Глава шестая

Дана Уварова

Что я там говорила про нелюбопытную ведьму? Похоже, таких не существует. Сейчас я, забыв обо всем на свете, смотрела на Глеба. Я уже видела, как оборачиваются другие, но почему-то именно теперь, когда то же самое собирался делать этот мужчина, я волновалась и предвкушала.

Глеб отошел в сторону, засиял белым светом и практически сразу же стал волком. Огромный, сильный, бесстрашный зверь. Шерсть у него была серебристо-серая, вдоль хребта тянулась полоска белого, а глаза оставались по-прежнему светло-карими, отдавая порой янтарным блеском.

Оборотень не двигался, смотрел на меня, словно чего-то ждал. А я растеряла все слова, восхищенно его разглядывая. Кто бы мог подумать всего пару часов назад, что моя встреча с волком обернется вовсе не смертью!

Ко мне Глеб подходил медленно, похоже, боялся испугать. Ткнулся носом в ладонь, напрашиваясь на ласку, и я не удержалась, запустила пальцы в его мягкую и густую шерсть, почесала за ухом. Волк прикрыл глаза, никак не сопротивляясь моим действиям. Какое-то время мы стояли так, привыкая друг к другу и слушая тишину, а после Глеб мягко толкнул меня под колени, намекая, чтобы забиралась на него.

– А ты точно выдержишь мой вес? – не удержалась я.

Зверь тихо рыкнул, закатил глаза.

– Ну ладно, – сдалась я.

Волк лег, чтобы мне было удобно на него забираться. Это потребовало времени. Я колебалась и сомневалась, а после поняла, что еще и смущаюсь. Вот вроде бы подо мной сильный зверь, но я-то знаю, что он мужчина. И оказаться на нем сверху… Пресветлые небеса, как же постыдно это выглядело!

Но, кажется, Глеба ничего не смущало, наоборот, когда оглянулся на меня, морда слишком уж радостно оскалилась. Я перекинула сумку перед собой, чтобы не потерять в пути, вцепилась в волчью шерсть. Все это отдавало чистым безумием. Такого ни в одной сказке не придумаешь – ведьма верхом на волке. Я с трудом сдержала смешок.

Мой волк поднялся и легко потрусил среди деревьев. И с чего решил, что так добраться быстрее?

Какое-то время я привыкала к новым для меня ощущениям, устраивалась поудобнее, а после настолько расслабилась, что принялась рассматривать окружавший нас лес. Клены, рябины и ракитник вскоре сменились могучими соснами. Их кроны поднимались высоко, на земле выступали узловатые корни. В редких просветах виднелись звезды и полная луна. Они да множество светлячков освещали пространство. Лес погрузился в темноту, наступила глубокая, ясная ночь.

Глеб немного ускорился, непонятно как выбирая дорогу. Я не видела ни одной тропы – надеюсь, мы не заблудимся. Этому мужчине я доверяла, потому что он спас мою жизнь и не сделал мне ничего плохого. А еще… он мне понравился.

Можно не сознаваться в этом никому, но перед собой хотелось быть честной. Деревенские парни меня никогда не привлекали, не тянуло ни к одному из них. Если даже кто-то пытался заигрывать, находились и такие смельчаки, ничто внутри не откликалось и не оживало, как это случилось с Глебом.

И вовсе не беда, что я почти ничего не знаю о нем, кроме имени и дара к оборотничеству. Главное же вовсе не это, а его поступки. Решительность и смелость, с которой он меня защищал от монстров. Наверняка несвойственная этому привыкшему быть лидером мужчине мягкость, когда он боялся меня испугать. И ненормальное притяжение, возникшее между нами едва ли не с первых мгновений.

Только что теперь делать дальше? Оказавшись в лесу, вместо смерти я встретила мужчину. И он даже не подозревает, что я вообще-то ведьма. Со всеми вытекающими последствиями.

Прикусила губу. Как ему сознаться? И не сказать ведь не получится. Мой дар долго не скрыть. Да и любила я ворожить и помогать людям. То, что те оказались неблагодарными, уже не имело значения. Разве я ждала чего-то иного?

Хотя почему-то именно сейчас хотелось сказать им спасибо. Если бы меня не отправили в лес, я бы не встретила Глеба.

На сердце от этой мысли потеплело, и я вновь задумалась, как бы сообщить оборотню, кто я на самом деле, и постараться не отпугнуть. Ну не съест же он меня за правду! Да и то, что я ведьма, – это полбеды. Есть ведь еще мое любопытство, не особо легкий, вредный характер – дар наложил отпечаток, – независимость и самостоятельность. Захочет ли он вообще иметь дело с такой, как я?

Я вздохнула, и Глеб практически сразу же оглянулся. Создалось ощущение, что он ловил каждое мое движение.

– Все отлично! – заверила я.

Волк, конечно, не ответил, но сорвался с места, неожиданно прибавляя скорость. Лес вскоре слился в сплошную темную стену, стал неразличим. Мое дыхание сбилось, сердце бешено колотилось. Я наконец-таки поняла, почему Глеб предложил добираться к поселению именно так. Стремительный бег, похоже, одна из способностей оборотней.

Эти мысли пронеслись, пока я цеплялась за шерсть, а вскоре и вовсе пригнулась, обхватывая волка за шею, потому что деревья стали гуще, ветки могли задеть и расцарапать лицо.

Ощущения были абсолютно непередаваемыми. Я чувствовала себя свободной и защищенной, полностью отдавшись этим эмоциям и наслаждаясь ими, впитывая до последней капли.

Не знаю, сколько прошло времени, когда Глеб замедлился и остановился. Подождал, пока я с него слезу. Хотя вышло так, что я скатилась с его спины.

– Ушиблась? – тут же поинтересовался он, успев мгновенно обернуться.

Глеб присел на корточки, всмотрелся в лицо. Сдается, его волновало вовсе не мое неудачное приземление.

– Это было невероятно, – сказала я. – Правда, встать самостоятельно я не смогу. Ноги не держат.

Оборотень сразу расслабился, сверкнул улыбкой, отчего у него на щеках появились едва заметные ямочки.

– Посиди немного, я разомну твои затекшие мышцы.

Я кивнула, не подумав, и осознала, что сделала, только когда мужчина коснулся моих щиколоток и принялся аккуратно, выверенными движениями действовать.

От прикосновений чуть шершавых пальцев по всему телу бежали искры, и я захотела откинуться и опереться на ствол дерева, мурлыча от удовольствия. Так на меня действовал этот мужчина.

– Лучше? – чуть хриплым голосом поинтересовался он.

– Намного. Спасибо, – смутилась я, радуясь, что в темноте ему толком не разглядеть моего лица.

Хотя, о чем это я? Волк, который бежал через лес со мной на спине, ни разу не споткнувшись и не налетев на дерево, похоже, прекрасно видит и ночью.

Почувствовав, что в горле пересохло, я достала флягу с водой, сделала несколько глотков.

– Хочешь пить? – спросила, чувствуя неловкость.

– Давай, – спокойно ответил мужчина и, не сводя с меня завораживающих глаз, допил воду.

От этого взгляда бросило в жар.

– Поселение совсем близко. Подумал, ты захочешь прогуляться.

– Не откажусь. А где остальные? – я только сейчас вспомнила, что волков вместе с Глебом было семь.

– Они уже давно добрались.

Хм… Похоже, кто-то давал мне возможность прийти в себя и окончательно принять новую действительность. Обратного пути у одной ведьмы уже нет и не будет.

Мы пошли через лес и вскоре вышли к вполне приличному по размерам поселению. Оно явно было раза в два больше моего Закрылья, и это оказалось совсем неожиданным.

Крепкие каменные и бревенчатые дома, чаще всего двухэтажные, с ухоженными огородами или окруженные небольшими садиками, мне сразу же понравились. В каждом из них, несмотря на отсутствие хозяев в столь поздний час, горел свет. Широкие улицы, по которым мы с Глебом неспеша шли, были пусты и тихи.

Я удивилась этому моменту. Странно же!

– Скоро сама все поймешь, – улыбнулся Глеб на мой вопрос о нахождении жителей. – Сейчас мне необходимо представить тебя вожаку стаи, – тихо добавил он.

Я нервно сглотнула и кивнула. Логично, что появление человека среди оборотней не пройдет бесследно.

Мы свернули на еще одну улицу и вышли к большой, похоже, центральной площади, на которой горели костры, и где собралось, полагаю, все поселение оборотней. Все они были в человеческой ипостаси, шумные и веселые, но едва показались мы с Глебом, смолкли, уставились на нас.

Мужчины, замершие, натянутые, словно струна, смотрели жадно и предвкушающе. Многие, не скрываясь, принюхивались. У некоторых оборотней вспыхивали ярко-желтым, янтарным светом глаза. Я шла молча, непроизвольно прижимаясь к Глебу, буквально каждой клеточкой чувствуя его защиту. Я, конечно, смелая, но оказаться среди стольких волков разом, которые вроде бы с виду настроены дружелюбно, но все-таки хищники, – это то еще испытание. Ну кто их знает-то? И что ждет меня впереди – пока неясно. Я доверяла здесь только Глебу.

Пока мы шли, по этой, казалось бы, нескончаемой площади, Глеб несколько раз рыкнул на особо ретивых мужчин, которые меня напрягали и малость пугали. Оборотни тут же отступали, смотрели Глебу в глаза, нервно сглатывали и как-то неверяще провожали его взглядом.

Как же сильно они отличались от людей, когда не скрывали свою сущность!

У женщин взгляд был спокойный, немного удивленный, но не угрожающий и не проклинающий, у детей – предвкушающий.

Это было странно. Я привыкла к разным взглядам – ведьм опасались и не особо любили, но к таким доброжелательным оказалась не готова. Впрочем, они просто пока не знают, кто я на самом деле и как их осчастливили ведьмой жители деревни. Чую, скоро отношение изменится, и мне недолго наслаждаться этим дружелюбием.

Я украдкой тоже рассматривала оборотней, интересно же! В основном преобладали мужчины, их было где-то на треть больше, чем женщин. Рослые, сильные и могучие, с черными или карими глазами. Одеты в простые штаны и туники, у некоторых на шее амулеты или ожерелья из костей и камней.

У девушек и женщин имелась самая разная внешность и наряды. Большинство одетые в яркие платья и сарафаны, с массивными металлическими украшениями на запястьях и в ушах. Другие предпочитали нитки бус из разноцветных камней на шее и звенящие серьги с монетками, вдетыми на счастье и благополучие, существовало такое поверье.

Похоже, одевались каждая на свой вкус.

Волчицы или люди? И как определить? Я даже прикусила губу от любопытства. Из разговора с Глебом я поняла, что в поселении есть и те, и те, но преобладают явно волчицы.

Особый интерес почти предсказуемо я вызвала у детей. Кареглазые мальчишки и несколько девочек самого разного возраста выглядывали из толпы, но от родителей не отходили.

Глеб по-прежнему продвигался медленно. Похоже, чутко улавливал мое настроение и снова давал возможность немного оглядеться, прежде чем мы вышли на противоположный конец площади.

Там стоял рослый мужчина, одетый в белую, расшитую обережной вышивкой тунику и черные штаны. И лишь богато украшенный самоцветами красный пояс и массивное ожерелье из камней и костей выделялись из его простого наряда. У незнакомца были короткие русые волосы с легкой сединой, внимательные карие глаза.

Рядом с ним находилась хрупкая женщина в темно-зеленом нарядном сарафане, со скромной ниткой жемчужных бус на шее и сережками-капельками в ушах. Заплетенная коса перекинута на плечо, взгляд любопытный и немного взволнованный.

Я нервно сглотнула и посмотрела на Глеба. Сейчас мне почему-то отчаянно захотелось спрятаться за его спину от всех этих изучающих взглядов. Придвинулась к нему ближе, ухватилась за его крепкую ладонь. И ощутив это живительное тепло, сразу успокоилась. Он не позволит обидеть, я в это верю.

Все присутствующие замерли, даже дышать, похоже, боялись, пока мы стояли, судя по всему, возле вожака стаи и его пары.

– Отец, – обратился Глеб к мужчине, и я вздрогнула.

Он – сын вожака волчьей стаи? Час от часу не легче!

Пальцы мужчины успокаивающе погладили мою ладонь, не давая мне запаниковать. Я тут же почувствовала чей-то пронизывающий взгляд и практически сразу же нашла в толпе красивую брюнетку. Она смотрела не очень доброжелательно, а Глеба так вообще, казалось, обжигала взглядом. И как я могла подумать, что у него никого нет?

Сердце больно кольнуло, в горле встал ком. Глеб тут же очутился между мной и своим отцом, заглянул в глаза, после медленно оглядел толпу и встретился взглядом с девушкой, которая тут же склонила голову и отступила.

Вот как он заметил мое волнение? Ведь только что стоял и даже чужого, похоже, ревнивого и собственнического взгляда не чувствовал!

– Не бойся, – сказал тихо, но я уверена, услышали все. – Никто тебя не обидит. Я не позволю.

По стае прошелся странный шепоток. Я нервно сглотнула и кивнула, успокаиваясь под взглядом Глеба. В конце концов, если та девушка решит что-то вытворить, за последствия я не ручаюсь. Это сейчас я немного растерялась, потому что почувствовала ее интерес к Глебу, а так… вспомнить, что я ведьма и могу за себя постоять, – дело нескольких мгновений.

Глеб отступил, оказываясь рядом, но уже не закрывая меня от вождя.

– Отец, – снова решительно начал Глеб, – это Дана…

– Дана Уварова, – представилась я, понимая, что волк не знает моей фамилии, только имя.

– Из деревни Закрылье, – добавил мужчина. – Согласно древнему договору между людьми и оборотнями она вошла в лес, и я по праву волка, первым нашедшего ее, прошу тебя, Ренар Волков, вожак оборотней, принять Дану в нашу стаю, дать кров и защиту и позволить мне оберегать ее, пока она не определится с выбором.

По толпе волков пробежался возбужденный гомон, но слов разобрать не представлялось возможным.

Я растерялась от такой речи Глеба, и у меня сразу же появилась уйма вопросов. Заподозрила, что и договор сильно отличается от той версии, которую я знаю, и что у волков существуют неизвестные людям традиции. И что значит «защищать, пока не определится с выбором»? С каким выбором?

– Для начала, Дана, протяни, пожалуйста, руку, чтобы я снял волчью метку. Пока это не сделать, договор с людьми не будет считаться исполненным.

Молча послушалась. Узор на коже все еще серебрился, рассыпая мягкое свечение.

Ренар превратил свою руку в волчью лапу с острыми когтями, положил на мою, и свечение охватило и его.

– Мне придется сделать порез на твоей ладони. Без крови нашу метку не снять, – предупредил он, похоже, не желая, чтобы я случайно испугалась.

Я кивнула, немного смущаясь его заботы.

Могла бы и сама догадаться, что подобный договор закреплялся именно так. Кровь вожака оборотней активировала соглашение, а кровь пришедшей к волкам девушки, подтверждала и закрепляла. Так, по сути, заключаются многие сделки между магами, а порой и между магами и людьми. Только здесь вместо бумаг был амулет и обязательное условие – произнесение вслух подтверждения выполненной части договора.

Интересно, староста деревни знал, что сделка заключена их предшественниками не с простыми волками, а с оборотнями? Что-то подсказывает, вряд ли. Иначе бы не отправлял в лес девушек без вещей и приданного, не нарушил бы старой традиции, которая неукоснительно соблюдалась в Закрылье.

Ренар слегка царапнул когтем мою ладонь, и кровь коснулась метки, заставив ее буквально жечь руку.

– Я, Ренар Волков, вожак стаи, подтверждаю выполнение договора оборотней с людьми из деревни Закрылье.

Узор стал еще ярче, вспыхнул на наших руках, прокатившись искрами по ладоням, и исчез. Вместе с ним растаяли и остатки магии. Ренар вытянул руку, щелкнул пальцами, и из воздуха в раскрытую ладонь упал уже знакомый мне амулет волков.

Он убрал его, когтем порезал теперь и свою ладонь.

Я вздрогнула, но тут же ощутила, что Глеб по-прежнему стоит за моей спиной, согревая своей уверенностью, и успокоилась.

– Согласна ли ты, Дана Уварова, принять защиту оборотней, соблюдать наши традиции и законы, чтобы стать частью стаи?

– Да.

Я ответила раньше, чем поняла, что ничего не знаю об этих их волчьих традициях и законах. Но был ли у меня выбор? Сдается, нет.

Кожу в месте нашего прикосновения кольнуло магией.

– Обещаешь ли ты хранить тайну о существовании оборотней?

– Да.

В этот раз я не сомневалась, но незнакомые чары обожгли сильнее, буквально запылали под кожей.

– Я, Ренар Волков, вожак оборотней, принимаю тебя в стаю, как равную нам. Даю кров и нашу защиту.

– Я, Дана Уварова из деревни Закрылья, благодарю и принимаю, – ответила, чувствуя, как внутри все дрожит от волнения.

Тут же между наших ладоней мелькнула искра, обожгла и растаяла, но незримая магия, судя по моим догадкам, завязанная на силе волчьей крови, никуда не делась, стала частью меня.

Кожу еще раз кольнуло, порез предсказуемо заныл. Глеб тут же перехватил мою ладонь, приложил к ней платок, аккуратно перевязывая царапину.

Я хотела сказать, что ничего страшного, у меня целебная мазь есть, к утру от этой небольшой раны останется лишь легкое напоминание, но смогла лишь смотреть в глаза Глеба.

– Глеб Волков, – громогласно сказал мужчина, – я дозволяю тебе защищать и оберегать Дану Уварову, пока она не определится с выбором, при условии, что девушка выразит свое полное согласие с моим решением.

Глаза мужчины серьезно и внимательно посмотрели на меня.

– Если считаешь моего сына по каким-то причинам неподходящей кандидатурой, ты вправе, Дана, выбрать любого свободного волка из стаи.

Вожак махнул рукой, и из толпы выступили несколько мужчин. Глеб заметно напрягся, сжал вторую руку в кулак, сверкнул янтарем во взгляде.

Мне очень хотелось спросить Ренара, от кого надо защищать девушек среди волков, но вспомнила про прорыв, случившийся в лесу, и вопрос исчез.

На центральной площади воцарилась полная тишина. Все ждали моего ответа.

Сердце бешено колотилось, в сторону других мужчин я даже не посмотрела. Зачем они мне, если за несколько часов Глеб полностью завладел всеми моими мыслями и коснулся сердца? Да разве я могу упустить этот шанс?

Но и согласиться, скрыв, кто я, не вариант. И ведь было столько возможностей там, в лесу, чтобы признаться, а я все их упустила. Теперь придется сказать правду сейчас и при всех. Я встала между вожаком и Глебом, не особо заботясь, как это выглядит.

Пронзительный встревоженный взгляд мужских глаз окутал меня так, что ноги стали подкашиваться.

– Глеб, я – ведьма, – выдохнула разом.

В толпе послышались удивленные возгласы, а мой оборотень лишь приподнял брови и не попытался от меня ни сбежать, ни начать бояться. Смелый какой. В его глазах даже мелькнули любопытство и явное облегчение.

– Думаю, ты должен об этом знать, прежде чем предлагать мне… эм… свою защиту, – нашлась я. – Это по-честному. Ну… я же знаю, что ты оборотень и сын вожака стаи.

Кажется, я сгорю от одного его взгляда, такого пламенного и совсем непонятного. Вокруг снова послышался шепот, но единственным, чье мнение меня сейчас волновало, был Глеб.

– Я по-прежнему предлагаю тебе свою защиту, – хрипло сказал он и ласково сжал мои пальцы, все еще находившиеся в его ладони.

– Я… принимаю ее, – выпалила на одном дыхании.

Глеб ощутимо выдохнул, открыто улыбнулся.

Мы стояли лицом друг к другу, смотрели в глаза, и воздух вокруг едва ли не наполнялся искрами, так сильно ощущалось это ненормальное притяжение.

За моей спиной раздалось покашливание, и этот звук вернул нас в реальность. Я сразу вспомнила, где нахожусь, что рядом вожак стаи, а мы тут с Глебом в гляделки играем. Мой оборотень лишь едва заметно усмехнулся.

Повернулась, смущенно посмотрела на Ренара.

– Добро пожаловать в стаю, Дана! – торжественно возвестил Ренар, и толпа радостно загомонила, приветствуя меня.

Глеб заметно расслабился.

– Это Наира, моя жена, – представил Ренар, не обращая внимания на шум. – С двумя моими сыновьями, Глебом и Назаром, ты уже знакома. Олег, мой третий, самый младший сын, сейчас находится на переговорах в другой стае.

Хм…

– Отдыхай, полагаю, путь был неблизким и утомительным, полным тревог и волнений. А как сможешь, приходи поближе познакомиться с моей семьей. И наверняка у тебя есть вопросы, я честно на них отвечу.

– Мы будем рады видеть тебя в своем доме, Дана, – добавила Наира.

– Спасибо, – только и смогла ответить я, вконец растерявшись.

Вожак, улыбаясь, кивнул. Наира доверчиво положила голову на его плечо, сверкая любопытством во взгляде.

– Пойдем, – потянул меня за собой Глеб.

Стоило сделать шаг, как послышалось хмыканье вожака, и я обернулась.

– Дана, а у тебя еще какие-то зелья остались?

В голосе Ренара слышался явный интерес.

– Около полудюжины, – прикинула я, настораживаясь.

Глеб фыркнул, закатил глаза.

– Отец, давай после. Пока с тебя хватит шести окрашенных волков и любопытства.

Наира издала смешок, Назар весело хмыкнул.

– Доброй ночи, – уверенно пожелал Глеб и решительно нырнул в пустой проулок, скрывая нас от чужих взглядов.