70

От этой мысли почему-то так плохо становится, что хочется выть. С другой стороны, у меня есть мама и Яша. И первая всему Убою глоки перегрызет, если ей не отдадут ее дочь.

Но все равно так обидно.

Мама как-то рассказывала про моего отца, мол, он тот командир, которого никогда не оставят на поле битвы, а ради его спасения положат свои жизни.

Отца я плохо помню. Несколько счастливых эпизодов в детстве, а затем… Пустота. В какой-то момент он просто пропал. Мама не рассказывает мне ничего об этом, а я понимаю, что это произошло в тот период, который заблокирован в моей памяти.

Иногда я думаю, что в том моменте слишком много травм. Я не понимаю, откуда они могли там взяться, но копаться в воспоминаниях или искать информацию я не пыталась. Мне доходчиво объяснили, каковы могут быть последствия.

– Долго нам так сидеть, Рой? – голос похитителя вырывает меня из потока мыслей.

– Надо переждать.

– Они могут установить наблюдение.

– Хочешь объяснять Лоерсу, почему мы действовали не по плану?

– Я хочу выбраться отсюда без последствий!

Перепалка на ровном месте дает мне немного свободы. Пока он гавкаются, я переворачиваюсь на другой бок и внимательно их разглядываю. Жаль, тряпка во рту мешает вклиниться в их беседу, а так бы я хоть воздушной кукурузы попросила, которую в кино дают.

– Ну так и сиди тихо, чтобы не было этих последствий! – рявкает волк, подрываясь с места и явно намереваясь применить кулаки.

Его дружок осаживает и поднимает руки к верху.

– Да ладно, че ты заводишься-то? Я меня просто парит вся эта ситуация. Одно дело на мелкие задания ходить, другое с Убоем связываться.

Второй волк ничего ему не ответил. Долго смотрел в глаза, а затем сел на место, устремив взгляд на меня.

– Очнулась, – кивает в мою сторону. – Проверь еще раз веревки.

Меня вздернули на ноги, отчего в голове запульсировала боль, а я застонала. Он подёргал веревки на руках и ногах, а затем подтащил меня к столу и швырнул в кресло.

Я зажмурилась и едва не взвыла.

– Да, не хило тебя приложили. Но жить будешь, – усмехнулся, видимо, командир группы.

Он взял со стола яблоко и нож, бросил на меня насмешливый взгляд и принялся срезать кожуру.

– Я так и не понял, что лиса в убое делает.

Да кто бы понимал? Кроме волчары, сие вообще никому не ведомо. Он что-то себе придумал, а мне теперь расхлебывать.

– М–м-м м-м, – вяло мычу я.

– Вытащи тряпку, Стэк.

Волк дергает ткань из моего рта, а я морщусь от сухости внутри.

– Повтори.

– Водички, говорю, дай.

Рой внимательно смотрит мне в глаза, продолжая при этом срезать кожуру острым как бритва ножом.

– А ты дерзкая лиса, да? Знаешь, что я с такими делаю?

Налицо угроза. И в любой другой ситуации я бы, может, и испугалась, но не сейчас.

– Мне неинтересно, – отвечаю я спокойно. – Со мной ты ничего делать не будешь, поэтому прибереги свои угрозы для тех, кто им поверит.

Рой ухмыляется, а я сглатываю, когда он срезает кусок сочного яблока и оправляет себе в рот. Пить хочется жутко!

– Смышленая.

– Не без этого.

Волк не отвечает, продолжая жевать свое яблоко и пристально смотреть на меня, а я все сильнее хмурюсь, разглядывая его.

– Ты кажешься мне знакомой, лисичка. Мы виделись раньше?