65

Не представляю даже, каких результатов хочет от меня волчара. И я бы задала уйму вопросов, но он же снова не ответит.

Поворачиваюсь халацевту, внимательно его разглядываю, надеясь хоть за что-то зацепится, но мальчишка явно не желает вести беседу, и все мои попытки сейчас провалятся, поэтому тоже делаю вид, что в последнюю очередь хочу здесь находиться.

– Ладно, лисичка. На сегодня, я думаю, достаточно.

Ничего не говорю. Просто выхожу из помещения, а когда дверь за нами закрывается, оборачиваюсь к офицеру.

– Это не делается так просто. Недостаточно посадить меня с ним одну комнату и ждать результатов.

Ад не улыбается. Но внимательно смотрит на мое лицо, заложив руки за спину.

– И что ты предлагаешь?

Предложений у меня нет. Как и идей.

– Ничего. Я знаю только, что сейчас он напуган, хоть умело это скрывает и не знает, что мы от него хотим.

Волчара ничего не отвечает на это. Кивает и проходит мимо меня, а я следую за ним, разумно решив, что мне здесь не место.

Мы выходим из здания и возвращаемся к тренировке отделения. Я думала, что сегодня меня уже оставят в покое, но как бы не так.

Наблюдая за тем, как Орэд преодолевает препятствия, я почти присвистываю. Быстрый и сильный волк буквально летает по тренировочной площадке, словно ему это ничего не стоит.

Мне только и остается, что изумленно наблюдать и делать для себя неутешительные выводы.

Мне за ними не угнаться, как ни старайся. И выход только один – они будут меня тащить, что крайне меня бесит. Я не хочу испытывать такой позор и не хочу быть обузой в коллективе. Стыдно признать, что все мои планы идут под драный волчий хвост.

Кусаю губу, внимательно наблюдая за тем, как легко справляется с заданием Взгрих. Молодой волк ловко взбирается на тренажер и не менее ловко перепрыгивает преграду, чего я сделать не смогла.

– Другие препятствия будут еще сложнее, верно? – интересуюсь у волчары.

Я уже понимаю, что если этим почти не справилась, то с другими будет куда хуже, но признавать поражение мне не хочется.

– Верно, – коротко отвечает Адиссил, не поворачивая головы. – Появились мысли?

Молчу. Вопрос с такой ехидцей задан, что сразу вспоминается жёрдочка.

– Сейчас они закончат прогон, и ты поведешь их на обед. Подумай хорошенько, Шияро, что ты можешь сделать, чтобы не проиграть эти соревнования.

Волчара бросает на меня короткий взгляд и удаляется в сторону корпуса, а я провожаю его спину, задумавшись о том, что мне крайне не везет с командиром.

Что я могу придумать в таких обстоятельствах? Вот и я не знаю. Совершенно.

В этих мыслях я и ломаю голову, когда последний кадет приходит к финишу. Дав им еще пару минут передохнуть, зову их на обед в приказном порядке.

Все, кроме Дайра, реагируют нормально, но позубоскалить ему не дает Орэд.

– Я голоден, как дикий пес. Поверь, я намотаю твои кишки на кулак, если сорвешь нам столовку.

Причем он так на него смотрит, что даже у меня волосы на загривке дыбом встают. Последний только презрительно в ответ смотрит и усмехается, когда Взгрих и Самоэ подхватывают меня под руки и тащат в сторону столовой. Волчье такси в деле, ни дать ни взять.

Уже у раздаточного стола я слышу смешки, но стараюсь не обращать на это никакого внимания. Можно, конечно, снова устроить переполох, но что-то мне подсказывает, что это приведет не просто к очередной драке, а к разборкам уже в офицерском составе. Что-то перед соревнованиями мне не хочется разжигать пожар. Вот когда все закончится, тогда можно хоть напалмом во всю мощь.

– Эй, рыжая! Ты всем даешь в своем отделении или только офицеру?

Перевожу взгляд на самоубийцу, но демонстративно кладу кусок большого сочного мяса себе в рот, чтобы оторвать от него зубами кусок поменьше.

Молчу.

Он зубоскалит, продолжая меня провоцировать.

Жую.

– Ох и сочная ты девочка. Сколько тебе заплатить за ночь?

И ведь бесит же меня, щенок!

Над волком вдруг возникает огромная фигура, в воздухе сверкает поднос, а затем вся столовая затаивает дыхание, когда слышит грохот.

Я уже уверена, что сейчас прозвучит коронное “Брысь!”, но вместо него только:

– Ты столько не унесешь, шавка.