64

Это на что такое он намекает? Вернее, даже не намекает, а почти прямо говорит, что волки охотятся на артефакты халацевтов.

И если бы я не была слишком умной, даже не подумала бы, что он имеет ввиду, что их преследование только на этом и завязано, а сам Ад ведет свою странную игру под руководством подполковника. И у них явно есть свои планы, в которые они втягивают меня.

Осталось понять, зачем…

– Идем, – командует мне волчара и берет разворот на сто восемьдесят градусов.

Я послушно следую за ним, только раз обернувшись на свое отделение. Волки были заняты не просто преодолением препятствий на скорость, они попутно что-то еще и обсуждали. Предположительно, способ ускорения меня.

Вздыхаю, представляя, какие тренировки меня ждут. Кончики пальцев снова начинают ныть от этой мысли, а я скрипеть зубами.

Мы вернулись в корпус, но не в жилую его часть, а в подвальное помещение. Надо сказать, хорошо отремонтированное и стерильно белое помещение без окон.

Расположение у него такое же, как и на жилом этаже,. только обставлено все минимально. Железный стол и пара диванчиков. Ни стеллажа с книгами, ни полок, ничего.

– И что здесь? – спрашиваю я.

Адиссил оборачивается и усмехается. Насмешливость его опять касается моих аналитических способностей, но я только плечами в ответ пожимаю. Я не могу быть сосредоточена на этом процессе двадцать четыре на семь. Иногда мозгу и отдыхать нужно, хотя в последнее время это происходит слишком часто, когда белобрысый рядом.

Ну и предстоящее свидание меня несколько нервирует, как и тот факт, что волчара никак о нем не упоминает, да и вообще весь из себя такой, будто мне этот разговор приснился.

– Твоя работа.

Он подходит к большой металлической двери, жмет на панель в нескольких местах и та отъезжает в сторону. Уже знакомый бледный мальчишка вскакивает с кровати и встает в позу, которую я бы назвала оборонительной. Явных признаков к самозащите нет, но он в любой момент может что-то сделать.

– Эй, успокойся! – Я поднимаю руки, демонстрируя свои безобидные намерения. – Мы только… – перевожу взгляд на улыбающегося Адиссила, – поговорить?

Вздергивает бровь. Этот жест я интерпретирую, как “ты меня спрашиваешь, то с ним делать?”

Вздыхаю. Вхожу внутрь и осматриваю комнату такого же размера, как моя собственная. Правда здесь, только намертво прибитые кровать, стол и стулья.

– Как в тюрьме, – замечаю вслух.

Он же пацан совсем. Условия можно было бы и помягче. А с другой стороны, что пацан делал в своей группе неизвестно. Известно только, что сама группа планировала очередной теракт, что никак не играет на пользу мальчишке.

Прохожу к столу и сажусь, внимательно глядя на тощего пленника.

– Тебя бы откормить.

– Они все такие, – отвечает Ад, сложив руки на груди.

Он не проходит внутрь и не закрывает дверь. Стоит в проеме и наблюдает за нашими действиями и поведением. Халацевт так и стоит в своей напряженной позе, а когда я показываю рукой на стул он качает головой.

– Жест “нет” похож на наш, – отмечаю вслух. – А жест “да”?

– Умница, лисичка, – хмыкает офицер. – А теперь попробуй пообщаться.

Оборачиваюсь и внимательно смотрю в серые глаза. Он действительно считает, что это возможно? Халацевт не пойдет со мной на контакт, это же очевидно.

– Попробуй, – тянет губы в улыбке Ад. – Если не получится…

– Что? – не выдерживаю я театральной паузы.

– Попробуешь завтра.

– А если и завтра не получится, – спрашиваю я, чувствуя раздражение.

– Будешь пробовать снова и снова, пока не получишь достойного результата. Будем втирать тебя в доверие.