Глава восьмая

Судя по интонации, Волков говорил с Вероникой. В голосе не скользило раздражение, он был довольно мягок, но чувствовалось напряжение.

«Может, ему неловко разговаривать при мне?» – подумала Леся, закидывая овощи в кастрюлю с бульоном.

Вытерла руки, намереваясь осторожно покинуть кухню.

– Ты куда? – вопрос застал в проёме. Волков прислонил ладонь к динамику телефона, вопросительно вскинув бровь. – Останься. Ты не мешаешь.

Леся смутилась. Опустила голову, пытаясь скрыть пылающие щёки за волосами, но вспомнила, что убрала их хвост. Неловко вышло.

– Нет, я задержусь, ужинай без меня. Лучше не забудь принять таблетки, посмотри фильмы, – терпеливо произнёс он. – Увидимся через пару часов.

В груди ёкнуло. Выходит, после… Волков сразу отправится к Веронике. Насколько же они близки? А может… предположение не было ошибочным?

– Она моя младшая сестра.

Леся вздрогнула, вскинув голову. Волков безмятежно улыбался.

– Я не спрашивала, – потупилась Леся, возвращаясь к готовке.

– Но думала, – парировал он. – Недоразумения стоит пресекать на корню. Хочу стать для тебя открытой книгой. Мне нечего скрывать.

Леся поперхнулась.

– Что ты такое болтаешь… – буркнула, промывая сырой рис. – Мы не в тех отношениях.

– Как скажешь, – загадочно усмехнулся он, придвигая к себе ноутбук…

Леся готовила, привычно абстрагировавшись от своих мыслей, от внешнего мира, Волков сосредоточенно смотрел в экран монитора, мерно щёлкая мышкой. Атмосфера, царившая в кухне, успокаивала, дарила умиротворение.

Впервые присутствие рядом постороннего человека не напрягало. Обычно всё иначе. Даже ходить в школу было большой проблемой. Леся сидела одна. У окна. Учителя не трогали, новые одноклассники сторонились. Нет, в первые несколько дней пытались познакомиться, но… Леся отгородилась. Вела себя замкнуто, отчуждённо. Впрочем, как и всегда. Хотя, сейчас видны заметные улучшения. Общение с одногруппниками не вызывает той дрожи, что раньше сковывала тело.

– Материал для аналитики накидал в отдельную папку, сохранил на диске «D», найдёшь. Ещё кое-что отправил себе.

– Ты нацелен на результат, – прокомментировала Леся, выключая готовый суп. Плов подходил.

– Хочу нормальное будущее, – просто ответил Волков, откидываясь на мягкую спину кухонного диванчика. – Наша с Никой жизнь была не лучшей, нам обоим пришлось рано повзрослеть. Фактически, я был опекуном своей сестры до её совершеннолетия. Три года…

– Неудивительно, что она так к тебе привязана, – произнесла Леся, хоть не до конца понимая, что Волкову и его сестре пришлось пережить, через что пройти. Возможно, их ситуация даже в сравнение не идёт с Лесиной. Возможна она гораздо хуже. А Леся зря зациклилась на себе. На своей вине, на своём горе.

Стыд неприятно кольнул в груди, вынуждая поморщиться.

– Не сочувствуй и не сравнивай, – спокойно произнёс парень, безмятежно улыбаясь, будто догадываясь о душевных метаниях Леси. Его лицо казалось расслабленным. – Все люди разные, уровень восприимчивости и чувствительности тоже разный. К тому же, ты не знаешь наверняка, что с нами произошло, я не знаю, что с тобой. Но в любом случае, это ужасно. Для нас обоих…

Леся поджала губы, заторможено кивая. Налила суп в глубокие пиалы и достала сметану с хлебом. Телефон Волкова снова завибрировал и «побежал» по гладкой поверхности стола к краю.

– Да, – сдержанно произнёс парень, отвечая на звонок. Светлые брови сошлись в переносице.

Леся не хотела подслушивать, но слышала судорожные всхлипы, доносящиеся из динамика.

– Ник, подожди, успокойся, – утомлённо вздохнул Волков, потирая пальцем переносицу. – Повтори внятно.

– Иди… – одними губами прошептала Леся. – Ты нужен сестре, это может быть важно.

Лицо парня исказило раздражение. В глазах сверкнул злой блеск.

– Ладно… – выдохнул тяжело. – Сейчас приеду, – отключился и вышел из-за стола. – Уверен, Ника просто капризничает, привлекает внимание.

– Ты не знаешь этого наверняка, – спокойно отозвалась Леся. – А если случилось что-то? Разве ты не будешь потом жалеть, что не поехал?

– Убедила, – натянуто улыбнулся он, выходя в прихожую.

– Подожди, – произнесла Леся, доставая с полки контейнер. – Это глупо, наверное, но… – быстро наложила в пластиковую ёмкость плов, закрыла крышкой и завернула в целлофановый пакет. – Вот, поужинай с сестрой, – произнесла, уставившись отсутствующим взглядом в грудь Волкова. Поднять глаза было неловко. Зачем она вообще решила дать ему еду с собой? Хотелось повернуть время вспять и больше не чудить. – Забудь, – пробормотала, опуская руку.

– Ещё чего, – усмехнулся парень, забирая контейнер. – Я рад, что ты додумалась положить мне с собой. Мои ожидания не были напрасными. Съем с удовольствием, – потянулся пальцами к Лесиному лицу, но остановился в нерешительности. – Чуть было не коснулся тебя, – усмехнулся виновато. – Я пойду.

– Да… иди уже, – как можно непринуждённее произнесла Леся, открывая дверь.

– Увидимся завтра, – подмигнул Волков и, взяв свою спортивную сумку, покинул квартиру.

Леся пошла ужинать. Она давно привыкла к одиночеству, но сейчас стало как-то… грустно?.. пожалуй. Как бы всё проходило, будь Волков рядом? Какие эмоции испытывала бы во время еды? Вели бы они разговоры или ели молча? А потом… потом, наверное, бы сели пить чай. Какой он предпочитает? Может быть зелёный или вообще с ромашкой…

Леся усмехнулась. Уже давно она столько не думала о другом человеке. Не странно ли? Перемены волновали…

Убрав за собой со стола и помыв посуду, Леся переоделась в пижаму и легла. Хотелось почитать. Не учебную литературу, а те книги, которые выбрала недавно.

Телефон издал «дилинь», засветился экран.

Волков: «Я дома. Всё в порядке. Плов вкусный…» – в сообщении не было смайликов, но Леся чувствовала улыбку. Улыбку Волкова…

Следующий день не принёс ничего занимательного. Леся внимательно слушала и записывала лекции, старалась быть более общительной и воодушевлённой, если к ней обращались одногруппники. Выдавливание из себя эмоций давалось сложновато, каждый раз будто приходилось перешагивать через себя, вылезать из раковины, но, если не делать этого, снова останешься в полном одиночестве. Станешь изгоем. Леся не хотела одиночества. Не хотела возвращаться в «темноту».

Волков вёл себя, как и всегда, отчуждённо. Хмуро и мрачно, всегда рядом со своей сестрой, будто верный цепной пёс. В универе он совершенно другой. Незнакомый. Чужой. Много мыслей вертелось в голове по этому поводу, но Леся не лезла. Сами разберутся. Отношения этих двоих её не касаются, как и не должно быть никакого дела до того, приветлив Волков или нет.

После пар подошёл Андрей обсудить некоторые детали по проекту, всё-таки анализ им предстояло провести и подготовить вместе. Пришлось задержаться в студенческом кафе. Леся неуютно ерзала на месте, дыхание периодически схватывало, пульс ускорялся…

– Тебе нехорошо? – поинтересовался одногруппник, оторвав взгляд от монитора ноута.

– Да нет, – Леся натянуто улыбнулась одним уголком, потянувшись за чашкой, и случайно расплескала чай на стол. – Т-с… – выдохнула сквозь зубы, стряхивая облитые пальцы.

– Не обожглась? – обеспокоенно поинтересовался Андрей.

– Не почувствовала даже, – криво усмехнулась Леся, беря салфетки, чтобы вытереть образовавшуюся чайную лужу.

– Слушай, если тебе со мной некомфортно, не нужно себя мучать, – осторожно протянул парень. – Атмосфера так себе. Нам обоим придётся трудно, если так продолжится.

– Дело не в тебе, – абстрагируясь, вымолвила Леся. Скомкала влажную салфетку и пристроила её на край блюдца. – Просто дай мне немного времени, обещаю, моё самочувствие никак не отразится на работе, я буду усердно стараться.

– Смотри сама, – бесстрастно отозвался Андрей, закрывая тему. – Я предлагаю сделать ещё вот такую таблицу с данными по кредитному продукту и спрос у пользователей, – он повернул ноутбук, а Леся склонила голову набок.

На самом деле хотелось просто сгореть со стыда. Ещё не хватало, чтобы посторонние люди думали, будто причина её странного поведения в них. Это ведь не так, но и каждому истинную причину объяснять не станешь. Нужно просто немного постараться…

Закончив с делами, Леся поспешила домой, но староста вдруг попросила отнести списки факультативов в деканат, пришлось возвращаться и идти в соседний корпус через весь универ. Проходя мимо клубов, Леся замедлила шаг.

В коридоре эхом звучали голоса на повышенных тонах. Резко захотелось вжать голову в плечи, развернуться и броситься прочь. Можно же пройти через двор, так дольше, но зато безопаснее.

– А я говорю, что и пальцем её не тронул! Что за бред вообще?! – голос показался смутно знакомым.

Леся повернула за угол и остановилась. Перед дверью музыкального клуба Артём ругался с Волковым, сидя на широком подоконнике, уткнувшись в ладони, всхлипывала Вероника.

– Если ты будешь срываться на всех по первому её капризу, то в скором времени, у тебя возникнут серьёзные проблемы, – раздражённо процедил блондин.

Волков мрачно взирал на него, сканируя взглядом. Шумно выдохнул и утомлённо потёр пальцем переносицу.

– Слушай… если бы я поверил словам Ники, ты бы уже лежал в коме, сечёшь? Я разговариваю с тобой, чтобы предостеречь тебя. Просто будь осторожен в словах и действиях. А ты… – зло процедил он, развернувшись к сестре. – Дома поговорим… – в кристально-голубых глазах царила стужа. Кажется, чаша терпения Волкова давно переполнилась, но тем не менее парень не хотел устраивать разборки на людях.

Щёки обожгло румянцем, вдруг так неловко стало…

Медленно выдохнув, Леся прижала папку с файлами к груди и поспешила, делая вид, что происходящее её вовсе не касается. Так будет лучше для всех.

– Эй, подожди! Ты ведь Солнцева? – следом увязался блондин, видимо решив, что разборки закончены. – Ты обещала заполнить анкету и прийти послезавтра, помнишь? – парень виновато улыбнулся. – Прости за настойчивость, у нас катастрофически не хватает людей.

– Я приду, – ровно вымолвила Леся, глядя Волкову в глаза. – До субботы, – махнула рукой и продолжила путь, лопатками ощущая пристальный взгляд на себе…

Домой вернулась позже планируемого. Родители уже не спали после тяжёлой смены и, к глубокому удивлению, куда-то собирались.

– О, дочь! – мама быстро поцеловала в щёку, на ходу пытаясь расчесать спутанные цвета тёплого шоколада кудри.

Папа стоял у зеркала в гостиной, сражаясь с непослушным галстуком, который никак не желал завязываться в нормальный узел.

Леся поставила на пол рюкзак, сняла обувь, повесила в гардеробную куртку и пришла на помощь родителю. Ольчик легко справлялась с такими «штуками» и её научила. Подумаешь, галстук.

– Лёгким движением пальцев… – усмехнулся папа, наблюдая за манипуляциями Леси.

– А ты время не трать, – из прихожей в комнату заглянула мама. – Собирайся. Идёшь с нами.

– Я? – Леся недоумённо моргнула, внутренности сжались в тревожном спазме. – Куда? Вы ничего не говорили и… – мысли лихорадочно метались.

«Что придумать, чтобы никуда не идти? Сказаться больной? Вскрыть себе вены, выйти в окно? Что?!»

– Лесь, – ласково усмехнулся папа, тронув за руку. – Во-первых, ты задушишь меня, – Леся вздрогнула, выпустив галстук. – Во-вторых, мы встречаемся с моим сослуживцем. Ужин семьями. Раньше Альберт жил в другом городе, связь потерялась, но сейчас он тоже гражданский врач. Это встреча важна для меня.

– И мы давно никуда не выбирались, – поддакнула мама, раскручивая тушь.

«Альберт… сослуживец…» – картинка складывалась. Отец много раз упоминал это имя, кажется, они были приятелями ещё со школьной скамьи, вместе учились в военно-медицинском, вместе служили, оба рано закончили карьеру военного, так вышло… И похоже оба переквалифицировались в гражданских врачей.

– Что мне надеть? – язык еле ворочался, прилипнув к нёбу. Леся сглотнула, пытаясь протолкнуть вставший в горле ком начинающейся паники.

– Что-то приличное, – со спины приблизилась мама и встала рядом. – Назаровы придут с сыном, можешь выбрать платье…

Леся отступила, щурясь от внезапной вспышки боли. Или это просто эфемерные боли на фоне разыгравшегося приступа. В висках колотился пульс так часто, что казалось, вена вот-вот лопнет.

– Лесь… – отец обхватил пальцами подбородок и повернул голову на свет. – Твои зрачки ненормально расширены, если для тебя это так тяжело, останься дома.

Леся очнулась. Дёрнулась и отошла. Сколько можно доставлять родным проблемы и неудобства? Сколько ещё они должны чем-то жертвовать ради её никчёмности? Из-за одного чёртового ужина ничего ведь не случится. Не умрёт…

– Пойду выберу платье… – буркнула и направилась в свою комнату.