикинем, – уверенно заявил Глеб.

Если бы я знала, во что это выльется… Вот вроде бы ничего сложного, всего-то сделать чертеж дома, но почему-то мы азартно спорили и над тем, каким должен быть чердак, и над шириной полок, и насчет вывески. Да какое там! Мы даже защиту лавки обсуждали едва ли не до хрипоты, потому что Глеб жаждал поставить в охрану парочку оборотней, а я была против.

– Глеб, я же ведьма! – рыкнула, не сдержавшись. – Да меня всем нужно бояться, а не наоборот!

– На волков твоя ворожба не очень действует! – возмутился он. – А я не хочу, чтобы тебя кто-то попытался обидеть, если меня не окажется рядом.

– А в вашем поселении найдется такой сумасшедший?

– Лору вон не остановила ни моя защита, ни твой дар! – фыркнул он.

Видимо, откуда-то узнал про мой разговор с волчицей. Ничего-то среди оборотней не скроешь!

– Ты… несносен!

Я запустила в Глеба подушку, и он, не ожидая от меня ничего подобного, не успел увернуться. Я потянулась за второй, но мой волк был проворнее. И через несколько секунд я вдруг оказалась в его руках, запыхавшаяся и встрепанная.

– Какая же ты сейчас красивая! – совсем не в тему выпалил Глеб.

– Даже не думай свернуть разговор об охране! – рыкнула я. – Я вовсе не забыла про твое коварство, серый волк!

– И до чего же упрямая, невозможная…

– Над комплиментами кое-кому точно требуется поработать! – возмутилась я, сдувая со лба упавшую прядь волос.

Глеб неожиданно лизнул мою шею, и я тихонько пискнула. Шокировать меня этот мужчина точно умел.

– И сладкая, как лесная ягода, – сообщил невозмутимо.

Я умудрилась высвободить руку, дотянулась до ближайшей подушки, попыталась стукнуть ей Глеба, но вышло неудачно. Подушка куда-то улетела, а мы скатились на пушистый ковер у камина.

И сейчас я запредельно остро ощутила жар мужского тела, прижимавшего меня к полу, и страстный взгляд, от которого плавилась я вся.

– Не могу устоять перед тобой, ведьма, – прохрипел он и впился в мои губы глубоким поцелуем.

Пламя, прятавшееся в нас, встрепенулось, обожгло каждую клеточку. Я обхватила руками голову Глеба, охнула, едва он отпустил, давая возможность вдохнуть, и снова пропала в этом мужчине.

Вот что я творю? Ведь еще немного – и мы оба шагнем за грань, откуда для нас нет возврата. Но остановиться нет сил. Желание жжет, как крапива, требует подчиниться, и каждое мужское прикосновение отзывается во мне и сводит с ума.

Я с трудом оторвалась от Глеба, опустила руки. Глеб замер, перевернулся на спину, тяжело дыша и сглатывая, и от этого его внезапного движения я растерялась и почувствовала, как становится холодно. Я уже собралась объясняться, но мужчина повернулся, сграбастал меня в свои объятия и затих.

– Сильно тороплюсь, да? – прошептал, поглаживая спину.

Я уткнулась носом ему в плечо, подумала и все же решилась сказать:

– Глеб, я… неопытна в отношениях с мужчиной.

Этот разговор все равно должен был состояться. И чем раньше, тем лучше.

Его ладони замерли, прежде чем снова ласково огладили мои плечи и прошлись вдоль позвоночника.

– У меня вообще этих отношений… никогда не было.

Он мгновенно оторвал меня от своего плеча, заглянул в глаза.

– Совсем? – уточнил хрипло.

– Да. Ты у меня первый. Во всех смыслах.

Лицо горело от смущения и такого признания мужчине, которого знаю всего несколько дней. Но почему-то ближе него никого уже нет.

– Дана, – прохрипел он.

– Подумала, тебе стоит знать.

Он откинулся на спину, отдышался и вдруг спросил:

– Я напугал тебя своим порывом? Оборотни не могут без страсти, а для тебя это…

– Непривычно, – закончила я. – С тобой, когда целуюсь, вообще все мысли исчезают.

– Правда? – спросил он, пальцами лаская мое лицо.

– Угу.

– У меня так же, – заявил Глеб. – И знаешь, Дана, я вовсе не против потерять с тобой голову.

Я вспыхнула, смотря на мужчину. Он тихонько рыкнул и игриво куснул мою губу. Я хихикнула, снова утыкаясь ему в плечо.

– Оборотни делают ставки, сколько я продержусь, – невозмутимо сообщил.

– Дай угадаю, ты пообещал пооткусывать им головы?

– Нет. Я напомнил, что ты ведьма, Дана. И разноцветная шерсть была лишь мелочью.

Мы уставились друг на друга и рассмеялись.

Глеб Волков

Я не знаю, как перед моей парой устоять. Здесь вообще без шансов и уже без выбора. Притяжение с каждым мгновением лишь усиливается и крепнет. Я привязан к Дане так, что все мои мысли неизменно возвращаются к ней.

Сейчас, когда она поднялась в спальню, я вышел из дома и мгновенно вымок до нитки. Это было необходимо, чтобы хоть немного прийти в себя и осознать, что она сказала.

Никого, кроме меня, у нее из мужчин не было. Это признание Даны все еще тлеет где-то внутри, разливается невозможной нежностью.

Моя девчонка. Ведьма ненаглядная. Сладкая до безумия…

Дождь усилился, а я все стоял, пытаясь остыть. Вернуться домой, когда все пропитано ее запахом, сейчас нереально. Я так хочу свою пару, что задыхаюсь от этого желания. Но гораздо сильнее боюсь ее потерять.

Для нее прошло слишком мало времени, чтобы отринуть все людские правила, поддаться искушению и довериться сердцу. А еще… признать окончательно и бесповоротно очевидное.

Решил, несмотря на дождь, пробежаться. Ко мне вскоре неожиданно присоединились Тимур и Ланс. Последнему не удавалось усидеть на месте, переходный возраст требовал куда-то девать избыток энергии, а Тимур просто составлял компанию.

К лапам прилипали иголки, травинки и листья, лесной запах во время ливня усилился, стал ярче, и я наслаждался им. Но выкинуть из головы мысли о Дане так и не смог. И спустя пару часов, я повернул обратно. И, казалось, уже не бежал к поселению с редкими огнями, а летел.

Дом встретил меня тишиной и светом в гостиной. Я погасил светильник и пробрался наверх. Удержаться от соблазна и не заглянуть в спальню моей огненной ведьмочки, не было никакого шанса.

Я проскользнул к ее постели, замер, вглядываясь в лицо. Сейчас расслабленное, по-девичьи милое и нежное. Чуть полноватые губы, длинные ресницы, растрепанная во сне рыжая коса. Так бы и зарылся в ее волосы, пропуская пряди через пальцы, вдыхая их запах. И зацеловал бы, чтобы губы стали алыми и помеченными мной. Зацеловал бы ее всю…

Но мне очень дорого возникшее между нами доверие. И я готов держать свое обещание защищать и оберегать ее. От любых тревог и волнений, насколько это в моих силах.

И ждать…

Аккуратно поправил край одеяла, присел на кровать, позволяя себе дышать запахом своей пары и пьянеть.

Сумасшествие какое. И сдается, истинность пар здесь совсем ни при чем. Я выбрал эту девчонку еще тогда, во время нашей первой встречи в лесу в детстве. Выбрал… И даже не осознал этого.

Вот уж, действительно, сокровище… Отец после того поступка почти год загружал меня делами, не давая передышки, чтобы не осталось времени подумать о случившемся. О той девчонке, к которой тянуло и хотелось вернуться.

Хорошо, что отец оказался мудрее, удержал и не позволил совершить глупость. Дана все равно ко мне вернулась. И теперь я никому ее не отдам. Ни за что на свете!

Я еще немного побыл с ней, успокаиваясь и ловя себя на мысли, что глупо улыбаюсь, а после поднялся и с огромным сожалением покинул ее спальню. Ничего, наступит момент, когда моя ведьмочка будет спать на моем плече, в моих объятьях. А я постараюсь запастись терпением и дождаться этого.

Великий волк, но почему же сделать последнее так сложно?

Я прислонился лбом к закрытой двери, тряхнул головой и все же отправился спать.