11 глава

Марко

Мы с отцом выходим из лазарета, оставив Ками одеваться под надзором Тазиро. Конечно, выходить я не хотел — отец почти за шкирку меня вытащил. Я только медальон успел схватить. Хоть я и обещал за поцелуй вернуть вещь, все равно забрал его, потому что обстоятельства изменились.

— Не стоит надолго оставлять её! — рыкаю на отца, когда дверь за нами закрывается.

— Ничего не случится за пять минут, Марко. Более вероятно, что что-нибудь произойдёт, если ты с девушкой наедине останешься! Совсем перестал себя контролировать.

— Ты-то себя контролировал, когда узнал, что мама твоя пара, — это не вопрос, а откровенный подкол, на который отец реагирует хмурым взглядом.

— Не передергивай. Достал уже.

— Отец, ты же сам все видел. Метка была, но её сорвали. Ками реагирует на мою кровь, как истинная. Нужно провести ритуал пробуждения вампира и сразу после него обряд единения истинных.

— Опасно. Сначала нужно убедиться, что девчонка на нашей стороне! Для этого необходимо вспомнить её, и почему так произошло, что она пробудила Ассара.

Как же раздражает, что он не верит в невиновность Ками. Хочется вмазать ему хорошенько. Но вмазать альфе, да ещё и своему отцу — дело рискованное. Не помню вообще, что я когда-либо хотел ему вмазать.

— И как, по-твоему, можно вернуть нам всем память?

— Понятия не имею, — потерев переносицу двумя пальцами, отец опирается спиной о стену. — Возможно, нам нужен след крови из того периода, который мы все забыли, но где его взять, я не представляю. Наверняка Ассар все подтер.

— Может и не все, — задумчиво произношу я, подняв вверх руку с цепочкой, на которой висит медальон. — Это было у Ками. Пахнет очень знакомо. Сумеешь понять, чей это запах?

Отец хмуро забирает цепочку и подносит её к носу.

— Действительно знакомый запах. И он вампирский, но словно ещё не зрелого вампира.

— То есть ребёнка?

— Скорее всего, — кивает отец, ещё раз глубоко вдохнув запах медальона.

— Как думаешь, кому могла принадлежать эта вещь?

— Не знаю. Лучше спросить об этом у Маркуса. Он знает запах всех вампиров клана. Если медальон принадлежал кому-то из клана Варран, Маркус его это поймёт.

— Значит, надо как можно скорее найти его.

— Вы обо мне говорите?

Словно поняв, что может нам понадобиться, дядя Маркус сам появляется у лазарета и обводит нас с отцом внимательным взглядом синих глаз.

— Марина здесь. Чуть не рехнулся, пока успокаивал жену относительно возможной парности нашей дочери с волком. В итоге, Мара перехватила инициативу и теперь сама беседует с ней, закрывшись в комнате. А у вас что произошло? Спустился вниз, а там разгром, и мне сказали, что вы в лазарете.

— Дерьмо происходит. Девчонка-пленница положительно реагирует на кровь Марко, — отвечает отец, на что Маркус смачно выругивается.

— Значит, они все-таки пара.

— Вероятнее всего. Но это не меняет того факта, что мы о ней почти ничего не знаем. Я не могу позволить пробудить её вампира и провести обряд единения, пока мы не убедимся, что она не враг. Марко кое-что нашёл у неё, — папа протягивает вампиру медальон. — Вот. Понюхай. Присутствует запах вампира. Не взрослого. Но он нам знаком. Значит, эта вещь скорее всего принадлежала кому-то из Варранов.

Внимательно наблюдаю за реакцией Маркуса на медальон. Он почему-то хмурится, взяв вещицу в руки. Затем начинает рассматривать её со всех сторон и только потом делает глубокий вдох. В этот момент в его глазах отражается шок одновременно с удивлением и чем-то похожим на страх.

— Да. Я знаю, чей это запах... Он принадлежит Мише.

— Твоей дочери?! — рыкаю я, сделав шаг к вампиру.

— Ты ещё какую-нибудь Мишу в нашем клане знаешь?

Я был прав, мать вашу! Я же видел, как Ками на неё отреагировала. И говорил ведь, что она нас всех знает, но мне блять никто не поверил!

— И что самое хреновое... — продолжает говорить Маркус, разглядывая медальон. — Я узнаю эту вещь. Мне кажется, я уже видел такую. На шее дочери.

— Именно этот медальон? — уточняет отец.

— Нет. Такой же. Они почти идентичны. Разве что цвета разные.

— Мы сейчас можем его увидеть?

***

Конечно нам приходится оставить Ками в лазарете под надзором Тазиро, а также ещё нескольких волков, которых приставляет к двери отец. 

Мне хочется зайти к ней и убедиться, что с девушкой все в порядке, но, боюсь, если сделаю это, она начнёт бурчать насчёт медальона и несдержанного мной обещания, поэтому я принимаю решение навестить малышку позже, после того, как мы посмотрим на медальон Миши, о котором говорил Маркус.

Дядя сказал, что на дочери сейчас его нет, да и я не видел, поэтому, чтобы увидеть вещь, нам придётся отправиться в резиденцию Варранов. Благо она не так далеко расположена от наших земель, поэтому мы довольно быстро туда добираемся и сразу поднимаемся в комнату Мишель.

— Где он может быть? — спрашиваю Маркуса, который уже начинает рыться в ящиках стола.

— Понятия не имею. Но, думаю, стоит посмотреть в комоде и шкафу.

Одновременно кивнув, мы с отцом тоже приступаем к поискам. Сначала я не реагирую на странное поведение своего зверя, приняв его за нежелание находиться вдали от пары, а потом внимательно прислушиваюсь к скулежу и рычанию волку. Он царапает мне грудь и пытается вырваться на волю. Его взгляд направлен на верхнюю полку, расположенную прямо над шкафом.

Зверь чует медальон? Но почему? Или там что-то другое?

— Со всеми этими проблемами я уже несколько дней нормально не пил кровь Марины! — ворчит Маркус, вытаскивая ящик за ящиком, и проверяя каждый уголок стола.

— Мара мне предъявила такую же претензию сегодня, — хохочет отец. — Кровососка мелкая. 

Я особо не вникаю в их шутливую беседу. Во-первых, нежности отца про маму, мягко говоря, заставляют меня вздрагивать, потому что вряд ли есть дети, мечтающие знать всякие конфетно-букетные подробности отношений родителей. А во-вторых, я весь обратился в нюх и в слух. Мне необходимо понять, что именно почуял зверь, так что я начинаю рыскать на полке над шкафом.

В самом дальнем углу нахожу что-то вроде шкатулки. Подношу её к носу и глубоко втягиваю в себя запах. Пахнет Ками.

Невозможно...

— Кажется, нашёл. Сейчас посмотрим.

Открываю шкатулку. Отец и дядя Маркус встают по бокам от меня и внимательно смотрят на содержимое деревянной коробки. В ней лежит медальон, действительно почти такой же, как и тот, что я забрал у черноглазки.

Берусь за цепочку пальцами и поднимаю вещь, отставив в сторону шкатулку. Из кармана достаю медальон Ками. 

— Бинго. 

— Черт побери, кто она такая?! — рявкает Маркус. 

— Не знаю, но от медальона, который хранился у твоей дочери, идёт отчетливый запах Ками. 

— Надо забрать его тоже с собой и спросить у Миши, откуда у неё эта вещь, — предлагает отец, забрав медальоны у меня из руку и поочерёдно понюхав и тот и другой. 

— Какой смысл? Никто из нас ничего не помнит. И Мишель тоже. 

— Значит, будем пытать Ками. Она должна нам рассказать правду. 

Я хмуро смотрю на отца. Слово пытать в одном предложении с именем черноглазки мне вообще не нравится. 

Он раздражённо закатывает глаза, заметив мой недовольный взгляд. 

— Мы не собираемся причинять ей боль, Марко. Успокойся. 

— Вообще, странно, что от медальонов идёт настолько сильный запах крови, — задумчиво произносит Маркус. — Такой, слово она их часть. 

— Дай-ка, — я забираю вещицы из рук отца и начинаю пристально их разглядывать со всех сторон. 

Они довольно объёмные и не плоские. Думаю, в них вполне возможно что-то поместить. Например, жидкость... Кровь. Только как их открыть? Они будто запаяны со всех сторон. 

— Мне кажется, кровь внутри, — высказываю свое предположение отцу и дяде. — Если это так, то, открыв медальоны, мы по кровной памяти сможем восстановить стертые воспоминания о Ками, потому что, я уверен, кровь эту туда добавили ещё до пробуждения Ассара. 

— Это здравые мысли, сын. Но как их открыть? Я не вижу механизмов. 

— В библиотеке должна быть информация. Если медальона два и внутри есть кровь, то вполне возможно имел место быть какой-то ритуал. А все о ритуалах фиксируется в книгах. 

Маркус согласно кивает. 

— Давайте разделимся. Я поищу в нашей библиотеке, а вы отправитесь обратно в свою резиденцию и поищите там. Ну и, стоит напрямую спросить у девчонки. Возможно, увидев второй медальон, она занервничает и выдаст какую-нибудь информацию. 

Так мы и делаем. Дядя остаётся в своей резиденции, а мы с отцом возвращаемся домой. 

— Ты иди в библиотеку, а я побеседую с Ками, — говорю отцу, когда мы поднимаемся на крыльцо особняка. 

Отец скептически выгибает бровь, сложив руки на груди. 

— Совсем оборзел, щенок? Альфе будешь указывать? Я сам поговорю с девушкой, а ты пойдёшь в библиотеку. Так что, отдавай медальоны. 

— Но отец! 

— Не спорь! Ты хреново себя контролируешь! И пока я запрещаю тебе общаться с пленницей наедине. Сначала во всем разберёмся. Потом будем думать, как поступить дальше. 

Я злюсь и дико хочу поспорить с отцом, но не делаю этого, потому что умом понимаю, что он в чем-то прав. Мне на самом деле сложно сдерживать своего зверя рядом с черноглазкой, и будет безопаснее для неё же, если с ней поговорит отец, а не я. Вряд ли он способен причинить вред девушке. Особенно теперь, когда он знает точно, что мы пара. 

***

Отдав отцу медальоны, я направляюсь вниз, где расположена наша фамильная библиотека. Конечно, обычно я там не бываю. Книги, мягко говоря, не моё. Вот битвы, тренировки, спарринги — это я люблю, а чтение... Ну, мне это всегда казалось слишком женским занятием. Хотя в стае и самки не особо к этому склонны.

Интересно, Ками любит читать? Любила раньше?

Хреново, что я этого не знаю. Но ничего, когда со всем разберёмся, у меня будет целая жизнь, чтобы узнать о ней все. Изучить вдоль и поперёк её тело и душу.

Чтобы найти какую-нибудь информацию о медальонах и ритуалах, надо сначала понять, где именно искать. В библиотеке свыше нескольких сотен тысяч книг. Глаза разбегаются, когда смотришь на все эти стеллажи. Благо, что они хоть отмечены. Без указателей здесь черт ногу сломит. 

Я не знаю, почему, но первым делом я решаю просмотреть книги об Ассарах. Хрен знает с чего бы мне так кажется, но внутренняя чуйка подсказывает, что факт пробуждения Ассара и ритуал с медальонами связаны между собой. Возможно, я просто ищу наиболее лёгкий способ объяснить произошедшее, но проверить все же стоит. 

Набираю книг о древних вампирах и их ритуалах, вываливаю на стол, и начинаю внимательно изучать. Зверь то и дело пытается сбежать, чтобы проверить, как там девушка. Сладить с этим зубастым невероятно трудно, но я все же держу его на поводке. 

Времени проходит много, прежде чем я, наконец, нахожу информацию, которая, как мне кажется, нам и нужна.

Речь в одной из глав книг идет о ритуале скрепления родовой силы. Раньше им пользовались Ассары, призывая всю силу рода на помощь и защиту. Чтобы провести ритуал нужны кровь и какая-то вещь, куда она будет помещена. Чуть ниже стоит пометка, что ритуал призыва силы может пробудить даже спящую энергию. Если тот, кто призывает, является потомком древних вампиров, тогда он может разбудить даже лидера от вечного сна.

Холодок пробегает по моей спине, когда я несколько раз перечитываю написанное.

Они провели ритуал, не зная, что именно делают. Они не понимали, что таким образом разбудят Ассара.

Листаю дальше, пытаясь найти подсказку о том, как открыть медальон, и возможно ли это вообще.

Следующая глава "Отказ от родовой силы".

"Чтобы обратить ритуал — капните на скрепляющую и прызывающую силу рода вещь кровью того, чья кровь в ней находится".

— Вот оно! — я вскакиваю со стула и, схватив книгу, несусь прочь из библиотеки и сразу же отправляюсь на поиски отца. 

Ментально связываюсь с ним, чтобы рассказать о найденном решении, после чего он сообщает мне, что вместе с Ками находится у лазарета.

Туда я и иду. 

Врываюсь в комнату, держа перед собой книгу, и тут же заявляю:

— Нужна кровь!

Мой взгляд мигом находит Ками, которая скромно сидит на стуле возле окна и взирает на меня своими бездонными чёрными глазами, сейчас переполненными тревогой.

Лишь спустя минуту я замечаю, что кроме отца и лекаря в лазарете ещё находятся Маркус и Миша. А на столе, где днём лежала потерявшая сознание Ками, лежат два медальона.

— Маркус уже рассказал о ритуале и о том, как открыть медальоны. Он нашёл информацию в своей библиотеке.

— То есть, дядя Маркус успел найти инфу и вернуться в резиденцию, а мне никто об этом не сообщил?!

— Не злись, Марко, времени особо не было. Сейчас мы обратим ритуал, а дальше будем действовать по обстоятельствам.

Я зло отшвыриваю книгу от себя и перевожу недовольный взгляд на отца.

— Она что-нибудь сказала? 

— Ничего, — качает тот головой. 

— Я и не сомневался. Ну, ничего. Скоро все и так будет понятно, да, Ками? 

Подмигиваю, ещё сильнее напугавшейся девушке. Дурочка, ну чего она боится? Чем этот Ассар-засранец так её запугал? Я лично усыплю его так, что ни одна живая душа больше не сможет его пробудить. Никогда! 

— Да как мы могли провести какой-либо ритуал с ней? Я впервые увидела её сегодня! — Миша тычет пальцем в Ками, возмущённо поджав губы. 

— Мишель, помолчи! Обратим ритуал и тогда нам все станет ясно, — пресекает её Маркус. 

От меня не укрывается, каким растроенным взглядом смотрит черноглазка на девочку. Черт, если они провели ритуал вместе, то явно не были чужими людьми. Боюсь, что правда окажется гораздо сложнее и более болезненной, чем мы все думаем. 

— Ладно. Итак, — вперёд выходит Тазиро и, расставив руки в стороны, жестом подзывает девушек к себе. — Начнём? 

Мишель подходит к лекарю сразу, раздражённо закатив глаза, а вот Ками упрямится. 

— Я не хочу... 

— Придётся, — строго отвечает отец. — Так или иначе мы возьмём у тебя образец крови. 

Прикусив губу, Ками поднимается со стула и обречённо шагает к лекарю. Тазиро берет со стола острый кинжал и поочерёдно пускает по капле крови на ладонях Миши и Ками, а затем кладёт в окровавленные руки каждой медальоны. 

Щелчок и те открываются. 

В мой нос врезается отчетливый запах крови Ками, и та, что течёт по её ладони, сильно отличается от той, что была скрыта в медальоне. 

— И что дальше? — пожимает плечами Миша. 

— Дай мне свой медальон, — прошу я, протянув руку к черноглазке. — Я выпью кровь. 

— Не нужно, — шепчет Ками, шумно задышав. 

— Я хочу тебя вспомнить. 

— Не вспоминай.

Она не хочет, потому что боится.