Глава 7

Я остался один в доме странной старухи. Что со мной? Почему я не могу пошевелиться?

Хотел повернуть голову к окну, но даже этого не смог сделать. То, что я принял за усталость, на самом деле было началом этого кошмара. Я все понимал, чувствовал, но потерял возможность управлять собой. Руночерть задери эту ведьму! Что она мне подсыпала?

Я приложил всю свою волю и энергию, чтобы пошевелить хотя бы пальцем и изобразить руну, но, сколько бы ни старался, оставался неподвижен. Неужели старуха что-то подсыпала мне в еду или… Тут мой взгляд упал на свечу, которая продолжала чадить рядом на столе. Возможно, все дело в ней, но почему она подействовала только на меня?

Поглубже вдохнув, я попытался сдуть колышущееся пламя в надежде, что тогда эффект от ядовитой свечи пройдет и смогу пошевелиться. Однако даже губы в трубочку вытянуть не смог. Шумно выдохнув, понял, насколько я беспомощен, даже не могу сделать элементарных вещей — засвечу.

В это время со двора послышались голоса. Много голосов. Сюда приближались люди.

— Помогите! Кто-нибудь! — прокричал я что было сил. — Меня удерживают силой!

Скрипнула калитка. Топот на крыльце.

— Я здесь! Меня…

В это время дверь открылась, и на пороге появилась старуха, которая остановилась и кому-то бросила через плечо:

— Постойте здесь. Сейчас проветрю, — она быстро подошла к столу, сдула свечку и открыла настежь окно.

— Что вы со мной сделали? Почему я не могу пошевелиться?

— А это моя свеча Тишины все сделала, — улыбнулась она и принялась махать полотенцем, стараясь быстрее избавиться от едкого дыма, который заполнил весь дом.

— Отпустите меня, — велел я, стараясь сохранить самообладание.

— Не могу, милок. Доля у тебя такая. Против судьбы не попрешь. Не просто так дорожка тебя ко мне привела, — в ее голосе не было ни сочувствия, ни извинений. Она говорила с полуулыбкой.

— Ну ладно. Значит, буду действовать по-другому… По-мо-ги-те! — заорал я. — Меня хотят убить! Кто-нибудь, помогите мне!

Старуха подошла к двери и махнула рукой. В дом зашли трое крепких мужчин.

— Че разорался? — сказал один из них. — Знаем, что ты здесь. За тобой и пришли.

— Кто вы такие и что хотите сделать? — я старался сохранять спокойствие, хотя весь кипел внутри.

Меня, руномага Аскольда из великого рода Рунописцев, взяли в плен какие-то деревенские увальни. Да я одним пальцем мог бы стереть их деревню с лица земли, если бы обладал прежними силами.

— Хранительница, заткни ему чем-нибудь рот, а то так и будет болтать, — велел мужчина старухе и снял с плеча скрученный моток веревки.

Та порылась на полке, выудила какой-то старый платок и подошла ко мне.

— Открой рот, милок. Леня не любит, когда жертва много разговаривает.

— Я не жертва! Отпустите меня, иначе за себя не отвечаю, — я прожег ее взглядом, полным ненависти.

— Ничего не сможешь сделать. Ты полностью в нашей власти, — улыбнулась она и ласково погладила меня по плечу. — Если мы не пожертвуем твоей жизнью, то придется умирать одному из моих людей, а я этого очень не хочу. Каждый житель Теневодья мне как родное дитя. Открой рот, по-хорошему прошу.

— Делай, как велено, а то зубы выбью и сам кляп запихаю, — пригрозил мужчина и для острастки поднял увесистый кулак.

Я понимал, что этот имбецил не шутит, поэтому сухо ответил:

— Не нужен кляп. Я буду молчать.

Старуха, которую назвали Хранительницей, отошла в сторону, освобождая дорогу мужчинам. Те подняли меня с лавки и вынесли на улицу.

У забора собралась большая толпа. Увидев меня, люди с облегчением выдохнули и принялись переговариваться:

— Вы только гляньте, какой молоденький. Владыка воды будет доволен, — радостно сказала женщина в белом платке.

— И ведь как хорошо все обернулось. Если бы хранительница не заманила его сегодня, то пришлось бы жребий тянуть, — поддержал ее старик с клюкой.

Вообще люди почти не отличались от обычных крестьян, что приходили ко мне на лечение в Иркутске. Была только одна особенность — кровожадность. Они продолжали радоваться тому, что нашли жертву, которую принесут какому-то Владыке воды, и этой жертвой буду я. Уму непостижимо.

Меня вынесли со двора и понесли вглубь деревни. Я молчал, но старался заглядывать в глаза людям, которые двинулись за нами. Однако те лишь с интересом рассматривали меня и радовались, что Владыка будет доволен. Жители этой проклятой деревни не сочувствовали мне, как не сочувствуют овце, которую ведут на закланье. И как же меня угораздило вляпаться в такую нехорошую историю?

Мы прошли через всю деревню и двинулись в сторону реки. В густом вечернем мраке над землей стелился молочный туман, запахло тиной.

— Послушайте… э-э-э, Хранительница, — обратился я к старухе, которая теперь шла рядом со мной и весь путь окуривала подожженным пучком трав, среди которых я узнал запах можжевельника, багульника и папоротника.

— Чего тебе, сынок? — улыбнулась она.

И ведь не скажешь, что эта милая, улыбчивая пожилая женщина на самом деле кровожадная сволочь, которая задумала убить меня.

— Вы хоть расскажите, что намерены делать? К чему мне готовиться?

— Тебе не надо готовиться. Мы сами все сделаем.

— Что конкретно вы сделаете? — не отступал я, чувствуя, как ледяная рука сжала мое сердце.

Тело до сих пор не слушалось, и я понятия не имел, как выпутаться из этой ситуации.

— Сейчас все увидишь, почти дошли, — старуха повернулась к толпе, идущей за нами по пятам, и подняла руки. — Дети мои, дальше вам нельзя. Останьтесь здесь и следите за жертвоприношением, а потом мы с вами будем праздновать День Темной воды — наш священный праздник.

Люди послушно остановились, перешептываясь и с интересом глядя нам вслед. Я все сильнее тревожился, ведь все мои попытки совладать хотя бы с собственным пальцем не увенчались успехом. Чертова ведьма окурила меня каким-то сильнодействующим средством.

— Почему свеча не подействовала на вас? — спросил я у старухи, стараясь не выдать волнения.

— Как же она на меня подействует, если я ее сама делала? — удивленно приподняла она брови. — Все, что я делаю, идет мне во благо.

— А другим во вред?

— Верно говоришь, — снова улыбнулась она и отбросила в сторону догорающий пучок.

Меня так бесила эта улыбка кровожадной убийцы, что придушил бы ее собственными руками. Осталось лишь начать управлять этими самыми руками.

— Когда закончится действие свечи? — спросил я, но тут же получил сильный, болезненный удар по плечу.

— Хватит лясы точить, — злобно сказал тот самый мужчина, что грозился выбить мне зубы.

— Верно Леня говорит. На священном месте надо соблюдать тишину, — поддержала его старуха.

Меня развернули, и я увидел, что мы находимся у самой воды в круге из черных валунов. В самом центре лежал плоский камень с вырезанными на нем символами. Я присмотрелся и понял, что символы очень похожи на те, что были высечены на каменных столбах и стенах в пещере на Кайской сопке. От этого мне стало еще хуже. Похоже, Владыка воды — это чудище наподобие того, которого я убил. Но тогда я владел своим телом, а сейчас мог только дышать, моргать и разговаривать.

— Что значат эти символы? — попытался отвлечься я.

— Т-с-с-с! — зашикала она на меня, повязала на голову черный платок и достала из мешка, что висел на поясе, еще одну свечу. Только на этот раз она была красная. — Положите его на алтарь. Надо начинать.

Мужчины поднесли меня к камню и довольно грубо швырнули на него. Я больно ударился затылком, локтем и копчиком, но не мог даже потереть ушибы, ведь действие свечи так и не прошло.

Старуха подошла ко мне, установила свечу рядом с моей головой, у самого рта и подожгла ее. Пламя вспыхнуло мгновенно, отчего свеча будто загорелась изнутри, бросая на меня кроваво-красный свет. Руночерть задери этих нелюдей! Что же мне делать⁈

— Владыка воды, услышь мой зов! — закричала Хранительница, повернувшись в сторону реки, которая медленно текла в нескольких метрах от меня. — Приди к нам и возьми то, на что имеешь право. Забери дань!

У меня мороз пробежал по спине, но не от страха перед каким-то там Владыкой, а из-за внезапно изменившегося голоса женщины. Загробного голоса, который будто доносился из глубин иного мира.

Я посмотрел на нее и увидел, что глаза закатились и остались лишь белки. Она явно находилась в трансе.

— Владыка, приди! Явись за жертвой, которую мы для тебя приготовили! — продолжала кричать она каким-то холодным, чужим голосом.

Я не спускал настороженного взгляда с воды, когда вдруг услышал всплеск. Старуха тоже его услышала и заметно оживилась.

— Владыка, я жду тебя! Твоя Хранительница снова приготовила для тебя кушанье!

Ну уж нет. Живым я не сдамся!

Я попытался повернуться на бок, но, сколько бы ни старался, не мог этого сделать. Чертова свеча! Чертова старуха! Чертовое Теневодье! И зачем я сюда приехал? Надо было остановиться в лесу, а не тащиться в эту проклятую деревню! Фух-х-х, надо успокоиться и подумать, что я могу сделать.

Старуха продолжала кричать, вода плескалась, а я понял, что единственное, чем могу двигать, это мой язык. Высунув его посильнее, дотянулся до свечи и, надавив на теплый воск, уронил ее с камня. Свеча погасла, и вокруг все снова погрузилось во тьму.

— Ты что сделал⁈ — сердито выкрикнула старуха и прожгла меня взглядом. — Если будешь мешать, мы тебя Владыке скормим по частям!

Мужчины, что стояли за пределами круга из камней, поддержали ее:

— Выбирай, какую ногу первой отрубать.

— Его надо сразу головы лишить, чтоб не орал, когда будем топорами махать.

— Не-е, пусть помучается. Начнем с пальцев, потом на уши перейдем, а дальше видно будет.

Я нисколько не сомневался, что они выполнят свою угрозу, поэтому принялся судорожно обдумывать ситуацию, в которую попал. В первый раз в жизни я не мог полагаться на свои руны. Я привык, что они всегда сопровождают меня и помогают в различных ситуациях, поэтому просто не мог представить, что мне делать.

Старуха между тем снова подожгла свечу, но поставила ее чуть дальше. Теперь я до нее точно не дотянусь.

— Владыка воды, мы готовы к твоему появлению! Явись же! — снова заголосила она, и в это время из воды показался черный силуэт.

Женщина с облегчением выдохнула, мужчины испуганно попятились назад. Когда существо поднялось в полный рост, его тело по очертаниям напомнило человека, только с непропорционально длинными руками, узкой грудью и приплюснутой головой.

Старуха улыбнулась и поклонилась, приветствуя его. Я же не мог отвести взгляда от твари, которая, если я ничего не предприму, сейчас сожрет меня.

Выбравшись на берег, монстр с чавкающим звуком двинулся ко мне. Этот звук мне был знаком, но я не мог вспомнить, когда и где его слышал. Только когда пламя от свечи осветило мерзкую рожу с большими зелеными глазами, продольными зрачками и огромным ртом с несколькими десятками острых зубов, я понял, что это точно такое же существо, что жило под мостом. Только на этот раз оно было намного больше. К тому же от затылка до хвоста тянулся острый плавник с зазубринами, и на шее раздувались блестящие зеленым светом жабры.

Я уже приготовился к худшему, как вдруг почувствовал, что действия ядовитой свечи начало проходить и могу пошевелиться. Оттолкнувшись от плоского камня, свалился на землю и, схватив старуху за ногу, нарисовал на ней руну «Паралич». Та замерла, вытаращив на меня глаза, и в следующую секунду свалилась на землю.

Воспользовавшись замешательством мужчин, применил «Громулу», на еще слабых ногах выбежал из круга и, чуть не свалившись в кусты, обернулся. Монстр лежал на земле и тряс головой. Его тоже оглушили резкий звук и яркий свет. Ослепленные мужчины, зажимая уши, брели в разные стороны. Двое, сами того не зная, вошли в круг и теперь топтались неподалеку от алтаря.

Обернувшись, я увидел, что люди, находившиеся в паре десятков метров от меня, в замешательстве. Они явно не понимали, что делать. Большая часть из них сломя голову бежала в сторону деревни.

— Уйдите с дороги! — грозно выкрикнул я и поднял руку, в которой ничего не было, но они прекрасно видели, что я сделал несколько секунд назад. — Я убью каждого, кто встанет на моем пути!

Люди попятились, освобождая тропинку. В это время со стороны реки послышался отчаянный крик боли. Я посмотрел назад и увидел, что тварь вгрызлась в шею одного из мужчин и просто разрывает его. Ей все равно, кого есть. Думаю, даже если остальные смогут сбежать, то старуха обречена. Вряд ли найдется смельчак, который придет ее спасать. Ха, эти люди получили по заслугам.

Мужчина быстро замолчал, а я беспрепятственно прошел мимо людей, чувствуя, как силы с каждой секундой возвращаются ко мне, и направился к дому старухи, чтобы забрать Пепельную и свои вещи. Надеюсь, все цело и мне не придется вламываться в дома в поисках своей собственности.

Когда впереди показался фонарь, горящий на крыльце дома, снова раздался крик. Похоже, монстр вошел во вкус и поймал еще одного приспешника ведьмы. Так им и надо. Как говорится в этом мире: не рой яму другому. Я бы мог, конечно, все силы направить на уничтожение твари, но не стал этого делать. Местные жители недостойны этого.

К счастью, мне не пришлось искать свои вещи. Все осталось на прежнем месте. Пепельная слонялась по двору и щипала зелень.

Я выехал из Теневодья и двинулся по залитой лунным светом дороге. Еды не купил и переночевать под крышей не смог, зато поел вкусной мясной похлебки. Правда, чуть не погиб в зубах мерзкой твари, но все удачно закончилось.

Выехав на тракт, я пересек дорогу и двинулся вдоль деревьев в поисках подходящего места для ночевки. Я потратил много энергии, поэтому чувствовал сильную усталостью. Глаза слипались, а плавное покачивание в седле убаюкивало не хуже колыбельной моей няни. Увидев небольшой закуток, в котором журчал ручей, я ни секунды не раздумывая спрыгнул на землю и повел туда Пепельную. Заприметив кострище и бревна вокруг него, понял, что не я один нашел это укромное местечко, и здесь часто останавливаются.

Комарья было столько, что без костра не обойтись, поэтому я привязал Пепельную к деревцу и двинулся по лесу в поисках хвороста.

На востоке уже начало светать, когда я разжег костер, сделал лежанку из веток и, завернувшись в старый кафтан, лег спать. А когда почти заснул, мне на плечо легла чья-то тяжелая рука.